Проклятый Портной: Том 5 (СИ)

— Что вы уже успели наобещать этому Бахти? Что он готов сделать для вас?
— Мы предоставляем ему Милоша, а он сдаёт нам всех. Терять этому уроду всё равно нечего, семья уничтожена, глава пропал. Теперь единственное, что он может сделать, — это отомстить. Каменским и Вишняковым. Ну а заодно и остальных сдаст. Оптом, — Бекерева негромко рассмеялась. Впрочем, повод для веселья у неё явно был. Уверен, звёздочку, если всё выгорит, она получит раньше времени.
  
— А ничего, что этот Милош уже труп? — поинтересовался я.
— Ну, про это знаем только мы с вами. И то лишь потому, что вы опознали по фотографии мужчину, который подошёл к вашему столику перед самым нападением, — ответила следовательница.
— Понятно, — вздохнул я. — Ладно. Ничего против вашего предложения не имею. И с сестрой поговорю, чтобы лишнего не болтала. Однако вы не забыли, что, помимо нас, там ещё четверо человек было. Причём один из них неосмотрительно умер. Думаете, отец Алексея…
Я на мгновение задумался, осознав, что даже не удосужился узнать фамилию погибшего парня. Не то чтобы я огорчился из-за этого, просто как-то неудобно выходило.
— С Большаковыми, как и с остальными, будет разбираться уже моё начальство. Всё же разговоры с такими людьми не мой уровень. Но я уверена, что проблем не возникнет, — произнесла Алаайа. — В любом случае пусть это не вернёт Алексея Михайловича, однако семья Шишковых исчезнет, а убийца парня и так уже мёртв. Так что семья за Алексея отомстит. Тем или иным образом.
— То есть вопрос уже решён? Тогда к чему была эта беседа? Или вам просто одиноко по ночам, и вы решили скоротать время в моём обществе? Так могли бы просто позвонить, я бы составил компанию. Как минимум встретились бы в более приятной обстановке.
— С умным человеком всегда приятно разговаривать. Даже в таком месте, — в голосе следовательницы не было и намёка на иронию. — Тем не менее это не главная причина. Просто учитывая наши взаимоотношения, мне хотелось, чтобы у вас была возможность выбирать.
Девушка достала из принесённой папки пару листов и подвинула их ко мне.
— Если хотите, можете заполнить бланк, и мы пустим дело в ход. Это, конечно, местному начальству не понравится, но как только я зарегистрирую и отошлю документы, они уже ничего сделать не смогут.
Угу, так я и поверил. Понятно же, что всё это, не более чем красивый жест. Учитывая сказанное ранее, маховик теневого правосудия уже завертелся, и не мне мешать его работе. Впрочем, в данном случае идти наперекор я не видел смысла.
Ну действительно, что я с этого поимею? Удовольствие полюбоваться на помятую рожу этого Бахти? А смысл? Что я, мужиков не видел?
Или очередную порцию визитов в участок, где подают отвратительный кофе? Так кофе от этого лучше не станет. А протирать штаны на неудобном стуле мне в скором времени предстоит в суде. Процесс по Октопусу пройдёт уже на следующей неделе.
Так, может, беседы с госпожой следовательницей Бекеревой? Не, ну этот вариант в плюсы отнести можно. Однако это единственный приятный момент количество минусов явно не перевешивает.
— Пожалуй, нет у меня желания ночью бумажки заполнять, — наклонившись вперёд, я подвинул бланки поближе к Бекеревой. — Единственная просьба… Хотя нет, всё же две… Во-первых, коль я всё же оказываю содействие следованию, можно будет держать меня в курсе происходящего? Нет, само собой, никаких подробностей. Просто дружеские звонки с фразой «всё хорошо», если всё действительно хорошо.
— Зачем вам это? — убирая бумаги обратно в папку, поинтересовалась девушка.
— Просто сплю я плохо, когда дела незавершёнными остаются, — пожал я плечами. — А вот вы мне позвоните, скажите, что всё хорошо, и сон у меня сразу же наладится.
— Что же… Спокойный сон граждан Империи — наш прямой долг, — несколько высокопарно заявила Бекерева, а потом, уже более нормальным голосом добавила: — Позвоню. Обязательно. И вы упоминали вторую просьбу?
— Не могли бы вы меня на служебной машине домой отправить? — спросил я, сделав максимально жалостливое лицо.
— Я могу вас сама отвезти…
— Не, не, не стоит хлопот, — покачал я головой. — Просто, знаете ли, с детства мечтал на машине с мигалками прокатиться.
— Да? Ну ладно, сейчас вызову, — Бекерева, сделав вид, что поверила мне, поднялась из-за стола и вышла из кабинета, оставив меня одного.
Ну и отлично, ну и хорошо. Приятно, когда умные люди лишних вопросов не задают. А мне не хотелось рассказывать по поводу Петрова и опасений на его счёт. Судя по имеющейся информации, мужик был уже на взводе и в любой момент мог слететь с катушек.
А так я прикачу на полицейской машине, да ещё и ночью. И после такого граф окончательно решит, что я уже вне зоны досягаемости для него. Всё же не каждого по ночам полиция до дома подвозит. Если бы не нелепая гибель Алексея, даже можно было сказать, что от случившегося я оказался в плюсе.
— Дежурка ждёт у входа, — через пару минут приоткрыв дверь кабинета, произнесла Алаайа.
— Отлично, — поднявшись со стула, я накинул помятый пиджак, который пах отнюдь не фиалками, и посмотрел на девушку. — Вы тоже с нами? Если да, то могу предложить вам нормальным кофе и даже передать пару пачек сюда. На случай моих повторных визитов…
  
Глава 8
 
Иркутск
Здание суда
13 августа 2046
Понедельник
Да уж… А ещё говорят, что утро понедельника по определению хорошим быть не может. А вот я бы не был столь категоричным.
Даже несмотря на то, что пришлось с утра пораньше вставать и надевать костюм вместо спортивной формы, настроение у меня было вполне себе замечательное. Разве что для полного счастья не хватало чашечки кофе да пары бутербродов.
К сожалению, в суд со своим не пускали. А разносчиков закусок и напитков меж рядов я почему-то не наблюдал. Блин, такое представление и на пустой желудок… Н-да, недоработка. Нужно будет потом в книге жалоб эту недоработку указать.
Подавив усилием воли рвущееся наружу желание зевнуть во все тридцать два, я мотнул головой и сосредоточился на голосе судьи. Не то чтобы было неинтересно, просто эту ночь я толком не спал. Как и две предыдущие.
Расчёты расчётами, но по имеющейся информации неуважаемому графу Петрову было совсем хреново, так что я оставшиеся дни до суда бдел, не смыкая глаз. Мало что сходящему с ума человеку в голову взбредёт. Впрочем, как оказалось, зря переживал…
— Что же, переходим к рассмотрению следующего пункта коллективного иска… — пожилая представительница правосудия в чёрном мундире с воротником-стойкой поправила очки и, не глядя на напечатанный текст, принялась излагать очередную жалобу пострадавшей стороны.
Впрочем, судя по кислым рожам сторонников графа, да и самого Петра Николаевича, сидящего аккурат напротив меня на другой половине зала, никто из них на победу уже не рассчитывал.
Нет, так-то на словах для стороннего наблюдателя могло показаться, что Чигерёвым пришёл конец и что род после суда окажется на грани банкротства. Вот только сторонних в самом зале практически не было. Все свои, все в курсе происходящего. И вызывающе-агрессивное поведение судьи в адрес ответчика никто не воспринимал всерьёз.
Так, в первом же рассматриваемом вопросе, касающемся обеспечения должного уровня безопасности на курорте, судья разве что ядом не брызгала в сторону Чигерёвых, буквально в открытую угрожая оставить без последних штанов.
Впрочем, ответчик на это сохранял полнейшую невозмутимость. Те, кому надо, и так уже знали, что на этом процессе решался вопрос не о том, опустеют ли счета Чигерёвых или нет, это было уже без вариантов, всё же компенсацию им в любом случае выплачивать пришлось бы. Сейчас же основным вопросом было, останется ли подземелье у прежнего собственника или перейдёт в руки нового.
  
В принципе, до недавнего времени все шансы выиграть у графа Петрова имелись. Четыре десятка истцов, выступивших разом, должны были буквально аннигилировать любые попытки Чигерёвых защититься. Никакой суд, учитывая, что процесс был открытым и транслировался чуть ли не в прямом эфире, не встал бы на защиту людей, по чьей вине произошла трагедия. Тем более что вина Чигерёвых была очевидна.