Проклятый Портной: Том 5 (СИ)

А вот весть о том, что этажи с первого по третий Октопуса отходят во временное пользование Империи в связи с неисполнением возложенных на Чигерёва обязанностей, заметно огорчила графа.
Понятно, что Октопус сейчас не мог приносить прибыли, особенно курорт, однако верхние этажи, пострадавшие меньше остальных, были бы неплохим подспорьем в восстановлении финансового благополучия рода. А здесь их забирают, оставляя лишь самые проблемные и по факту бесполезные.
  
Впрочем, это было уже не моей головной болью. К Чигерёвым я особой симпатии не испытывал, так что жалеть об их утрате не собирался. Поэтому, в отличие от большинства присутствующих на заседании, здание суда покинул в замечательном расположении духа. И денег заработал, и, наконец, эта эпопея с Октопусом закончилась.
Конечно, оставался ещё сумасшедший Петров. Однако, судя по увиденному, никто всерьёз его уже воспринимать не будет. А наложенное проклятие в скором времени, несмотря на подпитку «храном», должно будет себя исчерпать и никаких следов после себя не оставит. Кроме как окончательно сошедшего с ума графа.
— Ну тут уже сам виноват, — уже усаживаясь в вызванное такси, я посмотрел на часы. Обед.
Самое время перекусить и заняться насущными делами. Например, наконец, добраться до своего магазинчика и закончить с последними приготовлениями. Ателье Серовых практически готово к открытию!
* * *
Иркутск
Ателье Серовых
14 августа 2046
Вторник
Динь-дилинь… Переливы колокольчиков, закреплённых на входной двери, возвестили о появлении первого посетителя.
— Доброе утро, добро пожаловать в ателье Серовых, — при появлении потенциального покупателя, я поднялся из-за прилавка, обозначив лёгкий поклон. И мне несложно, и человеку приятно.
— Доброе утро, Максим Витальевич, — кивнул в ответ мужчина в деловом костюме и с портфелем в руках. И в принципе уже по тону посетителя я понял, что утро ни фига не доброе. — Позвольте представиться, Клюев Виктор Фёдорович, налоговый аудитор Имперской налоговой службы по Иркутской губернии.
Клюев вытащил из внутреннего кармана «корочку»-удостоверение и, раскрыв, на вытянутой руке продемонстрировал её.
— Похожи, — кивнул я, для вида сравнив фотографию в удостоверении с реальным «образцом». — Чем обязан? Или вы пришли что-нибудь приобрести, а хвастаться удачным фото на документе — это так, привычка?
— Уважаю подопечных с чувством юмора. С ними работать веселее, хоть и сложнее, — без намёка на улыбку произнёс Клюев. — Итак, господин Серов, как успехи в бизнесе?
— Смотрю, вам чувства юмора тоже не занимать, — я демонстративно посмотрел на часы. — Девять часов две минуты утра. То есть магазин работает всего две минуты. Как видите, кроме нас двоих, здесь никого нет. И вы прекрасно дали понять, что совершать покупки, дабы обеспечить мне прибыль, вы не планируете.
— Ну я же не только про ваше расширение, — аудитор обвёл рукой зал. — а в целом. Раз вы решили рискнуть и официально заявить о себе, значит, уверены в своих силах и возможностях.
— После первого посетителя уже не очень, — проворчал я. — Чай, кофе, серьёзный разговор? Коль с приветствием мы, судя по всему, закончили.
— Второе и третье, — кивнул Клюев, усаживаясь в одно из кресел, стоящих подле небольшого столика, поставленного специально для посетителей ателье.
Две порции кофе я приготовил быстро, так что вернулся в зал уже через пять минут.
— Благодарю, — кивнул Клюев, с неподдельным наслаждением втягивая кофейный аромат. — Позавтракать успел, а вот традиционную чашку кофе выпить не пришлось, к вам торопился.
— Знаете, я мог бы и подождать. Всё же нарушать определённые традиции не стоит, иначе день может не задаться, — я тоже уселся в кресло, но так, чтобы видеть вход в магазин. — Итак, чем обязан, Виктор Фёдорович? Насколько я знаю, все документы на магазин были поданы и согласованы. В том числе вашей службой. А нарушить что-либо, я просто физически не успел бы.
— Всё верно, Максим Витальевич, можно сказать, что это полуофициальный визит. Официально я к вам приду в десятых числах сентября, — посмаковав напиток, наконец, ответил аудитор. — Однако учитывая, что вы в бизнесе человек новый, не знающий определённых нюансов, я хотел бы заранее обговорить определённые моменты, чтобы потом не случилось досадных недоразумений.
— Так-то я уже не первый год продаю одежду, сшитую на заказ, — произнёс я, не улавливая, к чему клонит Клюев. Вроде бы Киселёв ни о каких нюансах и подводных камнях не упоминал.
— То, что вы делали у себя дома, это по большей части ваше дело. Объёмы небольшие, продукция для определённого круга лиц, с которыми вы фактически заключали прямые договоры, — махнул свободной рукой аудитор. — Моя служба не интересуется подобным, покуда вы и вам подобные «предприниматели» сидят тихо, исправно платят налоги и не нарушают определённых правил.
— Но теперь всё поменялось… — я покрутил опустевшую чашку, после чего поставил её на стол.
— Именно, — кивнул Клюев, тоже с сожалением допивший остатки кофе. — Теперь, когда вы, так сказать, вышли в свет и ваш товар стал доступен общественности, налоговая служба в моём лице будет следить за неукоснительным исполнением вами ваших обязанностей.
— К примеру? Уплата налогов? Вежливое общение с покупателями? Наличие вкусного кофе со свежими пирожными?
— Последний пункт обязателен, и его невыполнение будет караться по всё строгости закона, — улыбнулся мужчина. — Но пока поговорим о более приземлённых вещах, например, об отчётности.
— Документами у меня пока занимается доверенное лицо. Уверен, что с этим проблем не возникнет, — я пожал плечами, действительно не видя проблемы в этом. — Приход, расход, доход и прочий «од» будет записан и предоставлен. От и до.
— Нет, нет, Максим Витальевич, я сейчас не об этом, — на лице Клюева возникла улыбка, с которой обычно разговаривает умудрённый жизнью человек, открывающий глаза неопытному юнцу. — Вы же знаете, что при покупке, например, того же магического хранилища, вы обязаны предоставить магазину свои данные?
— Да, покупал относительно недавно, — кивнул я, уже начиная смутно понимать, к чему клонит аудитор.
— Догадываетесь, почему это сделано? — судя по всему, часть разговора с мужчиной была этаким тестом, в ходе которого он проводил оценку моих умственных способностей.
— А можно ещё раз посмотреть ваше удостоверение? — вместо ответа, спросил я, на что аудитор хмыкнул и вновь продемонстрировал синюю «корочку». Хм, значит, не показалось, рядом с губернаторской печатью действительно стояла и императорская. — Ладно, по хранилищам вопроса нет, Империя хочет знать, кто, как и чем защищён. Всё же нужно иметь козыри против потенциальной угрозы внутри страны. Но я-то со своими поделками каким тут боком?
— О, Максим Витальевич, не стоит себя недооценивать и недооценивать размеры государева аппарата, — рассмеялся Клюев. — Как думаете, почему наша Империя, как, впрочем, и остальные крупные страны не сгорают в пламени гражданских войн? Учитывая, что рода с одарёнными представляют из себя более чем внушительную силу.
— Система противовесов? — предположил я. — Имперцы знают слабые места родов, а те знают, что Империя знает и этими слабостями может воспользоваться. Ну или просто рассказать об этом конкурентам. А те уже сами прижмут неугодных. Да ещё и должны окажутся Империи.
— Верно! — довольно рассмеялся Клюев. — И сами понимаете, мелочей в подобных делах не бывает. Какие-то сведения устаревают, становясь неактуальными, какие-то, напротив, из незначительных превращаются в каменное надгробие зарвавшегося рода. И поэтому Империя старается получать информацию из любых источников.
  
— И что, вы предлагаете мне теперь сообщать вам о каждой проданной мною вещи? — нахмурился я.
Теперь понятно, почему Киселёв об этих «нюансах» ни сном, ни духом. Вряд ли те, к кому приходили подобные «аудиторы», горели желанием особо распространяться о таких визитах.