Остров свободный (СИ)

Клайд как-то попытался препятствовать общению младшего сына и младшего брата, но, не найдя рычагов давления, бросил эту затею. До поры до времени, зная его.
На второй этаж вела отдельная лестница снаружи. Сион взбежал по ней, отмечая, что в кабинете горит свет. Отлично. Он дома. 
Они давно не виделись, не разговаривали, а что обсудить было. По правде говоря, только с дядей Сион и мог обсуждать то, что его беспокоило. С дядей не нужно подбирать слова и темы, так чтобы не спровоцировать, а потом выслушивать.
Дядя открыл дверь вскоре после того, как Сион постучал. Коротко сказал, что ему нужно минут десять, чтобы закончить дела, и запустил племянника внутрь.
Кабинеты отца и дяди имеют общие черты: большой письменный стол, ковёр не сильно меньшей площади чем пол и тёмное дерево в качестве материала мебели, панелей в полстены. Только, в отличие от брата, Харри предпочитал хорошее освещение в тёмное время суток.
На расстоянии перед письменным столом стоял низкий прямоугольный столик со стеклом вместо столешницы. Вдоль одной из длинный сторон столика располагался диван длиной метра полтора. Напротив него, с другой стороны столика, кресло и стул, который часто переставляют. С короткой стороны столика стоит второе кресло, с него можно прямо смотреть за сидящего за письменным столом. За ним есть пустое пространство. Вдоль стены напротив входа стоят стеллажи, неаккуратно забитые папками. Среди них есть полузадвинутая дверь в «квартирку». 
Сион устроился на диване, закинул ноги без обуви и начал ждать, наблюдая за дядей. Заметил, что тот часто ставит на документы печать, словно все подчинённые разом захотели поменять место службы. Может, как-то связано с заседанием Собрания? Отец упомянул, что Харри что-то там сделал. Но как же не хочется тратить время на выяснение этого.
Прошло девять минут, и под рукой Харри не осталось бумаг. 
— Рад тебя видеть, — Харри отложил очки и ручку. — Как ты? 
— Как обычно, — фыркнул Сион, словно что-то могло поменяться. — Отец там лютует, — кивнул в направлении их квартиры.
Харри отмахнулся. 
— Просто я не ветировал то, что он хотел.
Отношения у старших братьев Ирвинов были странными. Вроде уже самостоятельные, а вроде Харри не всегда принимает свои решения. Теперь стало понятно, почему отец так разозлился.
— Думаешь, стоило? — Сион слабо представлял, как можно не прислушиваться к тому, кто так крепко держит всё в своих руках.
— Если всё удастся, северная банда наконец по тюрьмам разъедется да по ветру развеется. Но там ещё немало надо сделать, давай как-нибудь потом расскажу, — увёл разговор Харри.
Сион кивнул.
— Я тут о последнем турнире в Ноарте кое-что неприятное узнал, — осторожно начал Харри. — Что было там? 
— Всё не так, как тебе сказали! — выпалил Сион.
Дядя как знал, что Сион хочет этот инцидент обсудить. А Сион очень хотел, потому что дядя не будет пытаться убедить, что стоило поступить иначе. Больше месяца прошло, а произошедшее не отпускает.
— Мне по-разному описали случившееся, — улыбнулся Харри, словно кто-то не осуждал Сиона. — Рассказывай.
Сион выдохнул. 
— Ну, я… Ай, лучше с начала начну. Мы узнали о турнире, и Иаго хотел участвовать, но отец запретил. Брат не обрадовался, собирался даже проигнорировать запрет, — о, брат мог бы, Сион не сомневался, — но через пару дней случайно потянул запястье. И уже не обсуждали, что я буду участвовать.
— Мне рассказывали версию, что он с лошади упал, — Харри усмехнулся.
— Я тоже слышал, — улыбнулся Сион. — Не знаю, кто это выдумал. Наверное, те любители вспоминать историю с конём, — Сион в общих чертах знал ту историю, когда выпивший брат решил передразнить ржание на конюшне. К его несчастью, у этого были свидетели кроме животных, а также созвучность имени сыграла свою роль. Так что прозвище прицепилось намертво. — В общем, поехал я. Встреченные ритланцы по дороге были образцами радушия, — с сарказмом произнёс последнее слово Сион. — У меня впечатление сложилось, что на мне табличка с фамилией висит.
 
— У меня тоже всегда проблема проехать их пропускные пункты, — поделился Харри. — Просто делают свою работу, нам остаётся смириться.
— Ага. Правда тех ритланцев, что участвовали, на въезде в регион Ноарты проверяли излишне тщательно. Но их так поддерживали на турнире, что стоило потерпеть.
— Кстати, на этом турнире был «последний дознаватель» или «последний ритланец»? — поинтересовался Харри.
Конечно, два крупнейших военных образования соперничали, насколько это было возможно. И турниры, особенно мечников и стрелков, любого уровня были самым излюбленным местом. Сколько лет уже этому соперничеству? Да, наверное, сразу как сформировались дознаватели в нынешнем виде. Вопреки расхожему мнению, первым крупным военным образованием, появившемся после распада генеральского аппарата в 823 году, стал Ритланский полк. И лишь позже большую часть «осколков» аппарата собрал под своим руководством Харри Ирвин.
— Дознаватель, — ответил Сион. — Вы счёт не ведёте? — усмехнулся он.
— Нет, — покачал головой дядя. — И никогда не вели. Это ж ребячество какое-то.
Теперь ясно, почему тот общей счёт, который слышал Сион, различался.
— Возвращаясь к турниру, — после короткого отвлечение продолжить оказалось проще. — Турнир был побольше, чем планировалось. Но организатор решил не количество участников снижать, а увеличить количество одновременных боёв на арене. В Ноарте ж была большая арена, — и всё же не по себе, что буквально в последний день существования той арены, Сион там выступал. — В первых двух боях у меня проблем особо не было. Перед третьим был перерыв, — и вот история подходила к самому главному. Сион негодовал до сих пор, как он не заметил раньше. От нервов зачесались руки: — Моим противником был Тудер Фелкон. Может слышал, он хорош в таких турнирах. Я особо не на что не рассчитывал, но и заранее не сдавался, — Харри хотел что-то сказать, но не стал прерывать племянника. — У нас были комнатки, в которых можно было подготовиться к поединкам, но мне там душно стало, решил немного подышать воздухом. Меч оставил там, — а история подходила к кульминации. — Не знаю. Наверное, я время не рассчитал, потому что ко мне подбежал отец со словами, что уже пора. Я тогда только узнал, что он тоже в Ноарте! Представляешь, я даже подумал, что ему не всё равно как я выступлю. Ну, в какой-то степени так и было, — невесело признал Сион. — Мы подошли к выходу на арену, а я опомнился, что меч-то я оставил в комнате подготовки. И тут отец меня обрадовал, что заглянул туда, забрал меч, пока искал меня. Ну и дал мне меч, — Сион остановил свой рассказ и покачал головой. — Лучше б я проверил, что он мне дал. Но я был так рад, что он приехал поболеть за меня, что не искал подвоха, — Сион недовольно посопел. — У Тудера был платок на шее, он его плохо завязал. Я, когда увидел, что он прорезан в одном месте, ничего не подумал. Ну, конечно, и некогда тогда было рассуждать об рваных платках. А потом удалось подловить Тудера и, — Сион рукой изобразил как вёл меч тогда, — кончик меча без усилий проткнул поток, а кромка затем разрезала. Вроде всё быстро произошло, а по ощущениям длилось всё дольше. Ну, я понял, что у меча есть подвох, заметил, что навершие другое. Не такое, как на мече, с которым я был на первых двух раунда. Постарался отвести меч, но… — Сион покачал головой. — Это не особо помогло бы. К счастью, Тудер смог уйти с линии удара. Я б так не смог. Мастерство, одним словом. Продолжать бой было бессмысленно. Я отца быстро нашёл взглядом, он уходил, — выдохнул Сион. — Потом в комнате был, меч так и лежал там, где я его оставил. 
Пока Сион говорил, сам того не замечая, забрался рукой под рубашку на другой руке и чесал кожу. Пара белёсых линий на ней показались из-под края рукава, который Сион поспешил натянуть, опасаясь, что их увидит и дядя. К счастью, дядя смотрел в узкое окошко около входной двери.
— Хотел всё объяснить Тудеру, в первую очередь. Но, — Сион покачал головой. На него смотрели так, словно он не извиниться хочет, а закончить дело. — Никто мне это не позволил. Честно, думал, меня прям там арестуют. Но как видишь нет.