Идеальный грешник (СИ)

И пока Жасмин смотрела на него своими грустными, заплаканными глазками, в которых плескалась робкая надежда, Марс нырнул рукой в карман и достал оттуда коробочку. Сам не понял, что пальцы дрожали, когда пытался открыть ее и вынуть кольцо.
— Ты что???? — вскинулась Жасмин, когда увидела украшение на безымянном пальце, — Ты... Это ведь... Ты псих!
— Я тебя люблю! — повторил Марс, будто эта фраза отвечала на все вопросы.
— Марсель, это ведь все серьезно! — говорила Жасмин, но уже не плакала, скорее — метала молнии взором.
— Так я и не смеюсь, малыш, — улыбнулся Марс, изменив положение тела так, что теперь Жасмин оказалась сидящей верхом на его бедрах. — Я очень серьезен. И вот прямо сейчас ты лучше запомни одно простое правило: ты только моя.
— Я-то запомню, Тарновский, — прищурилась Жасмин, — А вот ты?
— А что я? — хмыкнул Марс, порадовавшись тому, что за спиной оказался чертов фонарный столб, в который можно было упереться. Так себе удобства, но лучше, чем ничего.
— Я весь твой, малышка. Я ж без тебя никак. Совсем никак.
Марсель смотрел в дивные глаза Жасмин. Наблюдал, как грусть сменяется желанием. А как иначе? Если он уже забрался ладонями под ее пышную юбку и хозяйничал в своих законных, принадлежавших ему одному владениях.
— Хорошо, Марс, — выдохнула Жасмин, — Но учти, никакой свадьбы в ближайшее время. Когда я все расскажу Миру, станем встречаться. У меня учеба. На следующий год буду сдавать экзамены. Да и так, мне рано связывать себя узами брака.
— Херня все, — фыркнул Марсель, — Рано, поздно. Поженимся, и учись сколько влезет. Я ж не изверг.
— Вот уж нет, Марсель! Я не хочу за тебя замуж, — фыркнула Жасмин, а он уже чувствовал, как она тянется к нему, легко раскачиваясь, трется о его одежду.
— Не понял! — рявкнул Марс.
— Ну что не понятного, а? — судорожно и томно выдохнула Жас, сдвинулась немного вниз и взялась пальцами за пряжку мешавшего ей ремня, — Будем просто встречаться. Ночевать друг у друга. Или здесь. По обстоятельствам.
— По каким, нахер, обстоятельствам?! — взревел Марсель и тут же протяжно застонал, когда ловкие пальчики высвободили готовый взорваться член. — Ты ко мне со всеми манатками, и дело с концом!
— Какой ты упрямый, Марсик, — мурлыкнула Жасмин.
Он стер ее вздох своим ртом, подхватил, убедился, что ей удобно, и насадил на себя, позабыв обо всем на свете.
Адреналин струился по венам вместо крови. Парень понимал, что время — раннее, и любой может повернуть за угол и увидеть их здесь, но его разрывало изнутри от потребности оказаться в своей маленькой девочке.
— О-о-о-о-х! — вздыхала она, кусая его губы.
Он отвечал тем же, поддерживая ее бедра, насаживая на себя, чувствуя, как плоть скользит, влажно и горячо, растягивая тугие стеночки. И эта близость была невероятно острой, дикой, яркой. Такой, как и их отношения.
И только когда малышка, опустилась на него, с приглушенным вскриком, до крови вонзив свои острые зубки в его нижнюю губу, а руками отчаянно сжимая его затылок, Марсель понял: презерватива нет. А потому такой острой казалась ему их близость. Без преград. Будто между ними рухнули последние стены.
Он отчаянно цеплялся за обрывки здравых мыслей. Но потом благополучно послал все к чертям и даже дальше.
Он хотел быть глубоко в ней. Хотел ощутить ее целиком и полностью. Хотел, чтобы и она поняла, насколько он двинулся на ней, как сильно любит и вообще...
Марс кончил, заполняя следами страсти узкое лоно. Жасмин вскинула на мужчину томный, дезориентированный, но немного испуганный взгляд.
А Марсель улыбнулся. Ну вот, он теперь, как гребаный зверь, пометил собой свою женщину. И ни капли не сожалел об этом.
— Я убью тебя, Тарновский! — вяло прошептала Жасмин, обессиленно рухнув ему на грудь.
Он поймал дрожащее от экстаза тело, улыбаясь при этом, точно последний идиот. Но не сожалел ни о чем. Разве что о месте всего происходящего. Было жутко неудобно.
Но Марс привел себя в порядок, застегнул ширинку и подхватил Жасмин на руки. Благо пышные юбки скрывали отсутствие трусиков, которые Марс спрятал в карман джинсов.
 
Тарновский понес Жасмин в свою комнату. Наверное, родители все поняли. Потому что, как только Марс оставил Жасмин под душем, в дверь коротко постучались. Открыв ее, Марсель увидел только небольшой столик с ужином.
Улыбаясь, Марс оставил столик перед кроватью, а сам, прихватив полотенце для себя и свой халат для Жасмин, отправился помогать своей девочке мыться. Ну а там, как получится.
  
Глава 22
 
Жасмин и сама не понимала, как позволила себя уговорить на подобное безумие. Она согласилась пожить у Марселя.
Согласилась! Пусть с приставкой «временно»! Но этот гад использовал глубоко запрещенные приемы в процессе уговоров. Глубокие и запрещенные.... Жасмин до сих пор, краснея, вспоминала все, что происходило за закрытыми дверьми комнаты. Не исключено, что Тарновский поставил перед собой задачу уведомить весь дом о том, чем они с Жасмин занимались всю ночь напролет.
А наутро Марс утащил ее в город сразу же после завтрака. Который, кстати, приготовил сам.
Жас сидела и наблюдала с открытым ртом за тем, как Тарновский лихо орудует ножом и сковородкой. Наверное, у них это семейное — тяга к кулинарии.
Однако задавать подобных вопросов Жас сейчас не хотела. Вообще не хотелось омрачать такое светлое утро беседами о Мирославе и грядущем разговоре. К тому же Мир вдруг сменил тактику, стал чаще писать ей сообщения. На которые Жасмин отвечала скупо и даже удалила фотографию, присланную по ошибке. Глупо, конечно, ведь Мир ее уже видел.
Главное, чтобы ее буйный парень не узнал о таком проколе. Не хватало еще, чтобы он затеял разборки со своим близнецом.
Словом, Жасмин очень сильно боялась сделать что-то не так. Но и от секретов устала. Они омрачали каждый день ее существования, а ведь она могла бы наслаждаться и брать от жизни все.
Взгляд замер на кольце. Надо же, вот чего Жасмин точно не ожидала, так это подобного предложения от Марселя.
От Мирослава — да, вполне ожидаемо. Но не от дикого, безответственного разгильдяя и хама. Однако вышло все совсем иначе.
— Если хоть раз снимешь, жутко накажу, — не моргнув глазом, пригрозил Марс, сидя за рулем.
Казалось, что все внимание парень уделял дороге. А на самом деле фиксировал каждый ее взгляд, жест, подмечал все вокруг.
— И какое же жуткое наказание меня ждет? — вскинула брови Жасмин и улыбнулась, перехватив тягучий и дерзкий взгляд мужчины.
— Ну-у-у- — задумчиво протянул Марс, сверкнул белозубой мальчишеской улыбкой и метнул жадный взгляд по ровному ряду пуговиц на рубашке Жас. — Все проступки у нас будут наказываться трахом.
— И почему я не удивлена? — хохотнула Жасмин, но мужские пальцы, в которых оказалась ее ладонь, бережно и ласково принялись оглаживать чувствительную кожу.
— Во сколько освободишься? — улыбнулся Марс, паркуясь перед университетом, в котором училась Жасмин.
Заглушив движок, Тарновский сел вполоборота, чтобы было удобнее распускать свои конечности. Жасмин могла бы возмутиться. Они едва успели к началу занятий, и осталось несколько минут.
Но возмущаться Жас не хотела. Наоборот, потянулась к Марсу, обвила руками шею, легко царапнула ногтями кожу, зарылась в волосы на затылке. И по искоркам, зажегшимся в ярком взоре, поняла, что этот мужчина может и психануть. И тогда она точно опоздает на занятия. Однако, розовый кисель, прочно поселившийся в голове со вчерашнего дня, совершенно не позволял соображать здраво.
— Думаю, к четырем, — прикинула Жасмин. — Но мне еще нужно кое-какие вещи забрать из дома.
— Постараюсь успеть, — кивнул Марсель.
— Я знаю, где ты живешь, Тарновский, — хмыкнула Жасмин. — Не нужно из-за меня ломать свои планы.
— Да чего там ломать, — фыркнул Марс. — Навставляю херов и я свободен.
— О, ну в этом ты мастер, — рассмеялась Жасмин.