Крестовый поход (СИ)

Утром в день вылета к звездолёту начали слетаться авиетки и флаеры, в которых прибывали родственники и друзья. Провожавших оказалось много, но самая большая компания прилетела провожать нас с Джулианом.
Я с радостью замечала, что мои родные приняли моего избранника с открытым сердцем. Старшие сыновья даже заметили, что он похож на Сашу, моего первого мужа и их отца. И только увидев Джулиана и Сашу вместе, я поняла, что это действительно так. Они были одного роста и телосложения, с широкими скулами и темными блестящими глазами. Разве что у Саши волосы были светлее, да черты лица — по-славянски мягкими, в то время как у Джулиана в чертах чувствовалась кельтская жёсткость.
К тому же не прошло и недели, как они подружились настолько, что когда Джулиан, наконец, набрался духу отправиться в родные места, он позвал с собой не меня и не Хока, а именно Сашу. Они вернулись из Шотландии через пару дней, усталые, небритые и молчаливые, но это путешествие ещё больше сблизило их.
Да и с Аликом Джулиан сразу нашёл общий язык. Наверно, дело в том, что он сам решил, что Алик — его сын и полюбил его всем сердцем, на что мальчик ответил ему тем же. Пока я занималась звездолётом, они проводили много времени вместе и уже к исходу первого месяца вели себя именно так, как должны вести себя отец и сын.
Мои мечты сбылись. У меня снова был дом, семья, мы были вместе: Алик, Джулиан и я.
Провожать меня приехали дети и внуки в полном составе, а с ними Саша с его новой женой Леной. Прощание слегка затянулось. Алик печально смотрел на меня. Ему снова нужно было перебираться из нового дома в Средней Франции в семейный поселок посреди казахстанской степи. Но его огорчало не это, а именно долгая разлука со мной и Джулианом. Впрочем, ему уже не впервой было провожать близких в далёкие просторы Вселенной. Вырастившие его Саша и братья, да и я, то и дело улетали куда-то далеко. И только он, привыкший терпеливо ждать нашего возращения, никогда не стремился покинуть Землю, которая держала его тысячами пушистых и перепончатых лап, разноцветных крыльев, мокрых ласт и лохматых цепких рук.
— Обещай, что пришлешь нам запись своего телевыпуска о горных гориллах, — проговорил Джулиан, обнимая его за плечи. — И лично для меня скинь реферат о лечении наследственной патологии костной системы у гепардов.
— Я скину до сдачи преподавателю, — грустно кивнул Алик. — Может, ты мне что-нибудь подскажешь или ошибки найдёшь.
— Я сразу свяжусь с тобой, обещаю, — он поцеловал Алика в щеку. — И не грусти. Через месяц мы вернёмся и поедем в Конго, смотреть на твоих горилл живьём.
Я тоже постаралась сказать ему как можно больше ободряющих слов. Наконец, пора было расставаться, и после прощальных объятий и поцелуев они покинули звездолёт.
Вылет прошёл очень буднично. Экипаж был под впечатлением от расставания с близкими, и потому в отсеках слышались только штатные команды специалистов и доклады об их выполнении.
Я задумчиво следила за действиями нового пилота лейтенанта Илд Эрлинг — младшей сестры наших механиков. Их имена в переводе с норвежского означали «молния», «лёд» и «ветер». Имя крепенькой темноглазой девушки значило «пламя». Её старший брат Лин поручился, что она так же хорошо контролирует свой дар, как и остальные члены семьи. А пока она уверенно вела баркентину по заполненному станциями и кораблями пространству Солнечной системы.
Через несколько часов слалома мы миновали защитный периметр, и вышли на дальнюю орбиту к одной из сигнальных станций.
— Нам дают окно для скачка, — сообщил Вербицкий. — Юра, прими пеленги.
— Есть, — кивнул Булатов, глядя на экран своего компьютера. — Расчёт координат для скачка готов.
— Уже? — Илд удивлённо взглянула на него.
— Принимайте и начинайте подготовку, лейтенант, — проговорил Хок. — Упустим окно — будем ждать своей очереди. Вон три звездолёта уже на подходе.
— Есть, командор, — кивнула она.
Она достаточно чётко провела подготовку к скачку и уже спустя полчаса доложила о том, что баркентина благополучно вошла в подпространство.
 
Хок откинулся на спинку кресла и потянулся.
— Впереди три дня пути… Чем займёмся?
Он обернулся и посмотрел на меня. Я пожала плечами.
— Будем работать в штатном режиме, изучим обстановку в районе патрулирования. А в свободное время экипаж займётся физической и боевой подготовкой. Небось, расслабились за время отпуска? — я посмотрела на Вербицкого.
— На то и отпуск, — вяло огрызнулся он. — Нам, действительно, так уж обязательно всем заниматься боевыми искусствами? Я человек мирный…
— В чём недавно убедился некий штурман из грузового космофлота, решивший отбить у тебя даму в ресторане на Елисейских полях, — усмехнулся Булатов. — Если б стекло в окне было не столь прочным, он бы выпал на тротуар.
— Что за история? — насторожилась я.
— Она слишком печальна, чтоб рассказывать её во всех подробностях, — вздохнув, пробормотал Вербицкий. — Если вкратце, то дама сочла, что я слишком жесток, штурман решил, что со мной лучше не связываться, а полиция сделала вывод, что я защищал честь дамы, не причинил нахалу телесных повреждений, а заведению — материального ущерба. Меня попросили покинуть сцену, а моя дама ушла со штурманом.
— Ты выглядел героем? — с недоверчивой улыбкой уточнил Хок.
— За это я должен благодарить Мангуста, но лучше б он помог мне совершенствоваться по части танго и румбы. Дарья Ивановна, можно мне сменить партнера по тренировкам, если уж я не могу от них отказаться?
— Ты предпочитаешь Тилли Бома? — снова съязвил Хок. Наш техник Тилли был самым безобидным из всех существ на звездолёте, включая Кису и корову Флору.
— Я бы с радостью, — не смутился Антон, — но вы же знаете, старпом, что Дакоста категорически запретил вовлекать его в состязания, связанные с насилием. Я бы предпочел Булатова.
— Это потому, что он не будет бить тебя по лицу? — не унимался Хок.
— Возможно вашему лицу уже без разницы, что с ним делают, — начал раздражаться Вербицкий. — Кстати, — оживился он. — У Волка как-то блеснула интересная задумка свести вас с Донцовым, чтоб узнать, кто лучше владеет кинжалом.
— Я тоже уже думал об этом, — задумчиво кивнул Хок. — Обязательно проверим.
— Вопрос со сменой партнера обсуждайте с Белым Волком, — проговорила я. — Лучше скажите, как вам ваш стажёр?
Антон измученно закатил глаза.
— Максимилиан Кнауф из Баварии. Не знаю, как у него с работой, но с головой точно проблемы.
— Почему? — нахмурилась я.
— Только открыв рот, он начал по памяти цитировать Талейрана и Карла Маркса. Этот балбес просто напичкан заумными цитатами. Мне пришлось напомнить ему старую истину о том, что кто ясно мыслит, тот ясно излагает, и сказать, что если он ещё раз откроет рот не по делу, то отправится в трюм мыть пол в ангаре носовым платком.
— А ты говоришь, я слишком крут, — усмехнулся Хок, взглянув на меня.
— Сработало? — уточнила я на всякий случай у Антона.
— Пока молчит, — весьма скептически сообщил он.
— Будем считать, что цель оправдывает средства, — пробормотала я.
Такие перелеты в подпространстве, как правило, проходят спокойно и не требуют активных действий от экипажа. Поэтому можно было ненадолго расслабиться, сократив количество вахт, и заняться делами, на которые обычно не хватает времени. Я вернулась в свой отсек, чтоб ещё раз посмотреть бортовую документацию. Хок пошёл за мной, чтоб согласовать распорядок вахт.
Сев за свой компьютер я открыла список экипажа. Самые большие изменения он претерпел во время первого полёта. Часть членов экипажа вступила в сговор с врагом, о существовании которого мы сначала даже не подозревали. Это едва не погубило всех, мы потеряли баркентину, один из стрелков погиб. И всё же нам как-то удалось выкарабкаться из этой ситуации и вернуть звездолёт. Мы вступили в противоборство с небольшой, но отлично вооружённой и подготовленной армией под предводительством мага, которого поддерживал древний и очень злобный демон, прикинувшийся светлым божеством. И победить нам удалось лишь потому, что в той армии были люди, которые, рискуя собственными жизнями, помогли нам.