В кафе Белая Лилия завтракают только любовники

– Вообще-то, ему было лет пятнадцать. Но да, он был довольно крупный для своего возраста.
На лице Адель тоже появилась улыбка.
– Чем они кормят этих детей? – оба рассмеялись. – Я Алекс.
Парень вручил хозяйке свою сумочку и протянул руку, она тоже протянула руку и широко улыбнулась.
– Спасибо тебе Алекс, не знаю, что бы я делала, если тебя не оказалось здесь. Меня зовут Адель.
  
– Адель, у вас очень красивое имя, – парень снова стал смотреть по сторонам. – Вы в какую сторону шли? Будет лучше, если я вас проведу, мало ли кто ещё тут отшивается в такое время.
Адель улыбнулась, засунула руку в сумку, достала телефон и взглянула на время, поставила туфли на каменную мостовую и обулась.
– Ты, правда, чувствуешь себя хорошо? Может, стоит показаться врачу, удар был сильным.
– Не беспокойтесь, – он снова поднял пальцы к носу. – Такое со мной уже случалось, кость, кажется, целая. Пару дней будет болеть, а через недельку и заметно не будет.
– Хорошо, нужно умыть лицо, у тебя кровь, и хотя бы приложить что-то холодное.
– Было бы не плохо, – Алекс улыбнулся.
Адель оглянулась, через дорогу, на старом зданье с фасадом из белого кирпича, над небольшим кафе светилась неоновая вывеска «Белая Лилия».
– Пойдём со мной, – она взяла парня за руку и потащила за собой. – В том кафе ты умоешь лицо, а я угощу тебя кофеем.
Чёрный внедорожник проехал, Адель и Алекс прошли одну полосу, остановились, подождали, пока проехала жёлтое такси, и снова побежали.
– Не стоит, я в порядке, давайте лучше я проведу вас до дома, – он остановился у входа, вспомнив, что в карманах совсем нет денег, и рукавом вытер с лица остатки крови.
– Не говори глупостей, я хочу угостить тебя чашкой кофе, это будет благодарность за то, что ты так храбро спас моё имущество.
Адель толкнула тяжёлую, деревянную дверь и они вошли в тёплое помещение. Внутри кафе «Белая Лилия» играла старая французская музыка, в не очень просторному зале были раскинуты, словно в случайном порядке столы, а в середине было свободное пространство для тех пар, которые решат потанцевать. На стенах кремового цвета висели черно-белые фотографии, на некоторых были люди, на других дома и улицы городов двадцатых годов прошлого века. Некоторые фотографий были маленькими, не больше книги, а другие были большие, одна фотография, висевшая рядом с дверью в уборную, была размером с холодильник.
С первого взгляда интерьер мог показаться некой нелепой попыткой слепить нечто прекрасное из всего, что попало под руку. Только хорошо приглядевшись, можно было увидеть, что всё, даже маленькое пятно от вина на обоях, рядом с окном, находится именно на своём месте и идеально гармонирует со всем остальным.
Не многие посетители кафе обернулись, когда дверь захлопнулась. С одежды вошедших вода капала на протёртый глянец пола, который видал лучшие годы. Адель улыбнулась, взяла за руку парня и направилась к массивной барной стоике. С той стороны на них смотрели добрые глаза пожилого человек с седыми волосами.
– Добрый вечер, – начала Адель, когда оказалось достаточно близко. – Мы можем воспользоваться вашей уборной?
Старик посмотрел на лицо парня, из кармана рубашки достал очки и поднёс их к лицу чтобы лучше разглядеть нос который продолжал опухать.
– Кто же тебя так? Туалет вот за той дверью, – старик рукой указал на дверь в конце зала. – Умой лицо, а я приготовлю тебе лед, чтобы приложить.
Адель сидела за столиком у окна, когда парень вышел из уборной. Старик за стойкой приготовил пакет со льдом. Алекс приложил его к носу и сел за стол.
– Убери на минутку пакет, я хочу на тебя взглянуть.
Парень убрал пакет в сторону и широко улыбнулся. При тусклом освещение кафе, Адель впервые заметила ямочки на его щеках.
Совсем молодая официантка подошла к столику и протянула меню, Адель подняла свой взгляд, улыбнулась и убрала мокрые пряди волос с лица.
– Принесите нам, пожалуйста, по кофе и по ломтику шоколадного пирога, сказала она кинув беглый взгляд на меню.
Официантка улыбнулась, развернулась и уже стала уходить, когда Алекс её остановил.
– Подождите секунду, – парень не отводил глаза от Адель, от тонкой блузке которая прилипла к белым плечам. – Вы насквозь промокли, вместо кофе принесите нам лучше чай с малиной и мёдом.
Официантка ушла.
– Моя бабушка всегда поила меня таким чаем, когда я попадал под дождь. Хотите-верьте, хотите-нет, но я, ни разу не простудился.
– Я тебе верю.
Они молчали, и смотрели друг на друга, пока официантка не поставила на стол две чашки с чаем, из которых поднимались две тонкие струйки пара и два ломтика пирога с шоколадной глазурью. Алекс улыбнулся, парень понимает, что молчание затянулось и ему нужно сказать хоть что-то. Адель тоже улыбнулась, в её голове были те же мысли. Давно она не чувствовала себя так неловко, всегда могла найти подходящие слова и начать разговор с кем угодно, но сейчас её словно загипнотизировали ямочки на его щеках.
– У вас очень красивые глаза, ваше лицо светится, когда вы улыбаетесь, – неожиданно, даже для себя, сказал Алекс, поднял чашку с чаем и пригубил.
Большие серые глаза Адель загорелись, и на лице появился почти незаметный румянец.
– Спасибо, мне очень приятно, – она наклонилась немного вперёд и внимательно посмотрела на лицо парня. – Алекс, а сколько тебе лет.
– Восемнадцать, – парень ответил не задумываясь. – В следующем месяце мне исполнится девятнадцать.
– Не обижайся, мне кажется, ты слишком молодой, чтобы меня клеить. Конечно, ты красивый и интересный молодой человек, но…
Парень растерялся, но тут же сумел взять себя в руки.
– Вы меня не правильно поняли, – он открыл свою сумку, достал фотоаппарат, снял крышку с объектива. – Я фотограф, я всегда обращаю внимание на глаза, они могут многое сказать о человеке. Ваши глаза, ваша улыбка, сейчас…
Парень поднял камеру, несколько раз нажал на кнопку.
– Вот смотрите.
Адель взяла камеру в руки и стала смотреть на своё лицо, что-то изменилось, это словно было не то лицо, которое она видела каждое утро в зеркале долгие годы.
– Правда, тут освещение не очень, – сказал он, снова взяв камеру в руки. – Давайте я сделаю ещё несколько снимков. Улыбнитесь, пожалуйста.
Адель выпрямилась, посмотрела по сторонам, немногие посетители кафе не обращали на них внимание. Из динамиков звучала приятная музыка, Алекс держал камеру наготове, и как только она улыбнулась, он щёлкнул несколько раз.
– Ну как?
Алекс не ответил, он наклонился, нежно, пальцем убрал мокрую прядь волос с лица за ухо, и снова щёлкнул. Его палец скользнул по белой коже, это лёгкое, это случайное касание словно разбудило что-то внутри Адель, что-то, что уснуло очень давно и это чувство было прекрасным. Но она понятье не имела что делать с этим чувством.
Парень улыбался и смотрел на только что сделанный снимок.
– Вот взгляните, какое у вас красивое лицо, вы словно светитесь изнутри, как настоящая звезда.
Он протянул камеру, и вправду на неё смотрела другая женщина, женщина которую она не знает. Она улыбалась, искренни, глаза горели, аппарат поймал момент, в котором на лице было чистое счастье. Она удивилось как порой немного нужно для счастья, несколько слов, случайное прикосновение, улыбка собеседника.
– Прости, мне нужно выйти на минутку.
Адель поднялась, каблуки зацокали по старой плитке, закрыла за собой дверь в уборной и остановилась напротив большого зеркала. Она замерла, на неё смотрела женщина, которой месяц назад исполнилось сорок четыре года. Как пролетели эти года? Она ведь даже не заметила, как они промчались мимо.
  
Воспоминания такие яркие, словно это было всего несколько дней назад. Адель закрыла глаза и вот, она снова бегает босиком по набережной. Было лето, шёл тёплый дождь, она слышит его запах. Девочка бежала, а за руку её держал парень, он был на голову выше, с светлыми волосами и большими добрыми глазами. Она помнит свой первый поцелуй после заката, помнит его вкус, вкус сладкой тропической жвачки. Они целовались часами на пролёт, пока не болели губы. Девушка таила от каждого нежного прикосновения.