Профессионал. Мальчики из Бразилии. Несколько хороших парней
Фарж выключил рацию.
— Поезжай в Шато де Ферьер. Быстро! — приказал Бомон.
Фарж глубоко вздохнул, нажал на газ, его красный «рено» рванулся с места и помчался в сторону Рамбуйе. Через двадцать минут они уже выезжали из города.
Предместья Парижа были прекрасны особой весенней прелестью. Вдоль дороги торжественно стояли каштаны, держа на своих пышных кронах десятки розоватых цветочных свечей. Цвели сады. Плодовые деревья стояли в белом облаке, как после сильной вьюги.
* * *Полковник Мартен, закончив разговор с Фаржем, откинулся в кресле и закурил.
— Честно говоря, — сказал он Валера, — я сегодня утром не поверил комиссару Розену, когда он убеждал меня, что убил Бомона.
— Да, — откликнулся Эдуард, — Розен, конечно, грязная тварь, но, надо отдать ему должное, отменный полицейский.
— Ну, что ж, — вздохнув, поднялся из кресла полковник Мартен, — пойду, сообщу его превосходительству хорошую новость.
Он вышел из северного крыла здания, где расположился штаб службы безопасности, и пошел вдоль замкового пруда, покрытого бутонами водяных лилий, к апартаментам президента Нджала. Они находились в южной башне дворца. Его превосходительство пожелал, чтобы солнца в его резиденции было как можно больше, иначе он начинал сильно тосковать по родине.
Машины для солдат охраны уже прибыли и полковник смотрел, как автоматчики покидали замковый двор, газоны, башни, посты на крышах и галереях дворца. Все шло к финалу, визит Нджала сегодня завершался, партия была выиграна, Джосс Бомон лежал в холодильнике полицейского морга, но Мартен почему-то не ощущал радости победы.
Тем временем Фарж и Бомон уже подъезжали к Рамбуйе. Жослен рассеянно поглядывал в окно машины… Старые ясени, стоявшие вдоль дороги, шелестели под ветерком свежей яркой листвой, промытой ночным дождем.
— В какое время в замок обычно прилетает вертолет мадемуазель Дорис Фридериксен? — спросил Бомон, наслаждаясь деревенским пейзажем.
— В два часа тридцать минут, — ответил Фарж. — А что?
— Мне нужно будет туда залезть, вот что. — ответил Жослен и откинулся на сиденье.
— Отдыхай, Оксильер, отдыхай. — приговаривал Джосс, — Расслабься, дыши глубже — весна на дворе. А когда мы будем проезжать через пост в воротах замка, не забудь улыбнуться. И вообще — веди себя естественно. Как можно более естественно.
В это время Бомон заметил в потоке машин на шоссе военные автобусы с автоматчиками.
— Смотри-ка, Фарж, — воскликнул он, — полковник отсылает своих солдатиков. Наша с тобой маленькая хитрость удалась.
Фарж промолчал. Жослен взглянул в переднее зеркало и увидел бледное, перекошенное от злости лицо инспектора со слегка позеленевшим синяком трехдневной давности на переносице.
— О, Боже, — вздохнул Бомон, — ну и рожа! Я же сказал тебе, Оксильер, сделай приветливое лицо, улыбайся. А ну-ка, — скомандовал он, — порепетируем, до замка осталось всего пару километров.
Фарж слегка повернулся к Жослену и оскалил зубы, изображая улыбку.
— Спасибо, малыш, — вежливо поблагодарил его Бомон.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
БЕЛЫЙ ЗАМОК И
ЧЕРНЫЙ ПРЕЗИДЕНТ
За поворотом дороги показалась дубовая роща, а за ней уже виднелись белые башни замка Шато де Ферьер. Остановившись у поста, Фарж молча показал охранникам свой пропуск. Они узнали Фаржа и, с улыбкой козырнув ему, открыли ворота. Машина въехала во двор, мощеный тяжелыми каменными плитами. Жослен быстрым цепким взглядом окинул место действия.
Это был небольшой средневековый замок из белого камня, позднее перестроенный в стиле барокко. Старинные мощные круглые башни с узкими окнами-бойницами соседствовали с нарядными галереями, украшенными каменной резьбой.
Основное здание замка было построено в виде буквы П. Внутренний двор был отделан камнем, он заканчивался большой балюстрадой, за которой расстилалась зеленая лужайка с несколькими цветочными клумбами. Дальше начинался дворцовый парк. У башен замка, северной и южной, сохранились остатки оборонительного рва с водой. Сейчас это были тихие пруды, заросшие белыми лилиями.
— Так, — скомандовал Бомон, — подъедешь прямо к подъезду. Где находятся апартаменты его превосходительства?
Фарж молчал, притормаживая машину.
— Тебе что, понравилось в морге? Хочешь полежать там рядом с Розеном? — угрожающе произнес Бомон.
— В южном крыле замка, на втором этаже, напротив лестницы. — нехотя, медленно произнес Фарж. — Там, где большие окна.
Он махнул рукой в сторону южного фасада, где полуденное солнце играло в стеклах огромных барочных окон, наличники которых были украшены затейливой резьбой.
— А куда сядет вертолет мадемуазель Фридериксен? — спросил Жослен.
— Вот сюда, на эту лужайку. — Инспектор Фарж показал на большое зеленое поле, расстилавшееся за балюстрадой.
— Машина медленно подъехала к подъезду, ведущему в апартаменты президента Нджала. Но тут Бомона ждала еще одна неожиданность. У дверей о чем-то беседовали двое африканцев, по-видимому, советников Нджала. Увидев машину, они замолчали и с интересом заглянули в окно машины. Джосс внутренне напрягся. Его процесс в Мальруни широко освещался в тамошней прессе, транслировался по телевидению и его лицо могло быть знакомо этим двоим…
Фарж остановил машину и потянулся к дверце.
— Подожди, — приказал Бомон, — не Двигайся.
Советники Нджала, узнав Фаржа, приветливо улыбнулись и помахали им рукой.
— Привет! —
— Привет, привет, — одновременно ответили Фарж и Жослен. Первый — мрачно, второй — весело и дружелюбно.
Африканцы отошли, продолжая прерванный разговор. Выждав, пока они скроются за углом здания, Бомон коротким резким ударом оглушил Фаржа, уложил его на сиденье машины и вошел в дверь башни.
На широкой винтовой лестнице никого не было. Бомон поднялся на первый этаж и вдруг услышал тяжелые шаги. Кто-то спускался вниз из апартаментов Нджала. Жослен оглянулся по сторонам. Рядом с ним, в стенной нише стояли кованые рыцарские доспехи, он спрятался за ними.
Наконец, идущий по лестнице человек поравнялся с Жосленом и он узнал полковника 'Мартена. Бомон шагнул ему навстречу, держа наготове револьвер.
— Здравствуйте, господин полковник, — сказал он приветливо.
— Бомон?! — от неожиданности Мартен слегка отшатнулся. — А кого же тогда застрелили иа улице Ле-пик? — спросил он.
— Розена. — ответил Жослен. — Вы разочарованы?
— Да, пожалуй, разочарован, — сказал Мартен, — разочарован Розеном. Я всегда считал его хорошим сыщиком, а он так легко дал себя убить…
— Мы с ним оба оказались хорошими сыщиками, но ему немного не повезло. Ну, а теперь, господин полковник, — Бомон выразительно повел револьвером, — отдайте мне ваш пистолет.
Мартен молча вытащил пистолет из кобуры и протянул его Бомону.
— Начинается последний акт этого спектакля, — пристально глядя в глаза Мартену, сказал Жослен. — Отведите меня к президенту Нджала, полковник, но только побыстрей.
Они молча поднялись по лестнице на второй этаж, прошли через огромный пустой белоснежный зал, украшенный лепниной и подошли к дубовой резной двери.
— Он здесь, — сказал Мартен.
— А сейчас послушайте меня, дорогой полковник, — Бомон сгреб Мартена за шиворот пиджака и ткнул дулом револьвера толстые складки на его подбородке. — Фарж валяется там, внизу и мне бы не хотелось, чтобы случилось еще одно несчастье… Поэтому ведите себя тихо и передайте министру, что несмотря на все ваши усилия, я все-таки сделал свое дело…
Бомон отшвырнул Мартена в сторону и открыл дверь кабинета.
Это была просторная комната с резными панелями черного дерева и огромными окнами от пола до потолка. Сейчас они были закрыты тяжелыми ткаными шторами и в кабинете царил полумрак. Президент Нджала лежал в глубине комнаты на кушетке, прикрыв лицо свежим номером газеты «Матен» и, казалось, дремал.