Лунная ведьма (ЛП)

Дрожащая молодая мать следила за Лианой с явным подозрением, словно ожидала, что в любой момент та выхватит нож и прекратит её страдания. Окружающая роскошь ещё больше подчёркивала плачевное состояние девочки. Фергус в несколько заходов принёс ей пищу, пока женщины, знавшие о возвращении Рионы, доставали чистую одежду, тёплую воду и мыло. Чтобы проделать все это в тайне, потребовалось время.
— Как ты там оказалась? — спросила Лиана.
Риона резко отвернулась к окну и прищурилась от солнца.
— Вы знаете, — прошептала она.
— Нет, — тихо ответила императрица.
— Вы знаете обо всем, что здесь происходит, и должны... Это уловка, — пробормотала девочка. — Он сказал, что это уловка. Вы позвольте мне поверить, будто я спасена, а потом отправите к демонам и монстрам. К страданиям и смерти. Или заставите снова лечь с ним, — она задрожала. — Ублюдок. Лучше я вернусь в яму и лицом к лицу столкнусь с демоном, чем позволю этому ужасному человеку снова ко мне прикоснуться, — она подняла голову и посмотрела Лиане в глаза. — Только не возвращайте туда Дори.
— Дори — твоя дочь?           
— Да, это сокращённое от Доранзы.
Лиана заставила себя сохранять спокойствие и говорить тихо, чтобы не напугать Риону ещё сильнее. Бедняжка несла какую-то чепуху о демонах. Возможно, причиной её иллюзий послужил пэнвир, или же демонами ей казались несчастные узники на тринадцатом уровне. Да, людьми они, определённо, уже не были.
Что касается ублюдка, о котором она говорила... Он-то, наверняка, был настоящим, и куда более страшным, чем любые воображаемые монстры из тьмы.
— Красивое имя.
Риона бросила на неё подозрительный взгляд.
— Спасибо.
Лиана протянула руку и очень нежно коснулась пушистой головки ребёнка.
— Кто тебе сказал, что спасение это уловка? — спросила она. Похоже, кто-то на тринадцатом уровне защищал девочку. Риона выглядела значительно лучше заключённых, которые собирались под люком, и то, как они за неё хватались... да, кто-то там во тьме заботился о ней.
Риона только покачала головой.
— Не скажу. Можете отослать меня обратно, но я не...
— Хорошо-хорошо, — спокойно прервала Лиана. — Если не хочешь, можешь не рассказывать. Но я должна знать, кто тебя туда отправил и за что.
— Я не сделала ничего плохого, — яростно мотая головой ответила Риона. — Я ни в чём не виновата.
— Уверена, так и есть. Но мне нужно это знать, чтобы я смогла тебе помочь.
Риона впилась в Лиану взглядом.
— Почему? — язвительно поинтересовалась она. — Не помню, чтобы вы стремились помочь, когда меня продали на третий уровень. Или когда я умоляла того ужасного человека меня не трогать. Я была не готова. Не получила никакого обучения и не начала принимать зелье, предотвращающее зачатие. Я сказала ему, что просто приношу полотенца, лосьоны и вещи для наложниц, но сама не из них. Пока. А он заявил, что хочет не обученную шлюху, а милую девочку, — её нижняя губа немного задрожала. — А потом сказал, что может полюбить меня, станет обо мне заботиться и даст мне хорошую жизнь, если я выполню его желание.
Значит, Риону соблазнили или изнасиловали. Перед обучением, прежде, чем она начала принимать зелье, которое предотвращало появление нежеланных младенцев, вроде Дори. Такого не должно было случиться.
— Ты не помогала, когда я сказал ему, что ношу его ребёнка, и он меня ударил, — голос Рионы зазвучал громче и жёстче. — Не помогала, когда он сказал, что отвезёт меня домой, а вместо этого бросил в то ужасное место и оставил умирать.
— Я не знала, — тихо сказала Лиана. — Клянусь, не знала. Скажи, кто это с тобой сделал, и я его убью. — А если Риона укажет на Себастьена? Убьёт и его? Да. Конечно, да. Но он бы такого не сделал, даже если бы ребёнок Рионы оказался не его. И как сказал Фергус, даже император Себастьен...
Даже Себастьен не бросил бы на тринадцатый уровень беременную женщину.
— Скажи.
— Вы правда его убьёте?
— Да.
Риона поёрзала, опустила взгляд. Покрепче прижала к себе ребёнка и прошептала несколько слов колыбельной. Потом ответила:
 
— Это был Нэлик.
От неожиданности Лиана чуть не подпрыгнула.
— Жрец Нэлик?
— Да, — выражение лица Рионы и её прямой взгляд, убедили императрицу, что девочка говорит правду.
Лиана и молодой жрец Нэлик никогда друг другу не нравились, и она не сомневалась, что тот презирает её за роль, которую бывшая наложница играла в жизни Себастьена. Но она даже не предполагала, что он может совершить нечто настолько отвратительное.
Вряд ли Риона была его единственной жертвой.
— А другие? — спросила Лиана.
— Что другие?
— Девочки на тринадцатом уровне. Которых туда сбросил Нэлик.
Риона пожала плечами.
— Их больше нет, — тихо сказала она. — Он сказал, что были и другие, но все умерли. Младенцы тоже. Умерли в том ужасном месте.
Снова «он». На сей раз Лиана не стала спрашивать о ком идёт речь.
— Мы оставим тебя здесь, пока ты не окрепнешь, а потом вместе с ребёнком выведем из дворца.
Глаза Рионы расширились, и она стала невероятно хорошенькой.
— Я могу поехать домой?
Сердце Лианы сжалось. Отец девочки продал её в наложницы, а она все равно хотела вернуться домой.
— Это не очень хорошая идея. Ты сможешь вернуться туда только после смерти Нэлика, если не передумаешь. До тех пор придётся скрываться.
Риона кивнула.
Когда Фергус принёс еду, Лиана вернулась в свои комнаты. Она устала ждать перемен. Пора изменить свою жизнь самостоятельно. Нэлик умрёт, хотя понадобится время, чтобы придумать и осуществить план возмездия. Жрецов охраняли почти так же тщательно, как Себастьена.
Однако Лиана немедленно прекратит коротать дни в своей красивой тюрьме. Раз уж она теперь императрица, то найдёт занятия поинтересней, чем отдых и попытки привыкнуть к скучным развлечениям, вроде живописи или вышивки.
И пора разобраться в чувствах мужа. Он вытолкнул её из своей жизни и постели, и она слишком долго пускала эту ситуацию на самотёк. Лиана не какая-нибудь кроткая девочка, которая согласится прятаться у себя в комнате, и не бесполое существо, чтобы спать в одиночестве. Её брак будет осуществлён.
Сегодня ночью.
Улыбающаяся Жульетт быстро шагала по тропе. Сегодня ей легче удавалось не отставать от Рина. Воцарившаяся в душе лёгкость подстёгивала двигаться вперёд, а от слабости и усталости не осталось и следа. Теперь энергия била из неё ключом.
Утром она решила не надевать ночную сорочку, хотя сохранила её на случай, если снова понадобятся бинты или тряпки, и скрутила остатки белья вместе с плащом и медвежьей шкурой. Поскольку воздух сегодня значительно смягчился, она больше не нуждалась в нескольких слоях одежды.
Видения её не посещали. Мало того, что Рин поддерживал между ними барьер, но она ещё и заглянула в глубину своего дара, нашла там серебряную ниточку, которая соединяла её с другими живыми существами, и мысленно завязала на ней узелок. Жульетт не знала, долго ли продлится успех, но если да...
Её мечта может исполниться. Айседора любила свою магию и Софи, кажется, тоже. Жульетт же, хоть и признавала существование своих способностей, никогда их не принимала. Никогда не любила эту часть себя.
Она ни с кем не делилась надеждами на нормальное существование. Даже с сёстрами. В глубине души Жульетт Файн, ведьма и провидица, хотела просто жить в каком-нибудь маленьком домике. В месте, где могла бы без всякой магии готовить лекарства и помогать людям с их проблемами. Мечтала проводить дни наедине со своими мыслями, а не заглядывать в умы и сердца посторонних людей. И прикасаясь к рукам соседей, желала не видеть их зависти, горечи или боли. Сильнее же всего, она хотела не знать, что принесёт окружающим завтрашний день.
Возможно, с её стороны было эгоистично стремиться избавиться от своего дара, однако она совсем не чувствовала себя эгоисткой за мечту стать обычной. В конце концов, её сила не помогла ни когда похитили Ариану, ни когда захватили их с Айседорой и сожгли дом. Зачем вообще ей нужны способности, если они приносят одни мучения?