Профессионал. Мальчики из Бразилии. Несколько хороших парней

— Господи, Каффи, это же флот, в конце концов, — вмешалась в этот диалог Джоан.
— А ее вообще никто не любит, — куда-то в небо сообщил Каффи.
— Понял, сэр, — водитель прибавил скорость.
  
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
 
Из окна кабинета полковника Джэссопа, где собрались на совещание офицеры, было видно, как на плацу несколько десятков морских пехотинцев отрабатывают строевой шаг. Полковник удовлетворенно хмыкнул и сладко затянулся сигарой.
В дверь постучали. Полковник с улыбкой протянул вошедшим руку:
— Натан Джэссоп. Заходите.
— Спасибо, сэр. — Прибывшие обменялись рукопожатиями. — Даниэл Каффи. Это — капитан Джоан Галуэй. Она наблюдает.
Полковник оценивающе посмотрел на Джоан.
— Очень приятно.
—. А это Сэм Уэдберг, мой помощник, — Каффи легонько подтолкнул друга. Сидящие за столом офицеры поднялись.
— Это — подполковник Кендрик. Я попросил их присутствовать при нашем разговоре. — Джэссоп представил гостям подчиненных. Подполковник Маркинсон долго тряс Каффи руку:
— Я еще подростком был знаком с вашим отцом. Он выступал у нас в школе!
Джэссоп хлопнул в ладоши:
— Так вы сын Лайонелла Каффи? Ну надо же! Черт возьми. У его отца было много врагов. Джексон против Мейсона — это вошло в учебники. Там говорили, что черная девочка не может учиться в школе для белых. А Лайонелл Каффи сказал: «Ну, это мы посмотрим!» Ну, как твой отец, Дэнни?
Все с интересом смотрели в сторону Каффи.
— Он скончался семь лет назад, сэр…
— Ну, а теперь я полным идиотом оказался, — проворчал Джэссоп.
— Нет-нет, сэр, — Каффи постарался смягчить неловкость.
— Чем мы можем вам помочь, Дэнни?
— Немногим, сэр. Это в общем пустая формальность.
Джоан возмущенно посмотрела на Каффи.
Каффи долго хлопал себя по карманам, ища ручку. Джоан протянула ему свою. Каффи благодарно кивнул и повернулся к полковнику:
— Просто нам полагается допрашивать своих свидетелей. Таковы правила.
— Да ради Бога! — Джэссоп пошел к двери, за ним последовали все присутствующие. — Джонатан покажет вам все, что нужно, а после этого мы поговорим за обедом. Ну, так как?
— Прекрасно, сэр! — за всех ответил Каффи.
  
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
 
Территорию военно-морской базы Гуантанамо за годы службы лейтенант Кендрик выучил как свою руку. Поэтому он вел джип уверенно, резко сбавляя скорость на поворотах. Был обычный рабочий день. Офицеры командовали, солдаты выполняли команды. Но именно это выполнение команд и отличало морских пехотинцев от наземной пехоты. Складывалось такое впечатление, что на плацу маршируют не люди — абсолютная синхронность движений делала их похожими на роботов. Но Кендрик знал наверняка, что по первому боевому приказу эти люди, с сердцами наполненными отвагой, без страха и сомнения ринутся на противника, потому что сильней и выносливей их нет во всей армии США.
Обогнув плац, Кендрик направил джип к зданию казармы. Каффи как завороженный следил за движением его сильных, покрытых золотым пушком рук, что виртуозно управлялись с рулем.
— Лейтенант! Вы говорили со своими людьми до происшествия? — задумчиво спросил он Кендрика.
— Да.
— И что вы им сказали?
— Я сказал людям, что у нас стукач и что, хотя наверняка они захотят свести счеты с рядовым Сантьяго — трогать его нельзя. — Кендрик пристально взглянул на Каффи.
— Во сколько это произошло?
— В 16.00 — ответил лейтенант, предварительно зачем-то глянув на часы.
  
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
 
В казарме дверь комнаты рядового Сантьяго оказалась опечатанной военной полицией. Лейтенант Кендрик уверенно сорвал пломбу и толкнул дверь. Взору вошедших представилось небольшое помещение — смятая узкая постель, квадратный стол да встроенный платяной шкаф. Каффи открыл его дверцу — одежда была аккуратно развешана.
Джоан отвернула простыню на кровати и в изумлении застыла — огромное темное пятно растеклось на подушке и чуть ниже, на матраце.
Возникла пауза.
 
Первым заговорил лейтенант Каффи:
— Лейтенант Кендрик! Я могу называть вас Джон?
— Нет, не можете.
— Я вас чем-нибудь обидел?
— Нет. Вы мне очень нравитесь все — из флота. Когда нам нужно лететь драться, вы всегда готовы нас туда подбросить, — съехидничал Кендрик.
— Лейтенант Кендрик! — голос Джоан слегка дрогнул. — Вы не считаете, что рядовой Сантьяго был убит?
На лице Кендрика возле левого глаза задергалась жилка и он весь напрягся, будто готовился к прыжку:
— Я верю в Бога и его сына Иисуса Христа. И поэтому могу сказать: Сантьяго умер — и это трагедия. Но он умер потому, что не знал кодекса. У него не было чести. И Бог внимательно смотрит за тем, что происходит.
Сэм Уэдберг вопросительно взглянул на Каффи:
— Ну как ты к этому относишься?
— Приекрасно. Пошли дальше. Все за мной! — и Каффи направился к выходу.
— Вы вообще-то собираетесь что-нибудь расследовать или вы просто на экскурсию приехали?! — возмущенно заметила Джоан.
— Я готовлюсь, готовлюсь… — ответил глубокомысленно Каффи.
  
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
 
Ужин был накрыт на летней террасе офицерского клуба. Внизу лениво плескалось море, волны с шипением накатывались друг на друга, хищно слизывая золотой песок, и уносили свою добычу в неведомые морские глубины.
Полковник Джэссоп был настроен весьма благодушно. Он вел себя как истинный хозяин на светском рауте: никаких званий и чинов — все сидящие за столом — только дорогие гости. Больше всего внимания досталось Джоан. Своим обращением к ней — полковник нарочито не замечал ее капитанские нашивки — он постоянно подчеркивал, что Джоан — очаровательная девушка.
Беседа за ужином была непринужденной и, в основном, касалась мирной жизни. Постоянно обнажая в улыбке свои белые, длинные, как у лошади, зубы, Джэссоп рассказывал смешные истории, и сам первым начинал громко хохотать. Но при этом его стальные, глубоко посаженные глаза оставались холодными, без единого веселого лучика. И как только его взгляд останавливался на Джоан, она чувствовала на себе его звериную цепкость.
Каффи допил кофе и отставил чашку:
— Полковник, я должен вас кое о чем спросить. Вы понимаете, что произошло тогда?
— Ну конечно, — раскуривая сигару, полковник пристально взглянул на Каффи.
Каффи на одном дыхании выпалил:
— Утром, б-го числа, вам сообщили, что Сантьяго связался с кем-то, вне вашей юрисдикции, и он готов сообщить о том, кто стрелял за пределами периметра базы?
— Так точно, — кивнул полковник.
Каффи отодвинул чашку и, нагнувшись, вытащил из стоящего у его ног черного кожаного портфеля папку. Положив ее на стол, раскрыл на чистом листе и, отвинтив колпачок паркера, приготовился к записи. Все сидящие за столом в недоумении уставились на лейтенанта. А он, как ни в чем не бывало, спросил:
— Если я что-либо пропустил, то вы, ради Бога, говорите, — и Каффи склонился над папкой.
Полковник Джэссоп обвел всех присутствующих тяжелым взглядом и, слегка наклонив в сторону Каффи свою коротко стриженную с седеющими висками голову, на полуулыбке ответил:
— Благодарю!
— Итак, вы вызвали к себе подполковника Маркинсо-на и лейтенанта Кендрика. Правильно? Что тогда произошло? — словно не замечая этого жеста полковника, продолжил Каффи.
— Мы договорились, что. рядового Сантьяго нужно перевести с базы для его же безопасности, — полковник повернулся к лейтенанту Кендрику, словно искал у него подтверждения своим словам.
— Сантьяго должны были перевезти? — переспросила Джоан.
— Да, — утвердительно кивнул полковник. — Его должны были первым самолетом доставить в Штаты, в ноль шесть утра следующего утра. Как выяснилось, на пять часов позже, чем нужно.
— Ну ладно, если это все, что у вас есть… — захлопывая папку и опуская ее в портфель, Каффи встал из-за стола. — Еще раз спасибо за ваше время.