Мое призвание (СИ)

— А вы решили, раз мне удалось помочь госпоже Краузе, то я и тут справлюсь, — задумчиво покивал, размышляя, над сложившейся ситуацией.
— Филипп Генрихович запретил к кому-либо обращаться, сказал, что его жизнь подходит к концу. А когда-то имел титул герцога, пожалованного монархом Германии за заслуги в изучении магии времени, — произнесла Малагина и горько улыбнулась. — Однако, титул отозвали за нежелание возвращаться работать на родину. Он продолжил обучать студентов и курсантов в Петербурге. Из-за его острого языка не принял подданство Российской империи, довольствовался званием и должностью в университете.
— Елена Федоровна, а вы что-то недоговариваете, — покачал я головой.
Моя посетительница тяжело вдохнула и отвела взгляд. Но потом дернула плечиком и заявила:
— Считайте меня обычной просительницей, которая желает вас нанять для лечения сварливого и строгого профессора! Надеюсь, вы соблаговолите осмотреть больного и вынести заключение. Озвучьте свой гонорар и…
— Сто рублей и доставка до больного и обратно, — перебил я ее.
— Пролетку взять не проблема! — обрадовалась внучка княгини.
— А почему Яна Карловна с вами не пришла? Она с профессором не в ладах?
— Они где-то год назад сильно переругались, в доме даже стекла дрожали, а потом он ушел, так хлопнув дверью, что потолку в кабинете госпожи Краузе потребовался ремонт, — она хихикнула.
— А вы в курсе кем приходитесь княгине? — как бы невзначай уточнил я.
— Да, Яна Карловна призналась, правда, что-то такое я уже давно подозревать начала. Тем не менее, почти ничего не изменилось. Только слуги стали внимательнее и почтительнее, но в этом есть и определенный минус. С ними уже не посплетничать и они относятся с опаской, боясь чем-нибудь прогневать, — поморщилась Елена Федоровна. — Александр Иванович, так когда мы отправимся к профессору?
— Сейчас записку Натали оставлю и выдвигаемся, — успокоил я девушку, беря лист бумаги и ручку.
Пора бы уже обзавестись нормальными писчими принадлежностями, а то довольно-таки много клякс делаю и забываю следить за количеством чернил. Ну, это на совести баронессы, она обещала об этом позаботиться, но пока так и не приобрела необходимого. Вообще, быт он такой, постоянно чего-то требуется, даешь зарок прикупить, а потом забываешь и так до следующего раза. Посетительница немного успокоилась, но все еще переживает и ей не терпится отправиться к своему учителю. Честно говоря, никак не ожидал, что у Елены Федоровны есть привязанность и она не прочь изучать науки. Почему-то этот факт старалась скрыть. Не из-за Яны ли Карловны? Сомнительно, чтобы госпожа Краузе была против обучения внучки. Хотя, княгиню знаю неплохо, та сама себе на уме, просчитать ее не так просто, как кажется.
— Я готов, — объявил стоящей у двери Елене, когда проверил содержимое саквояжа.
— Так пойдемте же скорее! — вырвался взволнованный возглас у девушки.
— Шляпку не желаете надеть? — кивнул в сторону головного убора, про который внучка княгини забыла. — Елена Федоровна, уж простите, но вы растрепанная и если в таком виде со мной на улице покажитесь, то прохожие невесть что подумают.
— Это вы на сплетни намекаете? — озадаченно уточнила девушка, беря в руки шляпку и нервным движением поправляя свои волосы. — Господин Воронов, вот уж от кого таких слов не ожидала, так это от вас! Вы вечно невозмутимы и хладнокровны. Несколько предложений Яны Карловны проигнорировали и даже ни одним мускулом не дернули.
— А должен был? — хмыкнул я, догадываясь, что госпожа Краузе не скрывала от внучки своих планов в отношении меня.
Интересно, а как девушка отреагировала на замысел бабки, решившей нас поженить? Почему-то мне кажется, что она не пришла в восторг, но при этом хотела близких отношений. Думаю, таким образом собиралась составить о себе нелицеприятное мнение, чтобы сам отказался.
— Елена Федоровна, а чем планируете в ближайшее время заниматься? — поинтересовался я, когда мы поймали пролетку и извозчик, после небольшого торга, согласился нас отвести по нужному адресу.
 
— Не поняла вашего вопроса, — пожала плечиками моя спутница, в зеленых глазах которой все еще прослеживается чувство тревоги.
— Мне вдруг стало интересно, продолжите находиться в тени своей родственницы или начнете собственный путь? — скрывая улыбку, медленно произнес я.
Удивительно, но попал точно в цель! Судя по испугу, то девушка что-то замыслила, но тщательно это скрывает.
— С чего так решили? — стараясь делать беспечный вид, поинтересовалась моя спутница.
Она одной рукой непроизвольно вцепилась в край сиденья, а пальчики второй так сжали лежащую на коленях дамскую сумочку, что вывод очевиден. Есть у нее план и в нем фигурирует профессор. Но что общего у преподавателя магии времени и помощницы княгини? Пока не стал строить дальнейшие предположения, следует со стариком познакомиться. С другой стороны, мне за Елену Федоровну нет причин беспокоиться.
— Барышня, приехали, — повернулся к нам возница, остановив пролетку возле четырехэтажного дома.
— Благодарю, — улыбнулась ему девушка, открыла свою сумочку, достала несколько монет и отдала извозчику.
— Премного благодарен, — расплылся тот. — Мне вас обождать?
Похоже, она ему прилично переплатила, раз он так любезен.
— Нет, не знаю, сколько мы тут пробудем, — покачала головой Малагина и первая из пролетки вышла.
Я последовал за ней, осматриваясь по сторонам. Уютный дворик, неспешно прогуливается пожилая пара аристократов. Старик с тростью, его спутница с зонтиком и оба о чем-то оживленно беседуют. Какой-то офицер галантно целует средних лет женщине ручку, а та сконфужено отводит взгляд, при этом кокетливо что-то своему кавалеру говоря. А вот подросток в ученической форме печально рассматривает пыль на ботинках. К нему со смехом подбегает девчушка лет пяти в пышном платье, а следом за ребенком торопливо идет строгая гувернантка. Н-да, если вспомнить рабочий квартал, в котором начинал в этом мире, то это место просто небо и земля! Правда, дом в котором с Натали живем, тоже неплох, как и соседи, но такой обстановки там все же нет.
— Александр Иванович, пойдемте! — нетерпеливо произнесла моя спутница.
— Ведите, — кивнул я.
Консьерж приветливо улыбнулся Малагиной, мне вежливо кивнул и поинтересовался:
— Здравствуйте. К господину профессору?
— Да, — коротко ответила Елена.
— Удачи, — вздохнул консьерж. — Хороший он человек.
Мы ему ничего не ответили, а через минуту Елена нетерпеливо давила на кнопку звонка, из-за которой доносилась какая-то брань. Сварливый голос кому-то выговаривал и возмущался.
— Господин Штерн! Филипп Генрихович! — забарабанила кулачком в косяк моя спутница. — Это ваша ученица! Велите нас впустить!
— Кого это нас⁈ — подозрительно раздалось из-за двери.
— Меня и моего спутника! Господин Воронов пожелал засвидетельствовать вам свое почтение и спросить о какой-то формуле, — произнесла Малагина, при этом умоляюще на меня посмотрев.
Врет и не краснеет. Догадываюсь, что сварливый старик устал от целителей и не желает следовать их рекомендациям.
— Ладно, Василий Петрович, пусти гостей и проводи их в мой кабинет, — после небольшого раздумья, произнес все тот же сварливый голос, но уже чуточку добрее.
Нам отворил дворецкий профессора, оказавшийся тому почти ровесником. Невысокий и полноватый слуга с расстроенным лицом сразу же пожаловался:
— Здравствуйте, Елена Федоровна, рад вас видеть. Совсем меня господин Штерн не слушает, ни в какую не желает пилюли принимать. Почти ничего не ест и требует к себе священника.
— Василий, добрый день, — выдохнула Малагина, с тревогой глядя в мою сторону. — Это Александр Иванович, хочу его с Филиппом Генриховичем познакомить.
Неужели думает, что не выполню обещаний? Судя по донесшемуся кашлю из глубин квартиры, то старик сильно простыл.
— Очень приятно познакомиться, — вежливо склонил голову дворецкий. — Предупреждаю, господин профессор не в духе. Пожалуйста, не обижайтесь на него.