Соблазнитель (ЛП)

— Это сработает, — убежденно сказала я.
— Может быть, уже сработало, — отметил он и прищурился. — Мы должны проверить, просто чтобы посмотреть, сработало или нет…
— Я же сказала, мне придется повторить это по крайней мере три раза, и нет, я не могу просто произнести это три раза подряд. Между ними должен быть перерыв по крайней мере с разницей в двадцать четыре часа.
— Но мы все равно могли бы проверить, — снова заявил он и одарил меня очаровательной улыбкой, которая смягчила меня.
— Финн, могу я спросить тебя кое о чем?
— Конечно, почему нет? Я сейчас не особо занят.
— Ты правда находишь всех женщин привлекательными или ты это говоришь только для того, чтобы добиться от них секса?
По озорному блеску, заискрившемуся в его глазах, я поняла, что он собирался выдать мне очередной саркастичный ответ, поэтому я заставила его замолчать, приложив палец к губам.
— Ответь честно, пожалуйста.
Мы посмотрели друг другу в глаза, и он стал серьезнее.
— Я не слепой, Афина. Я знаю, что ты превосходишь остальных по внешним данным.
— Ты бы сказал это любой женщине, которая задала бы тебе этот вопрос.
— Да, но с тобой я откровенен. Я всегда находил тебя красивой.
Я скептически отнеслась к его словам и искала малейший подвох, но так и не нашла.
— Даже татуировки у тебя на лбу сексуальные, — добавил он.
— Это символы мудрости.
— Знаю, и меня заводит, что ты такая чертовски мудрая.
Мое сердце забилось чуть быстрее.
— Но ты все равно предпочел бы проводить каждую ночь с новой женщиной?
Финн слегка напрягся.
— Конечно.
— Я уже достаточно тебя отвлекла? — спросила я и откатилась назад, чтобы лечь на спину, чувствуя глубокое разочарование. В течение почти двух десятилетий я упорно трудилась, чтобы избавиться от своего эго и преодолеть такие мелочи, как тщеславие и гордыня. Но давление в моей груди было признаком того, что мне еще предстоит пройти долгий путь. Комментарий Финна о том, что одной женщины будет недостаточно, чтобы удерживать его интерес, поразил и задел меня так, словно он заявил о том, что ему будет недостаточно меня.
Финн замолчал, и мы некоторое время просто лежали рядом друг с другом.
— Афина, — прошептал он.
— Да.
— Почему ты продолжаешь задавать мне один и тот же вопрос?
Я задумалась, прежде чем ответить.
— Из того, что я знаю о твоих сородичах, мужчины Севера предпочитают связывать себя узами с одной единственной женщиной. А вот ты другой и, кажется, боишься подпускать к себе слишком близко.
— Неправда. Я уже говорил тебе, что занимался сексом с пятью женщинами.
Я повернула голову одновременно с ним, и мы снова встретились взглядами.
— Тогда скажи, почему ты продолжал прыгать из койки в койку вместо того, чтобы соблазнить единственную женщину и сделать ее своей женой?
Он моргнул и бросил взгляд на мои губы, после чего снова дернул за веревки.
— Я бы хотел, чтобы ты развязала меня.
— И я хотела бы, чтобы ты ответил на мой вопрос. Не думай, что я не понимаю твоей стратегии. Ты меняешь тему, когда не хочешь отвечать.
— Я не был влюблен ни в одну из женщин, — признался он. — Ты права; я не такой, как мои друзья. В отличие от них, я не способен на любовь.
— Почему?
— Для меня невозможно испытывать такие чувства к другому человеку.
— Откуда ты знаешь?
— Послушай, у меня есть один очень хороший друг. Вот и все! Но даже мы с Магни не говорим о подобном дерьме, так что не жди, что я превращусь в сосунка с Родины и поделюсь с тобой всеми своими чувствами.
— Вы не говорите с Магни о чувствах?
— Нахрена! Мы деремся, пьем пиво и решаем проблемы.
— Но что, если ваши проблемы носят эмоциональный характер? — спросила я.
— Тогда мы решим это, напившись вдрызг.
Я покачала головой.
— Утопить свои проблемы — не значит их решить, к тому же я не верю, что Магни — твой единственный друг.
— Мой самый близкий друг. Слушай, мы закончили или нет с этим допросом?
— Если ты не хочешь говорить, прекрасно, но не позволишь ли ты мне кое-что попробовать?
  
— Конечно, если это что-то сексуальное.
Придвинувшись к нему поближе, я прижалась к телу Финна и положила руку ему на живот.
— Не хочешь переместить свою руку чуть ниже и «освоить» меня, милая? — поддразнил он.
Я закрыла глаза, чтобы подключиться к его энергии.
Его пульс участился, но я не знала, было ли это сексуальным возбуждением или неприязнью к тому, что он находился в такой близости ко мне.
— Ты что, на этом остановишься? — спросил Финн. — Если ты развяжешь меня, я покажу тебе, что такое секс.
— Единственная причина, по которой я так приблизилась к тебе, заключается в том, что ты связан, — ответила я.
— Ладно, — пробормотал Финн, — но сделай мне одолжение.
Подняв голову, я посмотрела на него.
— Какое?
— Не влюбляйся в меня.
Когда я ошеломленно уставилась на него, он продолжил.
— Одна или две женщины, с которыми я спал, помешались, думая, что влюблены в меня. Неловкости было не избежать.
— Спасибо за предупреждение, но вряд ли… — начала я, но Финн меня перебил.
— Я здесь всего на пару дней, а потом ты меня больше никогда не увидишь. Именно это я имел в виду, когда говорил, что не способен на любовь, так что не ходи вокруг да около и не строй какие-то романтические иллюзии на мой счет?
— Я запомню это.
— Хорошо, так может ты перестанешь лезть ко мне?
Я лишь теснее прижалась к нему.
— Тебе не о чем беспокоиться, — вкрадчиво произнесла я. — Я не влюблюсь в тебя. Я просто постараюсь исцелить тебя, предложить тепло и человеческую связь, которых тебе так не хватало.
— Отлично, но не могла бы ты сделать это со своей стороны кровати? — сказал Финн и попытался отодвинуться от меня. — Мне не очень комфортно находиться с тобой в такой близости.
— Просто расслабься, — прошептала я.
Финн фыркнул.
— Скажи это моей твердокаменной эрекции.
— Она пройдет, если ты будешь ее игнорировать, — ответила я.
— Угу, она бы прошла быстрее, если бы ты просто подрочила мне или что-то в этом роде.
У меня вырвался смешок.
— Хорошая попытка, Финн. Но я не сомневаюсь, что у тебя эрекция, и даже смотреть не буду, чтобы убедиться. Ты так говоришь, чтобы избавиться от меня, потому что тебя бесит такая близость.
— Тебе не нужно смотреть, — сказал Финн с озорством в голосе. — Просто поищи мою эрекцию своей рукой, а когда найдешь ее, погладь немного, хорошо?
— Спокойной ночи, Финн, — произнесла я. — Я тебя раскусила. Мне известно, что в твоем прошлом случилось нечто плохое, и когда ты будешь готов рассказать мне об этом, я буду готова выслушать.
Финн напрягся и на несколько секунд перестал дышать:
— Ты ничего обо мне не знаешь, — пробормотал он.
— Я эмпат, а это значит, что я прислушиваюсь не только к словам.
— И что, блин, это значит?
— Я прислушиваюсь к твоему тону, движениям твоего тела, твоим глазам, мимике твоего лица. Я по-своему интерпретирую твое молчание. Я слышу все, что ты недоговариваешь, — объяснила я.
— О, правда? Забавно. Оказывается, мы с тобой очень похожи, — моментально заявил Финн. — Только для меня все понятно по рукам людей. Особенно по рукам мужчины.
Я приподняла брови.
— Я этого не знала.
— Да, например, если его руки сжимают твое горло, он злится, — усмехнулся Финн, но это был приглушенный звук, который меня не обманул.
Карма творила свое волшебство. Броня Финна истончалась. В глубине души я знала, что не имело значения смогу я добиться проявления того же страха, который пережила в Северных землях или нет. Финн испытывал страх другого рода. Он привык подавлять плохие воспоминания и топить их в алкоголе. Со мной он был вынужден оставаться неподвижным так долго, что прошлое загоняло его в ловушку.
«Если бы я только знала, что с ним случилось, чтобы оказать ему помощь». Прислушиваясь к ровному ритму настороженного сердца Финна, я задумалась над его предупреждением не влюбляться в него. С его стороны это было глупо, ведь любовь была редким явлением в наши дни и в наше время. Шансы на то, что два таких разных человека, как Финн и я, влюбятся друг в друга, была статистически невозможна.