Идеальный грешник (СИ)

Но было хорошо, да-а-а. Жасмин поняла, что по-идиотски, по-глупому улыбается. Да и вообще ведет себя не как взрослая девушка, а как малолетка.
Подняв взор к отражению, Жасмин поняла, что стоит на пороге принятия самого глупого своего решения. А еще допускала вероятность, что о своем решении она сильно пожалеет, выбрав не того брата.
Когда Жасмин уже досматривала не самый невинный сон (другие в принципе ей и не снились с тех пор, как Марс ворвался в ее жизнь), телефон ожил. Жас удивленно взглянула на экран. Анфиска Голубкина — подруга и однокурсница. Надо же, и какого лешего ей не спится на рассвете?
А хотя, да, время не такое и позднее для молодежи, если учесть, что завтра — суббота и можно отоспаться.
Жасмин, сев в постели, ответила на вызов.
— Жаска! Это просто треш! — пыталась перекричать громкую музыку Анфиса, — Выручай! Верка в отключке. Люська психует. А у меня сумочку с кошельком стырили. Хорошо, что телефон был в кармане.
Жасмин вздохнула. Уезжать куда-то из дома совершенно не хотелось, да и не потащит она троих подруг к своей двухместной тачке. Придется на такси.
— Где вы? — коротко спросила девушка.
Анфиса скинула адрес. Жасмин собрала волосы в пучок, умылась, влезла в джинсы, короткий топ, наверх пиджачок и отправилась на выручку. И да, настроение было хуже некуда.
Ночной клуб «Космос» встретил ее громкой музыкой и самыми стойкими, изрядно подвыпившими посетителями.
Прежде Жас никогда не бывала здесь, только знала об этом раскрученном месте. Но судя по работе ди-джея, местечко действительно хорошее. Жас потусила бы здесь как-нибудь.
Подруга встретила Жасмин объятиями и словами благодарности.
— Место, конечно, крутое, — нахваливала Анфиска, — Если бы кое-кто не накидался. Да, Вера??
Жасмин, покачав головой, взглянула на тушку, валявшуюся без чувств и сладко сопевшую на диванчике.
— А где Люська? — Жасмин покрутила головой в поисках подруги.
— Да она там сначала к бармену подкатила, со словами, что он просто секси, — говорила Голубкина, усмехнувшись, а потом скривилась: — Теперь вроде как своего бывшего встретила. Пошла воскрешать чувства. Уж не знаю, кто там у нее в бывших. Но судя по соплям, которые Люська до сих пор роняет, очередной крутой чувак.
Жасмин закатила глаза, мол, это ж Люся Мишкина. У нее каждый второй — зачетный чувак. И с каждым она отрывается, как в последний раз.
— Ладно, давай разберемся со счетом и погрузим тело Верочки в машину, — предложила Жасмин.
Анфиса согласилась и принялась возвращать к жизни подругу. А Жас направилась к бармену, собираясь оплатить счет за подруг.
Рыжую макушку Люси Жасмин обнаружила на диванах, расположенных точно напротив. И даже через весь танцпол девушка смогла рассмотреть то, от чего хотелось закрыть глаза.
Люся Мишкина была эффектной и яркой красоткой, без комплексов и жестких моральных норм. Иными словами, подружки вечно слушали от нее рассказы об очередных придурках и о том, как они, разбив ей сердце, уматывали в закат. Или же уматывала она. Люся относилась к сексу просто, а вот Жасмин не разделяла ее убеждений. Но и не пыталась учить жизни Мишкину. Каждый в праве сам решать, что делать и как жить.
И сейчас, Жасмин это остро поняла, делать Люся собиралась одно: заняться сексом с порочным парнем.
Жас, точно заледенела изнутри. А сердце готово было рассыпаться в крошку. Потому что Люся в довольно откровенном платье, с пышной гривой своих рыжих волос, по-хозяйски рукой обнимала Марса.
Наверное, Жас совсем не было бы больно, если бы там, придавленный пышными формами Люськи, сидел сейчас другой брат. Она бы с радостью подошла и поздоровалась. Но после того, как Марсель превратил ее мозги в кашу и заставил сойти с ума настолько, что она решила разорвать отношения с Мирославом, Жасмин поняла, как сильно ошиблась.
Боги! Это ведь Марсель Тарновский. Бабник. Эгоистичный ублюдок. Заносчивый и беспринципный.
И с чего Жасмин решила, будто бы он изменится. Ради нее? Точно нет. Определенно, кто угодно, но не он.
 
Жас невольно проследила за длинными ногтями, скользившими по мужской щеке. А еще Медаева зачем-то подметила, что рыжая Люся практически сидит верхом на Тарновском.
Жасмин не могла дольше смотреть на эту картинку. Отвернулась.
Сердце гулко билось в груди, отзываясь болью. И ядовитая горечь, щедро присыпанная ревностью, затмила рассудок, напомнив, что Марсель, при всей своей прямоте, ничего не обещал ей.
Разве что, как он там говорил... Ах, да. Обещал трахать ее. «Трахать!». Жасмин всеми фибрами души ненавидела это слово. Оно казалось ей настолько пошлым и омерзительным, что язык не поворачивался его использовать.
Жасмин подошла к бару. Попросила счет. А еще шот текилы. Просто стало настолько мерзко во рту, что хотелось смыть эту горечь другой.
— Детка, сначала покажи документы, — подмигнул бармен, играя мускулатурой.
Жас поняла, что к ней беззастенчиво подкатывают. И стало вдруг плевать на все.
А потому Жасмин, вынув права из бумажника, показала их парню, спрятала и забралась на высокий стул.
Второй шот ушел так же быстро, как и первый. Жасмин стало жарко. Девушка сняла пиджак и прикрыла глаза, слушая звуки музыки.
Верка уже очнулась, и Анфиска потащила подругу в уборные. А Жасмин решила послать все к чертям и потанцевать. Спонтанное решение. Но, черт возьми, ей сегодня двадцать один. И она может делать все, что хочет. А она хотела танцевать!
Музыка захватила ее. Движения, плавные, ритмичные, выдавали ее настроение. И в эту самую секунду ничего не хотелось. Не хотелось ни о чем думать. Только двигаться, чувствовать, как музыка проникает в каждую клеточку ее тела. А крепкий алкоголь смел ощущение тисков, сжимавших ее душу.
Стало вдруг легко. И в голове — ни единой мысли.
Жасмин, закрыв глаза, полностью отдалась музыке и движениям. Но вдруг что-то все же заставило приподнять веки. И взгляд замер на темных, колючих, ядовитых омутах, находящихся в метрах десяти от нее.
Возможно, она была даже рада тому, что он заметил ее. Выловил в толпе таких же девчонок и парней, танцевавших и отрывавшихся на полную.
Ее тело, вопреки разуму, настолько жило сейчас инстинктами и гормонами, что само потянулось к ходячему сексу, коим и являлся Марсель.
Однако этот ходячий секс, конечно же, был не один. Люська уже разошлась, что-то говорила ему на ухо и терлась своими формами о бицепсы парня.
И да, уж Жасмин не понаслышке знала, какими сильными могут быть эти руки, а поцелуи — жадными и дерзкими.
Жасмин резко отвернулась. А в голове — полнейшая каша и сумбур. И только одна четкая мысль:
— Как же я ненавижу его! — повторяла Жас вновь и вновь, пока протискивалась к туалетам сквозь толпу вновь прибывших желающих потусоваться.
Хотелось уединиться в кабинке, передохнуть, убедить себя, что все ведь так и должно быть. Это же Марс! На него девушки так и липнут. Да и сам он не упустит момента. Чтобы, да, «потрахаться».
Жасмин с омерзением вновь и вновь повторяла ненавистное слово. Она его ненавидела так же сильно, как и самого Тарновского.
Боже, какой же дурой она была, позволив себе допустить мысль, что она и Марсель...
Дура! Глупая и наивная дура!
Жасмин не дошла до заветной двери уборных всего лишь метра. Крепкая рука перехватила ее за локоть.
— Пошел на хрен! — рявкнула она, надеясь, что к ней полез кто-то из незнакомцев.
— Я там, походу, прописался, благодаря тебе, — раздался негромкий голос, который ни с чьим невозможно спутать.
— Отвали! — не менее грозно припечатала Жасмин, но пришлось притормозить.
Марсель, он ведь как бульдозер, прет к выбранной цели. И не остановить.
Жас ощутила, как обжигающие ладони крепко фиксируют ее талию. Секунда — и девушка оказалась прижатой спиной к стене, а Марс стоял, нависая над ней.
И да, здесь было слишком много народу, чтобы кто-то обратил на них внимание. Однако всегда была вероятность встретить знакомых. Слишком уж известны Тарновские в городе. Да и скандал все еще не утих, самые стойкие и выносливые репортеры по-прежнему мусолили пикантные картинки с торжества и Марселем в главной роли.