Ложь и честь (СИ)

Система охраны короля имела множество различных ступеней безопасности и охватывала все сферы его жизни, в том числе и кухню. Еще сильнее эти рамки ужесточились с момента начала болезни, поскольку идею отравления никто не отменял. Проводились проверки всех попадавших на королевский стол блюд, как готовых, так и входящих в их состав ингредиентов. Непосредственно перед подачей на стол еду пробовал и дегустатор. В его роли выступал киборг с усиленными вкусовыми рецепторами и аналитическими базами данных по всем известным продуктам. Он мог определить отравляющее вещество с точностью до девяноста девяти процентов. Единственная имевшаяся уязвимость оставалась в используемом программном обеспечении. Человек с необходимым уровнем доступа мог ввести в базы данных киборга исключающие разрешения, чтобы тот не фиксировал их как опасность. Например, старший офицер личной интендантской службы Его Величества, постоянно находящийся в свите короля и отвечающий за все, что записано в королевском меню. Каким и являлся Герлан Антерсвертский.
Киборг, дегустировавший блюда к столу, не различал добавленного яда, а дрогнуть рукой со сжатой в пальцах капсулой над кубком короля Герлан мог практически в любой момент. Симптомы имели накопительный характер, болезнь появлялась только после систематического попадания в организм отравляющих веществ. От одной или даже трех доз никаких изменений бы не произошло, поэтому случайно отравить еще кого-то и вызвать ненужные подозрения Герлан не боялся. Он хорошо исполнял свою часть договора.
Иинан Третий стал выдающимся королем в истории Рейнсвальда, объединив прежних соперников в единое государство своей крепкой волей. Старые распри пусть были и не забыты, но отодвинуты на второй план. Постоянные феодальные войны, сотрясавшие королевство, ушли в прошлое, а внешние враги, потерпев ряд поражений, отступили от границ зализывать раны. Король правил жесткой рукой, карая виновных и награждая правых, и уже многие говорили, что при нем суждено начаться новой Золотой Эпохе. Однако из-за этого он нажил много врагов, как внутренних, так и внешних, но прежде ни один заговор не достигал успеха, а тех, кто пытался, нагоняла жестокая и беспощадная кара. А потом короля сразила болезнь. Лишь воля и упрямство этого человека не позволяли ей взять верх, хоть он уже и напоминал только бледную тень самого себя.
Золотой Зал дворца оставался местом, где сходились все нити власти в королевстве. Там стоял трон Рейнсвальда, отлитый в тот день, когда собравшиеся вместе бароны тогда еще только зарождавшегося королевства согласись выбрать из своего числа честнейшего и достойнейшего, чтобы править и хранить мир между ними. Высокий, отлитый из белого золота, с основанием и подлокотниками в виде сложенных человеческих черепов, стоявший на серебряном пьедестале, выложенный красным бархатом и со спинкой в виде вставшего на задние лапы крылатого льва. Над головой короля геральдическое животное держало щит с гербом королевства. Четыре стилизованные короны, обозначавшие первозданные стихии природы, и ангел в стальной броне с двуручным мечом.
Золотой Зал часто пустовал. Его стены и потолок, полностью отлитые из благородного желтого металла, украшали барельефы и статуи древних героев и животных из легенд. Больше трехсот метров высотой потолка и общей площадью в четыре квадратных километра, зал был выстроен без единой колонны. Своды удерживали арки в виде ангелов с распростертыми крыльями, скрестившими мечи над головами гостей. В те немногие минуты, когда в зале никого не оставалось, даже самый тихий звук моментально разлетался эхом от стен, еще долго перекатываясь под потолком. Потому те, кто заходил в Золотой Зал, предпочитали разговаривать шепотом даже без возможных свидетелей.
В этот же час под арочными сводами и потолочными фресками с изображениями сражений из древних легенд, там стояло только два человека и несколько киборгов-адъютантов из сопровождавшей их свиты.
— Ваше Величество, позвольте выразить свою признательность, что согласились встретиться со мной, несмотря на свое состояние. — Единственный стоявший в зале человек приложил руку к груди и поклонился. Он выглядел как старик, с морщинистым лицом, белой бородой и впавшими глазами под густыми бровями.
 
Растолстевший и давно утративший форму, он был одет в роскошные алые одеяния, отороченные белым и черным мехом, с серебряными украшениями и регалиями. Внешне феодал напоминал доброго толстого дедушку, все время улыбаясь, если бы не его глаза. Внимательный и холодный взгляд цеплял и царапал как кристаллики льда. Граф Омфей Гористар, один из самых могущественных и опасных людей королевства, полноправный повелитель крупного, богатого и важного феода в центральных землях метрополии, раскинувшего свои колонии на огромные земли на Поверхности и других островах.
— Не стоит благодарить человека лишь за то, что он исполняет свое предназначение, — ответил его собеседник, тоже приложив руку к груди и с трудом поклонившись. Голос звучал глухо из-под кислородной маски, закрывавшей нижнюю часть лица. Иинан Третий не мог даже полностью распрямиться под весом собственного тела. Бледное лицо, высохшее и потемневшее, нисколько не напоминало того прежнего человека, когда-то принявшего корону под этим именем. Тяжелые белоснежные одеяния с регалиями из драгоценных металлов и крупных светокамней тянули его к земле, и, даже сидя на троне, король едва мог разогнуть спину. Рядом с ним всегда дежурили два медицинских адъютанта, держа подключенные к катетерам капельницы и контролируя работу персонального модуля, поддерживавшего жизнь в иссушенном теле. Даже взгляд его был словно у уставшего и смирившегося человека, безучастно дожидавшегося решения своей судьбы. — Господин граф, во многом я согласился встретиться с вами лишь потому, что у меня тоже есть, что сказать. Надеюсь, вы выслушаете меня?
— Я не смею отказывать Вам, Ваше Величество. Мое внимание полностью принадлежит Вам, — склонил голову граф.
— Хорошо. Для начала своей королевской волей я прошу направить основные силы вашего феода на северные границы нашего феода, к маршрутам, связывающим Рейнсвальд с Таннурейской конфедерацией. Там нужны силы вашего флота и вашей армии. Не волнуйтесь, что останетесь в одиночестве. В ближайшее время к вам подойдут силы и других феодов.
— Ваше Величество, я не вижу причин, по которым мы можем начать войну с Конфедерацией. А иного смысла, зачем туда стягивать войска, нет.
— Мы и не будем воевать с Таннурейскими землями. Однако у королевской разведки есть сведения, что вскоре у нас появится причина, из-за которой Рейнсвальду придется вспомнить о своих союзных соглашениях. — Король тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, справляясь с приступом боли, пронзившим грудь. — Возможно, Таннурейская конфедерация вскоре попросит нас о помощи. И я не хочу, чтобы к этому моменту мои вассалы успели сцепиться друг с другом. Поэтому, граф, вы отведете свои основные силы дальше от своих границ. И вашему примеру последуют остальные, отправив свои силы на поддержку наших безусловно храбрых, но не всесильных союзников.
— Ваше Величество, позвольте узнать причину такой уверенности в этом? — Граф смиренно склонил голову, не смея спорить, но и все же не желая молчать.
— Аккерийцы, — тихо ответил король. — Не стоит недооценивать их. Они знают, в каком я состоянии. Знают и о том, как поведут себя феодалы. И главное, вести из Спирали далеки от радостных. Там поднимается новый лидер, и он объединяет кланы вокруг себя. Господин граф, вы знаете, к чему это может привести.
Омфлей Гористарский снова молча кивнул. Аккерийцы, жуткая ксенораса, обитали в аномалиях черных планетоидов, закручивающих астероидные поля и обломки островов в гигантскую кривую спираль среди искаженных гравитационных полей. Пираты, налетчики и грабители, промышлявшие людоедством. Опасные и жестокие противники, умные и хитрые, не имевшие ни сострадания, ни страха. Отдельные их налеты опасности не представляли, но сильный лидер может объединить вечно враждующие друг с другом кланы в единую армию, которая извергнется из Спирали, словно неостановимый поток, сметая все на своем пути, как уже случалось в далеком прошлом. Таннурейская конфедерация, аморфный союз полунезависимых государств, чаще других оказывалась на пути их разбойничьих флотов. Именно поэтому рейнсвальдские короли поддерживали союзные соглашения с этими людьми, гордыми и сильным воинами, живущими в тени Спирали. Они словно буфер закрывали северные границы королевства, не пропуская аккерийцев к богатым колониям и городам феодалов. Однако без сторонней помощи таннурейцы давно были бы истреблены.