Заноза для драконов (СИ)

- Тс-с-с-с, разбудишь!
Тявкнула собачонка и испуганно забилась под кровать.  
Алан подошел к брату и присел рядом  с ним:
- Офигеть. Как она тут очутилась?
- Пф-ф-ф, ты что, Вику не знаешь? От нее можно всего ожидать.
- Это точно.
Алан первым пришел  в себя. Пока Марк любовался спящей девушкой, осторожно снял с нее кроссовки и укрыл сверху мягким пледом.
- Так, Марк. Давай, пошевеливайся. Она может проснуться в любой момент. У нас мало времени.
И мужчины тихо, стараясь не шуметь, рассыпали по полу лепестки. Комната тотчас наполнилась нежным ароматом роз.
Не забыли они посыпать и свои комнаты, и лестницу. Правда, сколько ни пытались, но вытащить Бусинку из-под кровати так и не смогли. Она забилась в самый дальний угол и упорно огрызалась, то скуля, то порыкивая на них.
Мужчины приняли решение оставить зверя в покое и просто плотно закрыли двери, чтобы собачка не сбежала. Спустившись вниз, они бесшумно наводили в доме порядок, то и дело прислушиваясь, не проснулась ли их суженая.
Но умаянная долгим днем и переживаниями, девушка, оказавшись в мягкой постели, проспала до самого утра.
А вот на рассвете устало уснувших на диване мужчин  разбудил дикий грохот и последовавшие за ним  чертыхания.
- Кто бы сомневался, - прокомментировал происходящее Марк и встал, сладко потянувшись, с дивана.
Алан же только посмеялся:
- Хорошо, что окна из бронированного стекла.
- Угу, не вылетит…
- Надеюсь, это не будущий тесть пожаловал?
- Тьфу,тьфу,тьфу, не каркай. Скоро узнаем…
Рано утром меня разбудил странный писк. Даже не писк, а скулеж. Открыв глаза, я какое-то время не могла даже сообразить, что  происходит. И лишь когда сев на кровати, я посмотрела в ту сторону, откуда раздавались странные звуки,  я поняла, в чем дело. Маленький щенок отчаянно загребал лапками листья цветка, который он же, вероятно, и растрепал.  Осмотревшись по сторонам, я поняла, что пострадал отнюдь не один цветок, а как минимум, несколько дюжин. В это раннее время мне даже в голову не пришла мысль, откуда в моей комнате взялись и щенок, и цветы.
- Ну что ты, малыш, плачешь, - я свесила ноги и поспешила к нему на помощь.
Но вдруг застыла на месте, брезгливо скривившись.
Лужа. И именно в нее я и встала. Да что ж ты будешь делать! Надеюсь, он только по маленькому сходил. А то в этих  лепестках толком и не увидишь, что и где.
Я снова поспешила к собаке, которая вовсе не собиралась даваться мне в руки. И все же с третьего раза мне удалось его поймать. Надо будет обязательно спросить, чей это зверь. А сейчас его обязательно нужно было выгулять. Посмотрев по сторонам, я не увидела свои кроссы. Наверное, оставила у входа. Открывая дверь в комнату Марка, я шла осторожно, стараясь не наследить  мокрым носком. Но едва открыла дверь, застыла на месте.  Здесь тоже лепестки. Но не повсюду, как в моей комнате. А  ими выложена дорожка, словно намекая, что мне нужно идти к лестнице. Я осторожно двинулась вперед.
Но как это всегда и бывает, когда ты  особенно стараешься, в тот самый миг, когда я ступила мокрой ногой на кучу лепестков, собака в моих руках стала пищать и вырываться.  И я не удержалась на ногах. Потеряла равновесие.  Громко  клацнув зубами, я с размаху приземлилась на пятую точку,  при этом еще и больно подвернув руку. Я и сама не знала, откуда у меня такой богатый словарный запас, но ругалась я знатно. К тому же взметнувшиеся  в воздух во время моего падения остатки цветов прилипли к моему носу, летели в глаза и путались в волосах.
Щенок замер у лестницы и пронзительно залаял, глядя куда-то вниз.
Я кое-как поднялась,  подошла к тявкающему зверьку и проследила за его взглядом.
Представшая моему взору картина привела меня в неописуемый восторг.  Сердце мое от радости готово было вырваться из груди, губы сами расплывались в улыбке. Я ничего не могла с собой поделать, когда предательские слезы потекли из моих глаз.
У самого подножия лестницы, преклонив одно колено, стояли Марк и Алан. И ничего, что одежда на них  была помята и кое-где испачкана. И синяк под глазом у одного, а рубец через всю щеку у другого меня вовсе не смущали. Марк левой, а Алан правой рукой держали в ладони одну алую подушечку, на которой в утренних лучах солнца сверкало кольцо. Настоящее! С брюликом! Такое, о каком я всю жизнь мечтала!
 
В зубах они держали по розе.
А немного в стороне стояло и ведерко со льдом и шампанским.  С моего места в огромном окне хорошо был виден бассейн, в котором грациозно плавали лебеди.
Плечи моих мужчин  подозрительно подрагивали. Тут одно из двух – или они хотели сентиментально, как и положено в такой момент, всплакнуть. Или, что более вероятно, едва сдерживали смех.
Это возмутительно! В такой момент!
Когда от моего настроения и слова зависит, быть нам или не быть, они веселятся!
Я уж собралась высказать им свое "фе", но мокрая нога моя предательски дрогнула, поскользнувшись на очередном лепестке. Взмахнув руками и отчаянно взвизгнув, я попыталась удержать равновесие. Но щенок почему-то вдруг решил, что я с ним играю и кинулся мне в ноги. Вот тут я уже не удержалась и  рухнула по-настоящему!
 Как кадры замедленного кино, проносились перед моим взором стремительно приближавшиеся ступени. Я видела, как Марк, все же не смог сдержаться и расхохотался. В то время, как Алан, перекусив напополам от напряжения розу, бросился мне наперерез.  Его попытка спасти меня увенчалась успехом – он успел принять меня в свои объятия. Вниз, к ногам Марка я спускалась, лежа сверху на Алане, в то время как он пересчитывал  своей многострадальной спиной ступени.
Мы, все-таки, зацепили и его. Марк рухнул рядом с нами, перевернув при этом ведерко с шампанским.
А вот собака наше падение восприняла с восторгом. Она бегала вокруг нас, тявкала, виляла от счастья хвостом и хватала нас острыми, как иголочки зубами за пятки.
Пока Алан крепко прижимал меня к себе, Марк умудрился на лету поймать взлетевшее в воздух колечко. Протянув его мне, с неописуемой миной на лице, сказал:
- Мы всего лишь хотели красиво сделать тебе предложение. А ты даже это умудрилась превратить в побоище.
И мужчины расхохотались. Громко, до слез и до икоты.
- Викусь, ах-ха-ха-ха,  Ты выйдешь за нас замуж? – Алан первый смог хоть что-то сформулировать.
- Мы старались, - подхватил, корчась от смеха Марк, - сделали все, как ты хотела: лебеди, кольцо, шампанское и собака.
- Ага, мальтийская болонка, - поддержал брата Алан.- Мы любим тебя. Будешь нашей женой?
- Да!- с восторгом сказала я, лежа на Алане.
Та самая болонка в это время больно ухватила меня за пятку. Пытаясь отдернуть от ее острых  зубов  ногу, я угодила коленом прямо Алану в пах…
- Ох, только бы у нас дети получились, - мелькнула в моей сумасшедшей голове мысль, когда я слетела с корчившегося от боли мужчины.
- Как насчет искупаться? – подхватывая меня на руки, спросил Марк.
- Да, - отвечала я, напрочь забыв другие слова и боясь поднять глаза на Алана.
Я слышала его сопение позади нас и понятия не имела, как исправить то, что натворила.
Но очень скоро эта ерунда вылетела у меня из головы. Прямо посреди комнаты появился серебристый сверкающий вихрь, в который мы и вошли все втроем.  Ощущения были такие, будто я попала в невесомость, в которой кроме крепких мужских объятий, хрустальных всполохов  и звенящей пустоты больше ничего не было.
Марк прижался к моим губам в осторожном поцелуе. Я впервые за время нашего знакомства ему не сопротивлялась. А даже наоборот, целиком и безраздельно отдалась захватившим меня чувствам. Почувствовав на своем теле еще одни руки, обернулась и встретилась глазами с Аланом. Хотела было выразить ему сожаление о случившемся, но он закрыл мне рот поцелуем. Мы все еще парили в хрустальном вихре, когда их пальцы изучающе заскользили по моему телу. При каждом прикосновении меня насквозь прошивало током, а каждый мой тихий вздох тонул в звоне полыхавших серебристых искр.