Лунная ведьма (ЛП)

На мгновение все замерли. Солдаты испугались, и не без основания.
У себя за спиной Жульетт услышала чьи-то уверенные, звучные шаги. Солдаты расступались перед новоприбывшим, но она не стала оборачиваться, продолжив неотрывно следить за Айседорой и окружившими её противниками. Кто-то зашептал шагавшему вперёд человеку остановиться, пока тёмная ведьма не убила всех одними словами.
Тот не послушался. Жульетт повернула голову и успела заметить, как в конце прихожей мимо собравшихся прошёл крупный мужчина. Черты его лица скрывали тени, недосягаемые для мерцающего света факелов.
— Если тёмная ведьма может нас убить, почему до сих пор этого не сделала? — поинтересовался он.
— Не хочу потом прибираться, — отрезала Айседора. — Уводи своих людей и радуйся, что потерял только одного.
Главарь остановился за спиной у Жульетт. Она ступила вперёд, желая присоединиться к сестре, однако мужчина крепко схватил пленницу за руку, удержав на месте. Внезапно на неё нахлынули воспоминания о ночи похищения Арианы, столь ясные, будто все случилось мгновение назад.
— Я тебе не верю, — главарь вынул нож и притянул Жульетт к своему большому, твёрдому телу. Одно быстрое движение, и кончик ножа ткнулся ей в горло. Она не могла даже вздохнуть, не почувствовав при этом укола лезвия.
— Если не опустишь меч, я её убью.
— Ты убьёшь нас в любом случае, — возразила Айседора, крепче стискивая рукоятку, хотя мимолётная вспышка страха в глазах выдала её неуверенность. — Зато я прихвачу с собой кое-кого из вас.
Сковавший Жульетт мужчина глянул вниз на мёртвого солдата.
— Мы здесь не для убийств, однако если придётся, я не стану их избегать.
Многие годы защитные чары Айседоры не подпускали мужчин к горе Файн. До той ночи, когда похитили Ариану, их дом не ведал насилия. Жульетт вздрогнула. Шею снова закололо. На сей раз ощущения распространились дальше по спине. Этот хриплый голос. Грубые руки. Она слегка повернула голову, чувствуя возрастающее давление лезвия, и заглянула в лицо своего пленителя.
Это был он — человек, похитивший её маленькую племянницу.
— Ты!
Огромный, уродливый мужчина улыбнулся.
— Зови меня Борс, и да, уверен, ты меня помнишь. Как твоя голова, рыжая?
В свой последний визит она потеряла сознание от его удара, иначе никогда бы не позволила забрать Ариану.
— Нас ты тоже собираешься похитить?
— Именно. Император желает с вами встретиться.
Айседора в ярости бросилась вперёд, направив меч на захватившего Жульетт главаря, и дорого поплатилась за свои необдуманные действия. Пока её внимание было полностью сосредоточено на Борсе, один из солдат у неё за спиной смело выступил вперёд и замахнулся. Жульетт вскрикнула, но Айседора не успела отреагировать на предупреждение. Пехотинец стремительно опустил тяжёлую рукоятку на ей голову, и старшая сестра рухнула на пол возле убитого мужчины.
Солдаты, несколько мгновений назад трепетавшие перед Айседорой, нисколько не боялись потерявшей сознание женщины. С обмякшими руками, в длинной ночной рубашке она выглядела не слишком пугающе. Один из мужчин, наверное, друг погибшего, приблизился к ней и ткнул в шею острием меча. В отличие от паренька, остановившего ведьму ударом по голове, этот вознамерился её убить.
Борс рыкнул:
— Ведьм велено доставить живыми.
— Она убила человека императора, — возразил солдат, но всё же неохотно отвёл меч в сторону.
Ненадолго все снова стихли, а потом один из солдат вышел вперёд.
— Есть другие способы наказать женщину, — его замечание было встречено хохотом и кивками. Говоривший подмигнул Жульетт и отвратительным жестом ухватился за свою промежность.
— Можешь делать с ними, что пожелаешь, — небрежно отозвался Борс.
По спине Жульетт пробежал озноб. Вот почему возвращался кошмар? Он тоже был предупреждением, которое она слишком поздно расшифровала? Из-за сна Жульетт всегда боялась соединения с мужчиной и избегала любых мыслей о браке. Сестры думали, что её отказ выйти замуж продиктован проклятием, сулившим женщинам Файн никогда не познать истинной и долгой любви. Она слышала слишком много историй о своих прародительницах, похоронивших безвременно ушедших любимых, и видела, как из-за проклятия страдала Айседора. Подобно многим из их предков, старшая сестра похоронила любимого мужа до его тридцатого дня рождения.
 
Но, по правде говоря, на решение Жульетт остаться целомудренной повлияло нечто другое.
Боль, кровь и невозможность двинуться...
Некоторые мужчины заухмылялись, но не всех позабавило или обрадовало предложение неотёсанного солдата. Возможно, не все вторгшиеся в дом захватчики были злыми. Жульетт ощущала, что большинство из них считали своим долгом повиноваться императору и лишь нескольким действительно нравилось причинять людям боль.
Когда юнец, предложивший заставить женщин заплатить, двинулся к по-прежнему лежавшей на полу Айседоре, Жульетт рванулась вперёд.
— Однако... — начал Борс, завладевая вниманием солдат и рывком возвращая Жульетт обратно, — я бы не стал к ней прикасаться, — кивком указал он на Айседору. — Она убила Хинда с помощью пары слов, и судя по слухам, трогать ведьму себе дороже. Все селяне у подножия горы её боятся.
Солдат серьёзно призадумался.
— А что насчёт рыжей? Она никому не причинила зла. Вообще-то, девчонка выглядит совсем кроткой. Вряд ли станет сильно сопротивляться. Во всяком случае, недолго.
Борс пожал плечами, как будто его это не заботило.
Жульетт вздёрнула подбородок и собрала каждую крупицу таившейся в ней силы.
— Думаю, мы нужны императору из-за наших способностей.
— Наверное, — ответил Борс. — Видишь ли, он мне не доверяет и нанял лишь потому, что я уже был здесь, а ваш дом удивительно трудно отыскать.
— Вряд ли император послал тебя в такую даль за двумя женщинами, от которых ему ничего не нужно. Путешествие от Арсиза до горы Файн долгое и нелёгкое.
— Верно.
Жульетт не лгала. Как правило. Но мысль о прикосновениях этих мужчин пробуждала в ней самый сильный страх, который она когда-либо испытывала.
— Если меня обесчестят, я потеряю дар предвидения, — по общему мнению, провидицам приходилось хранить невинность, и в некоторых случаях молва не ошибалась. Это могло относиться и к ней самой, но Жульетт так не думала. Её бабушка, первая Ариана Файн, тоже видела будущее, однако за годы несчастливого, но настоящего брака с нелюбимым мужчиной и даже после рождения их единственной дочери, способности бабушки нисколько не ослабли.
С помощью прикосновений и небольшой концентрации, Жульетт могла увидеть мысли людей, их будущее и прошлое. Даже сейчас, вопреки всему происходящему, она слышала мысли своего захватчика. Борс был человеком жадным, хотя сам о себе так не думал. Он считал себя честолюбивым, умным и сильным. Его ждёт уродливая и болезненная смерть. Скоро, но не сегодня. Борс любил жену и детей в своей эгоистичной манере, но плохо с ними обращался. Солдат воспринимал любовь как слабость, поэтому отвергал.
Во время долгой поездки в Арсиз он относился к Ариане с добротой и защищал от небрежности Гэлвина Фарела, но его забота была продиктована жадностью. Борс понимал, что мёртвый ребёнок ничего не стоит.
Во внезапном озарении, которое на миг вытеснило ночную реальность, Жульетт поняла, что Гэлвин Фарел (человек, организовавший похищение Арианы, чтобы заставить Софи выйти за него замуж) мёртв.
Иногда видения, которые случались у Жульетт на протяжении всей жизни, проходили мягко, но чаще накатывали с такой интенсивностью, что почти ослепляли. Она могла контролировать их, отняв руку от источника предчувствия или заставив себя подумать о чем-то другом. Без физического касания её дар, как правило, не проявлялся. Но порой разрыв контакта не помогал, тогда образы и ощущения продолжали атаковать её ещё некоторое время.
Если даже лёгкое прикосновение порождало видения и предчувствия, вызывая в голове барабанную дробь и полностью вытесняя действительность, то что произойдёт, когда мужчина будет в ней? Если она соединиться с ним, видения и эмоции совсем её поглотят? В кошмарном сне боль была настолько пронзительной, что буквально ослепляла. То был не просто дискомфорт первого опыта девственницы, а сокрушительная мука, которая угрожала разорвать Жульетт на части. А вдруг эта боль не прекратиться никогда?