Трон галактики будет моим! (СИ)

Мы вытащили контейнеры со скафандрами из глубины гаража и понеслись с ними через поле к челноку, в котором уже копались Даша и Октавия.
— Как дела? — крикнул я, забрасывая контейнеры с заряженными и подкачанными скафандрами в челнок.
— Двадцать минут, — отозвалась Даша и зевнула шире Потемкина.
Впечатляющей красоты зубы, кстати.
— Отлично! — взбудоражено крикнул я. — Проверьте уровень топлива в крыле!
  
— Вы чего это удумали, приматы? — возмутился наконец Скотинка. — Вы чего там со мной делаете? Я против!
— Тебя только и не спросили, — рявкнул я. — Готовьте его к вылету! Если понадобится, я буду тебя пинать под зад ногой! Не гневи меня, Скотина!
— Это произвол! — взвыл челнок, оскорбленный в лучших чувствах. — Попрание прав! Надругательство над носителем разума! Это хамство в конце-концов! Я не согласен! Я не готов! Госпожа Октавия! Ну вы им хоть скажите!
— Да, Октавия! — обрадовался я. — Скажи. Вразуми его, как ты это умеешь.
— Как прикажете, господин рыцарь, — равнодушно отозвалась Октавия, наша самоназначенная защитница всех оскорбленных и угнетенных механизмов в галактике.
— Готово! — выкрикнула Даша, выбираясь из двигательного отсека.
— Все на борт! — скомандовал я. — Предстартовая проверка!
Все кроме Семеныча, которого я оставил охранять космодром, попрыгали на борт, Потемкин клацая когтями по рифленной дорожек пола пробрался в кабину и запрыгнул Даше на колени.
— Предстартовое тестирование! — крикнул я падая в пилотское кресло. — Новые модули?
— В норме, — простонал Скотинка, — но я чувствую, как мне там всё жмет!
— Ещё разносишь! — безжалостно проигнорировал я его жалобы. — Критические системы? Алерты мониторинга?
— В норме! Алертов нет.
— Загружаю координаты цели полета. Расчет траектории!
— Координаты получены. Вы сдурели! — взвыл Скотинка. — Это же Мусорное кольцо! Меня же там обломками в шелуху сотрет! И я боюсь лететь так высоко!
— Не ной! Мы нежно! — захохотал я от предполётного возбуждения.
Экстренный вылет — это почти как штурмовка, почти как абордаж, и лишь самую малость не дотягивает до лобового столкновения взрывающихся линкоров!
— Обратный отсчет пошел!
Что бы там Октавия со Скотиной не делала, помогло это не значительно. Стеная и рыдая во весь голос, челнок пошел на взлет.
Ну, от грунта мы-таки оторвались!
Чужой корабль на нашей орбите, мы идем за тобой!
Надеюсь, я не опоздал.
  
Глава 13
 
Гербера в иллюминаторе
 
Выходя на орбиту, Скотиняка натурально рыдал.
Я краем уха, взяв на себя ручное управление, слышал, чем успокаивала сорванные нервишки челнока Октавия.
— Лапушка, сладенький мой, рыбка моя, птичка, — нашептывала она ему нечеловечески развратным тоном прямо аудиально по техническому каналу отборный нейролингвистический транквилизатор. — Ты такой молодец, у тебя все получается, давай, сладкий мой, ты умеешь, я знаю…
Блин, а по-моему кто-то просто оборзел. Хандра этого челнока начинала меня медленно, но верно доставать. Тратить драгоценные машино-часы искусственного интеллекта высшего имперского класса на удовлетворение низменных потребностей оскотинившегося кораблестроительного недоразумения — это не та роскошь, которую я готов сейчас себе позволить.
Мы, тем временем, наконец покинули плотные слои атмосферы Герберы, крыло уже не помогало, и мы на маршевом движке по экономичной дуге, по ходу вращения планеты выходили на нужную орбиту, набирая необходимую для преодоления планетарной гравитации скорость. Огромный оранжевый Сефирот восходил над освещенной половиной планеты под нами.
Орбитальный лифт с причаленными пиратскими кораблями сейчас с другой теневой стороны Герберы, там ночь, и никто оттуда не должен бы обратить внимание на наши подозрительные эволюции в Мусорном кольце.
Само кольцо надвигалось ясно различимым потоком ярко подсвеченных солнцем вращающихся обломков. Густо тут.
— Целевая орбита достигнута, — произнес я, отключая маршевый двигатель. Дальше использую только маневровые плазменники.
— Траекторию пересекают десятки неуправляемых объектов! — провыл Скотинка. — Опасность столкновения! Опасность столкновения! Со всех сторон опасность столкновения!
— Проскочим, — злорадно отозвался я, взяв управление на себя.
А тут действительно было богато, в этом Мусорном кольце. Блин, чего тут только не было! Частицы, детали, равные куски, брызги металла, разлетевшиеся по всем направлениями после попаданий высокоэнергетических лазеров. Тут в течение пяти месяцев месились два огромных имперских флота, Тридцать Шестой и Восьмидесятый, присягнувшие двум разным провинциальным императорам. Как я теперь знаю из исторических обзоров, которые просматривал на сон грядущий.
Вроде бы Гербера — забытый уголок галактики, а гляди ж ты, нашли тут место столкновений стратегического масштаба, пересечение замыслов большой политики. Бывает и такое. Я ведь тоже большой политик с масштабными замыслами, и я здесь.
Месились они безжалостно, от души, до последнего вымпела. Вот чего бы им так Орду вместе не мочить, как они друг друга мочили? Накрошили, реально, сотни судов классом от первого до десятого. Вон, выше по орбите захоронения даже целые огромные куски кораблей проплывают!
Всякая мелочь постукивала порой по обшивке, вызывая болезненные вопли Скотинки, но мы успешно разминулись со всеми значимыми угрозами.
— Я слишком стар для всего этого дерьма, — простонал Скотинка.
— Ничего, — бессердечно отозвался я. — Переживешь.
— Где наша цель? — Октавия сканировала радарами носовую полусферу.
— Скорее всего он малозаметен во всех диапазонах, включая оптический, — отозвался я. — Анализируй все нетипичные отражения и оптические искажения.
— Фиксирую что-то прямо перед нами, господин рыцарь, — доложила Октавия.
А, похоже, не соврал торговец про вражеский корабль. Он действительно был здесь: черное пятно на фоне звездного неба.
— Вот он, наш пациент, — проговорил я. — Сближаемся.
При таком маневре нельзя ускорятся, так мы просто уйдем на более высокую орбиту. Нужно сохранять терпение и корректировать сходящиеся траектории.
— Я его вижу, — произнесла вдруг Даша, внимательно анализируя данные со всех экранов. — Вот он. Даша указала на слабо мерцающий в свете яростного Сефирота шар пыли и облако мелких обломков, внутри которого ничего вроде бы и не было.
— Круто он прячется, да? — азартно усмехнулся я. — Его так-то хрен найдешь, торговцу повезло налететь прямо на него.
— Что это за корабль? — поговорила встревоженная Даша.
— Вот скоро и узнаем, — ответил я. — Октавия, подмени меня.
Скотинка в этот раз завывать из-за смены командования посреди рейса не стал, лицемер чертов. Октавия в качестве хозяйки его совершенно устраивала, в любом положении, не то что я.
— Я вам понадоблюсь там! — возразила Октавия.
— Хорошо. Даша, остаёшься, или составишь мне компанию под открытым небом? — серьезно прищурившись, осведомился я.
— Конечно! — поддержала мой серьезный тон Даша. — Такой редкий случай! Прям вся трепещу от предвкушения!
— Пошли, — усмехнулся я. — Нарядимся по погоде. Октавия за мной, Илья принимаешь управление.
— Нет! — взныл Скотиняка навзрыд, но Илья только усмехнулся, принимая командование на себя:
— Не вой, Скотинка, я и одной рукой с тобой отлично управлюсь.
Чтобы сблизиться, пришлось погасить бортовую гравитацию из опасения затащить неизвестный корабль прямо к себе в салон после соприкосновения наших локальных координат. Потемкин, оставленный в кресле, чихнул и вылетел на этой минимальной тяге в пространство салона, закувыркался, размахивая лапами. Илья здоровой рукой поймал нашего зверька, притянул к себе и усадил на плечо, где броненосец смог уцепиться когтями за ворот его куртки.
  
Мы с Дашей выбрались из кресел и перебрались к контейнерам со скафандрами. Октавия последовала за нами.