Совесть Городат (СИ)
— Не воспринимайте мои слова враждебно, но мне кажется, что сейчас вы выступаете не на той стороне. Я бы посоветовал отказаться от дальнейшего расследования этого дела, чтобы не навлекать неприятностей на свою и чужую голову.
— Чем это?
— Совет боится Города, которым пытается управлять. Это только мои догадки…
— Да неужели? — не смог удержаться от ехидства Арион, начиная потихоньку раздражаться от предчувствия, что этот разговор будет просто потерянным временем.
— Да, — выпятил вперёд подбородок Ракеш, — но я более чем уверен в их обоснованности. Город древен. Возможно, настолько же, насколько и сама Грань. Пришедшие сюда первые жители уже обнаружили на поверхности постройки неизвестного назначения. Более того, я почти с полной уверенностью могу утверждать, что Город — это вполне живое существо с собственным разумом, лишь терпящее наше копошение до поры до времени. Но он не позволит переступать определённую грань.
— И с чем же она связана? — подтолкнул умлокшего Рашека феникс, стараясь не выказать охватившего его разочарования. Похоже, ему попался очередной верящий в легенды Города. Однако, мальчишка его удивил.
— Боюсь, что с данными убийствами.
— Убийства. ми? — уточнил Арион, мгновенно подбираясь. Похоже, разговор окажется не таким уж пустым, как он полагал изначально. — Что ты знаешь про других жертв?
— Ничего конкретного, — признался Ракеш. — Я основываюсь лишь на записях нашего архива. Там подобные случаи зарегистрированы. И не единожды.
— Виновных нашли? — поинтересовался Арион.
— Нет. Да это и невозможно. Это жертвы Города, — убеждённо заявил Рашек.
— Да что ты говоришь? Это божество, которому нужно приносить жертвы? По-твоему, в противном случае на нас однажды ополчатся наши собственные дома? Взбесится техника? Изойдет ядом еда? Что там ещё может произойти?
Арион в задумчивости постучал пальцем по подбородку, подбирая другие возможные варианты.
— Зря вы смеетесь. Что до домов… В архиве можно найти интересный феномен под названием “упавшая черепица”. Он идёт от тех времен, когда дома были невысокими и покрыты черепицей. Так вот, черепица эта падала на удивление метко, отчего-то выбирая весьма нечистых на руку чиновников. Отличительной особенностью было то, что защита против неё не срабатывала. Но сейчас всё намного серьёзнее. Какими-то действиями мы провинились перед Городом, и сейчас он наказывает виновных. Он успокоится только тогда, когда все они погибнут. Но может случится и другой вариант. Вы знаете, что однажды все жители Города были поголовно уничтожены? — не дождавшись никакой реакции, Рашек продолжил: — Это событие описано достаточно иносказательно, но сам факт имеет место быть. Мы, городские жители, сами того не осознавая, уничтожили что-то важное для Города и тем самым настроили его против себя. И я не хотел бы повторения этого.
— Никто не хотел бы повторения. Но почему ты связываешь данный случай с… живым Городом? У членов Совета много недоброжелателей и завистников. Вполне возможно, показное убийство было заказано.
— Нет, я уверен, что данный случай связан именно с Городом.
— Основываясь лишь на летописях? — не скрывая скепсиса, уточнил Арион. — Неубедительно.
— Не совсем, — признался Рашек. — Так говорит и Книга Города.
— У нас есть и такая? — удивился Арион. Что-то у Города, оказывается, целая комплектация. В придачу к совести, сердцу и другим органам, оказывается, есть ещё и книга.
— Одному моему далёкому предку вскоре после переселения сюда и принятия должности главного архивариуса Город подарил одну книгу.
— Каким это образом, подарил?
— Вы же знаете, что архивы всегда надёжно защищали от чужого проникновения, и найти в самом его сердце постороннюю книгу… это…
— Может, не учли при перевозке?
— Нет, книга лежала на рабочем столе моего предка. С тех пор она помогла избежать многих неприятностей. И вот она вновь заговорила.
— Серьёзно, что ли? — удивился Арион. Он не собирался надолго затягивать этот разговор. Вполне возможно, с помощью книги кто-то манипулирует событиями в Городе, подавая нужные для себя факты. Идти на поводу у неизвестно откуда взявшейся книженции — это ж нужно додуматься!
А что до невозможности проникнуть… считалось, что в Академию тоже невозможно попасть, но Безрак с Марианной откуда-то же взялись? Может, и с книгой та же история, что и с образом Лорда, сотни сианов освобождающего рабов? Кто-то целенаправленно и планомерно занимается этим в свою пользу?
— Не надо ехидничать. Я бы совсем не удивился, если бы книга заговорила вслух. Уверен, что увидев её собственными глазами, вы оставите свой пренебрежительный тон. Подождите немного, я сейчас принесу.
Арион усмехнулся и остался ожидать парнишку и его “живую” книгу. И ведь абсолютно уверен в своей позиции. Хотя что взять с этих архивников? Они все поголовно помешаны на своих пылесборниках. Вон, даже говорящая книга для них была бы нормой!
Рашек вернулся через стигну, неся в руках большой и, судя по всему, мастодионовый ларь. Такое чувство, будто они всерьёз опасаются, будто у книженции могут вырасти ноги, и она сбежит. И не жалко им столько драгоценного материала переводить?
— А защита от воров не предусмотрена?
— Когда-то её пытались воровать, даже несколько раз. Но потом книга всегда возвращалась в архив. Кто это делал, нам неизвестно.
С величайшей осторожностью Рашек поставил ларь на стол, достал ключ и повернул в замке.
— Каким образом вы её услышали, если она так тщательно упакована?
— Мы дважды в луну проверяем её сохранность и смотрим, не хочет ли она нам что-либо сказать. Иногда советуемся, если возникает такая необходимость.
Наконец, крышка была откинута, и Рашек извлёк тяжёлый талмуд в переплёте из шкуры неизвестного существа. Внешне книга не особо впечатляла. Ну, толстая, ну пушистая — за долгие сотни сианов шерсть осталась мягкой и шелковистой, но это вполне можно было бы списать на сохранные плетения. Однако то, что она имеет столь явную ауру…
— И вправду нечто выдающееся, — вынужден был согласиться Арион. — Уже не предмет, но ещё не живое существо. Я хотел бы поближе познакомиться с этим феноменом. Нет, ты держи пока.
Чем внимательнее и глубже Арион изучал книгу, тем больше у него возникало вопросов. И первый из них был: “Кто мог создать подобное?”. Это или бог, или гений. Все остальные артефакты, с которыми приходилось сталкиваться финиксу до этого и в подмётки не годились Книге Города. Вполне возможно, что это творение древних мастеров. Такая и вправду может заговорить вслух, а то и чего доброго отрастить ноги и сбежать…
— Так ты утверждаешь, что на отвечает на поставленные вопросы? И что она вам сказала, что ты прибежал ко мне?
— Что вы не на той стороне справедливости, — честно признался Рашек.
— У справедливости есть разные стороны? Очень интересно… А если я задам вопрос, она ответит?
— Если сочтёт вопрос жизненно важным. Но может дать совсем иную информацию. А может и ничего не сказать.
— А как она определяет важность вопроса? — поинтересовался Арион, всё ещё не спеша брать чудо-книгу в руки.
— Нам это не известно.
— Тебе не кажется, что это может попахивать шарлатанством?
— Если вы до сих пор не верите мне, спросите у неё сами.
— Про шарлатанство? — уточнил Арион.
— Да хоть про что.
Феникс осторожно взял в руки оказавшийся весьма увесистым талмуд и, требовательно глядя на пушистый переплёт без названия, мысленно поинтересовался: “Кто убил члена Большого Совета?” Открыв книгу, Арион замер на пару мигов, потом насмешливо улыбнулся и пролистал несколько страниц, поднял голову и посмотрела на Рашека.
— Если данный артефакт считает, что я смогу найти ответ в поэме “О славных деяниях Раксалана” крупицы истины, то он сильно ошибается.
— Или вы, — с вызовом глядя на феникса, отозвался Рашек.
Арион фыркнул и собирался уже захлопнуть книгу, но краем глаза заметил движение на странице. Вместо рифмованных столбиков проступила крупными буквами иная надпись: