Королевства потерянных (СИ)
Вытащил из рюкзака бутылку воды и сделал глоток. Не слишком ли меня заботят законы этого мира? Скоро я окажусь дома. Это тело вполне неплохо себя показало, преобразовываясь в кота. И вытягивать энергию из окружающих людей я тоже неплохо наловчился. Это даже больше, чем то, на что я рассчитывал. Поднялся, отряхнув джинсы. Пора возвращаться назад. Меня беспокоило смутное желание остаться. В этой действительности, в этой стране. С Амелией-Леной. Раньше от этой мысли меня удерживала тоска по силе и магии. И нежелание расставаться с титулом короля. Кем я смогу стать в этом мире, если верну способность колдовать?
Глава 15. Амелия ищет выход
Меня терзают сомнения. Настолько сильные, что сегодня утром я, Амелия, дочь короля Астрогорна, открываю глаза. А вторая обладательница этого тела, Лена, дочь Дмитрия Михайловича, капитана полиции, продолжает крепко спать.
Итак, где я? Не помню эту квартиру. Я вообще мало что помню из этой жизни. Каждый раз моё появление подобно ярким вспышкам в сознании. Что-то происходит, а потом я ухожу. А Лена остается разруливать. Но в этот раз я должна занять её место. На что она смотрела накануне вечером? Что за странные картинки? Я уверена, что это Кир! Но как? У Лены появилось окно в наш мир? Ещё и в прошлое? Я точно видела летящего Кира! Это не туча, не гроза и не морок. Это он.
Я поднялась с постели и огляделась. Вокруг никого. На столе, на большом листе с числами, красным обведено одно и подписано — «апелляция». Это что? Рядом зазвонил небольшой прямоугольный предмет. На его поверхности отобразилось — «Кошак». И какие-то цифры. Так. Я понимаю этот язык. Мой мозг понимает. Хорошо. Что-то в памяти смутно подсказало мне нажать на зеленую загогулину.
— Алло, Лен! Спишь?
— Ээээ…
— Что ээээ? На часы смотрела? Сама попросила подвезти в универ сегодня. Выходи.
— Куда выходить?
— Ты пила?
— Эээ… Не знаю. Вроде нет.
— Понятно. Короче, я у двери. Ты спустишься или как?
— А универ это что?
— Ууууу, приплыли, принцесса.
— Откуда ты знаешь, что я принцесса?
— Ты точно пьяная. У тебя сегодня апелляция.
Я взяла со стола лист (календарь?) и уставилась на надпись.
— Эм, Кошак, что это значит?
— Лен, ну ты то с каких пор так меня зовёшь?
— Ну Кир так называет Тигриса.
— Ты то что принимаешь? Алекс подсадил? Какой ещё Кир, какой Тигрис? Одевайся быстрее!
Его голос оборвался. Я бросила телефон на кровать. Календарь, телефон — я знаю все эти слова! Просто надо расслабиться. Всё, что мне нужно — в памяти Лены. А у меня есть туда доступ. Прорвёмся!
Подошла к шкафу, открыла дверки. На меня смотрел скудный запас вещей. Конечно, до королевского гардероба далеко. Ну да я никогда не была привередливой. Только бы разобраться, как во всё это облачаться? Вздохнула и раздвинула вешалки. Всё серое и безликое. Даже моя полевая воинская форма выглядит лучше.
Что такое апелляция? Я иду на мирное собрание или на войну? Нацепив на себя какие-то штаны и рубашку, я уже подошла к двери, внезапно вспомнила, что Лена всегда носит с собой сумку. Захватив телефон, посмотрела в зеркало, соображая, не забыла ли я чего.
Я заняла это тело для вполне конкретной цели: разобраться с Киром. Но он сейчас далеко, а я не собираюсь портить Лене жизнь. Но и не знаю, как уступить ей это тело обратно. Моё желание появиться было настолько сильным, и это произошло как-то само собой. Где бы Кир не был, именно мне нужно с ним поговорить!
Амелия встречает Вадика
У подъезда ждал рыжеволосый парень. Казалось, ему невмоготу долго стоять на одном месте. Он топтался туда-сюда и ржал, пялясь в телефон.
— Кошак?
Он поднял голову.
— Лен, ну ты опять?
— А, прости, как тебя называть?
Он подошёл ко мне и положил руку на лоб.
— Ты сколько выпила вчера? — наклонившись, он обнюхал мои губы. — Перегаром вроде не пахнет.
— Ты как обращаешься со своей госпожой? — толкнула его, шлепнув по руке. Видимо, сильно. Он вспылил:
— Теперь я у вас обоих слуга? Ну вы оборзели! Лен, ты пойми, мне это вообще нахрен не сдалось! Возить тебя и так далее!
Схватила его за локоть и потянула к себе.
— Как это? Ты же мой друг и должен меня защищать!
Он посмотрел мне в глаза, потом внезапно улыбнулся:
— Ты сегодня какая-то другая!
— Привыкнешь, — хлопнула его по плечу и прошла вперед, — где повозка?
Сев рядом с Тигрисом на пассажирское сиденье, я, копируя его действия, пристегнулась.
Всю дорогу глазела по сторонам. Москва, вообще, этот мир, который я наконец-то смогла спокойно разглядеть, меня впечатлил. Чего только стоит эта колесница!
— Дашь мне править?
— Чего тебе дать?
— Управлять.
— О чём ты? О машине?
— Да. Пустишь за… руль?
Тигрис посмотрел на меня с недоверием.
— Не знал, что у тебя есть права. Тебе уже восемнадцать?
Я не поняла, что он сказал. Уверена, у меня есть право, данное мне с рождения, управлять всем, чем я захочу.!
— Право у меня есть. Дай порулить!
— Эм, не знаю. Сейчас? Мы в универ опоздаем, — Тигрис, почему-то, сомневался.
— Не опоздаем, — уверила его я. — Это карта? — я ткнула пальцем в прибор, похожий на телефон, висящий перед нами на приборной панели.
Тигрис вздохнул.
— Подожди, забью маршрут. Сам я без навигатора езжу. Через минуту Тигрис остановился там, где можно и вышел из машины.
— Лен, только прошу, не убей нас!
Мы поменялись местами. Пока ехали, я внимательно следила за всеми движениями Тигриса. Так что, думаю, суть управления этим транспортным средством я поняла. Только Кошак закрыл дверь, я рванула с места.
За двадцать минут, что мы ехали, мой пассажир несколько раз изменился в лице, и вообще, заметно побледнел. Я почти всё время слушалась вежливого голоса дамочки из устройства. Но, в конце концов, кто она такая, чтобы мной командовать? Припарковавшись (тоже новое слово!) около красивого, но явно обнищавшего здания храма науки, я повернулась к Тигрису и улыбнулась лучшей из своих улыбок.
— Ну как, мы успели?
Он сглотнул, отстегнул ремень и выпрыгнул из машины.
— Мать твою, Лена! Что это было? Я уже и считать перестал, сколько штрафов придёт!
— Что ещё за штрафы? Мы же доехали. И никто не умер!
Кошак несколько секунд простоял согнувшись, шумно втягивая в себя воздух.
— Не умер… пока, — отдышавшись, он выпрямился, — платить, если что, Алекс будет. Не знал, что ты такая ненормальная, — Кошак бросил на меня короткий взгляд, — а я всё думал, что Алекс в тебе нашёл? А вы оба двинутые.
Вот о чём он? Опять не понимаю. Я посмотрела на прошедших мимо девушек. Они одарили Тигриса долгим, внимательным и явно плотоядным взглядом, а на меня даже не взглянули. Непорядок.
— Тигрис, ээээ…. как же тебя… эм, Кошак, а как я выгляжу?
Тигрис подошёл ко мне и взял за плечи, слегка встряхнув:
— Лен, я прошу, называй меня Вадик. ОК?
— Без проблем. Вадик, тебе нравится, как я выгляжу?
Он задумался, немного приподнял мои руки вверх, потом повернул меня вокруг оси.
— Как обычная провинциалка. Ничего особенного.
— Провинциалка?
Непорядок. Принцесса даже в лохмотьях остаётся принцессой.
— А что такое апелляция?
— Ну я на них ни разу не был. Ты недобрала несколько баллов на тестировании. И идёшь оспаривать поставленную тебе оценку. Хочешь оспорить эти баллы в свою пользу.
— Да?
— Ну Лен, тебе виднее. Наверное.
— Ага, значит, это переговоры!
— А ты что думала?
— Разное. От светского раута до объявления войны.
— Широкая ты натура.
— У меня ещё есть время?
— Ты говорила, тебе к одиннадцати. У нас еще полчаса. Приехали раньше, — его передернуло. Вспомнил поездку, наверное. Я огляделась.
— Это торговые ряды?
— Чего?
— Там торгуют?
— Ааа. Ну это торговый центр. А что?