Совесть Городат (СИ)

На следующий день, почти уверенный в их отказе, я всё же предложил Дарку и Люцифэ пойти на вечер с ребятами. Морф, как обычно, ничего не сказал, лишь выжидательно посмотрел на тёмную. Похоже, ему было совершенно всё равно, как проводить время. Дарк же задумчиво протянула:
— В принципе, мне нужно постричься, а то на чучело смахиваю, и дополнительно позаниматься амаорским, но, думаю, пару боёв погоды не сделают. Так что пошли. Только косу заплету.
Коса под неловкими пальцами тёмной виляла из стороны в сторону, топорщилась отдельными короткими прядями и вообще имела унылый и крайне неопрятный вид. У меня бы намного лучше получилось, но предлагать свои услуги я не рискнул. Зато Люцифэ, осмотрев результат, со вздохом произнёс:
— Позволь мне.
— Что, настолько кошмарно? — поинтересовалась тёмная.
— Ужасно.
— Ты меня окончательно избалуешь.
— Так это Люцифэ ровняет твои волосы и следит за руками? — дошло до меня.
— Ага, — небрежно отозвалась Дарк. — А уж как он классно массаж умеет делать! Закачаешься.
Я впал в ступор. Совершенно не понимаю их отношений. А Люцифэ ни одной чёрточкой не показал, что его задевает то, что мы обсуждаем его в его же присутствии, будто не о нём и речь.
Я ещё раз окинул критическим взглядом тёмных. Люцифэ будто специально выпячивает свою непохожесть: достаточно длинные округлой формы ноги, холёные руки, чуть влажные, явно намазанные чем-то губы и прическа волосок к волоску. Дарк же особо не выделялась на фоне остальных учеников: частые мозоли на руках, россыпь кровоподтеков и синяков по всему телу, короткие, под корень обрезанные ногти и будто в спешке обкромсанные волосы. Но по утрам от синяков не оставалось и следа, и дело здесь было, похоже, вовсе не в невероятной регенерации тёмной, как я полагал до этого.
Ребята были удивлены нашим приходом, но скорее обрадованы, чем огорчены. Дарка тут же засыпали вопросами: каково это — проходить практику в одной из команд Города. Тёмная вела себя совершенно непринуждённо, весело и с юмором рассказывала различные истории и сумела очень быстро всецело завладеть вниманием моих одногруппников. Я тоже жадно слушал, ведь до этого Дарк никогда не рассказывала о “Пси”. Несмотря на шутливый тон, было видно, что ей нелегко пришлось во время практики. А её характеристики состава команды вообще наводили на грустные размышления. Где это видано, чтобы за несколько лун сменились почти все члены кольца и остались из двенадцати только пять существ?
— Про Лорда многие в Городе в курсе, — вставил Мирэк, когда речь зашла о командире кольца. — Мне Диона в письме рассказывала немного о нём и просила уточнить, почему его называют Кровавым?
— Ну-у, — многозначительно протянула Дарк и ехидно улыбнулась. — Увидь ты его, как довелось мне однажды: бледный до синевы, будто только что восставший вурдалак, осунувшийся, весь заляпанный кровью и держащий в руке только что вырванное, ещё трепыхающееся сердце — думаю, тогда у тебя вопросов бы не возникло. Но вообще я не спрашивал.
— Он при тебе убивал? — впервые за вечер подал голос Люцифэ. Причём спросил он это совершенно без интонации и было непонятно: удивляет его это, вызывает осуждение или ещё какие чувства.
— Пачками, — небрежно отозвалась тёмная. — Мы не раз были на зачистках на нижних уровнях.
— И тебя брали на зачистки? — изумился Райан.
— Ага. На чётвертом ловить точно нечего, — авторитетно заявила Дарк.
— Там никого нет? — уточнил Даорэ.
— Они там как-раз-таки есть, причём в больших количествах. Но шустрые, как настоящие метеоры.
Разговор перетёк на обитателей нижних уровней. Дарк коротко рассказывала о своих впечатлениях и похождениях, причем было видно, что она ничуть не рисуется и прекрасно разбирается во всём многообразии существ, населяющих первые три уровня.
— А ещё там есть одно такое хищное растение… — внезапно тёмная замолкла на середине фразы и побледнела, а потом грязно выругалась. — Я ж совсем забыл полить кактус! Равианикиэль меня прикопает!!
Внезапно подорвавшись, Дарк превратилась в призрака и куда-то сбежала.
 
— Что за кактус? — обратился Райан к оставшемуся на месте Люцифэ.
— Захочет, расскажет, — последовал холодный ответ.
Дарк появилась стигны через четыре прямо перед морфом. Сунув ему под нос открытую ладонь, тёмная поинтересовалась:
— У него листик отвалился. Это же не смертельно?
— Без понятия. Но зная Равианикиэля, он должен был учесть такую возможность в инструкции по уходу за растением.
— А кто такой Равианикиэль? Твой друг? — уточнил Мирэк.
Дарка аж передёрнуло от подобного предположения.
— Не дай боги кому подобного друга! — чистосердечно призналась она и всунула Люцифэ листик. — Подержи.
Сама же тёмная достала из браслета огромный свиток в локоть шириной.
— Это что за скатерть? — не выдержал я, когда тяжёлый конец с тубой выскользнул из пальцев Дарка и поскакал по полу, протянув за собой светлую дорожку исписанной с одной стороны неизвестной мне бумаги.
— Инструкция по уходу, — не отрываясь, пробурчала тёмная, быстро перебирая свиток пальцами в поисках нужного места.
— Послушай, это же на кактус совсем не похоже, — удивился Райан, подступив к Люцифэ и рассматривая листик у него на ладони. Мы все, заинтересованные, подошли ближе к морфу. И вправду, золотистый листик очень напоминал лепесток своей мягкостью и бархатистостью, и лишь тонкие прожилки опровергали эту схожесть.
— Это пока, — не слишком радостно пробормотала Дарк, не отрываясь от свитка.
— А можно на него взглянуть? — спросил Мирэк.
— Нет. Он не любит чужих взглядов.
— Ну-ну, — неверяще хмыкнул Мирэк. — А что ещё он не любит?
— Шума, сквозняков, плохого настроения, сильных запахов, света и до черта чего ещё.
— Зачем он тебе вообще сдался? — офигел я, начиная понимать, почему тёмная никогда не приглашала меня в свою комнату и предпочитала заниматься в библиотеке.
— Всучили, — буркнула тёмная, дошедшая уже практически до середины свитка.
— Или подарили? — съехидничал Райан.
— Будь на месте Равианикиэля любой другой, я бы сказал, что подарили, но в данном случае правильно сказать именно всучили.
Интересно, кто же этот самый Равианикиэль? А ещё хочется побывать в комнате Дарка и увидеть этот самый цветок.
Но я пока решил воздержаться от расспросов. Да, горький опыт общения с Куколкой многому меня научил. Это не значит, что я насовсем отказался от идеи сблизиться с ней. Просто нужно выждать более подходящий момент. Может, этот Равианикиэль станет именно той подсказкой, которая поможет ответить на вопрос, что же случилось с Дарком и почему она так изменилась за последнее время?
— Бли-ин! А об этом не написано, — севшим голосом, выдала, наконец, тёмная, дойдя до конца “инструкции”. — И что мне теперь делать?
Увы, ответа на этот вопрос не знал никто.
А через пару дней произошло событие, которое в очередной раз полностью перевернуло моё представление о тёмной и заставило задаться вопросом: а точно ли знаю я хоть что-нибудь о ней?
Магистр Арион с чего-то вдруг решил проверить, насколько успешно мы сможем противостоять двенадцатому курсу. Ребята меньше сиана как прошли испытание на мосту и были ещё не совсем стабильны в эмоциональном плане. Слияние с фениксом Хаоса — долгий процесс, чреватый разными неожиданностями. Их и держат-то сиана два отдельно от остальных учеников, а, порой, и друг от друга. Чем руководствовался магистр Арион, выставляя против нас столь рискованных противников, мне, наверно, не понять никогда.
А ещё и эти жёсткие условия — сутки в карцере проигравшему. Магистр как будто сознательно стремился спровоцировать вспышку агрессии со стороны старших. И он своего добился. При нестабильном фениксе сутки в карцере — настоящая пытка. Но и нам совсем не улыбалось коротать там время.
Не знаю, что там происходило у тёмной: я слишком был занят боем с собственным соперником, пришлось даже частично менять ипостась, чтобы иметь возможность противостоять атакам старшего. Внезапный сильный выброс энергии заставил всех замереть и обернуться в сторону его источника.