Лекарь в мире ЗОМБИ 4 (СИ)

— Они полноправные члены нашего сообщества, которые вносят свой вклад и получают защиту взамен.
Он сделал небольшую паузу, словно решая, сколько информации мне предоставить.
— Что касается твоих близких, они действительно нашли своё место в нашем сообществе, — сказал он деловым тоном. — Вита… с ней всё сложно. Она до сих пор тяжело переживает твоё исчезновение. Считает тебя погибшим. Я не стал её разубеждать — иногда надежда может быть опаснее, чем скорбь.
  
Я стиснул зубы, но промолчал, позволяя ему продолжить.
— Она помогает в медпункте, но больше механически. Сосредоточена на работе, почти не общается с другими. Это её способ справляться с потерей.
Рогов посмотрел мне прямо в глаза.
— Лиза оказалась невероятной девушкой, — произнёс он, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Ты же знал, что она тоже Кукловод, как и я? Редкий дар, который требует тщательного контроля. Я лично взялся за её обучение.
Его слова прозвучали как признание, но также и как предупреждение. Он давал понять, что Лиза теперь под его крылом.
— Что до Насти, — продолжил Рогов, — это удивительный ребёнок. И не только из-за её оптимизма. Она тоже псионик — маленький Танк. Её способности только начинают проявляться, но потенциал просто невероятен. Думаю, еще год-два и эта девочка может стать опаснейшим оружием в арсенале человечества.
Он сделал паузу, позволяя мне осмыслить информацию.
— Диана Соболева помогает ей освоить эти силы. Вы ведь знакомы? Она присоединилась к нам недавно, но уже стала ценным членом сообщества. Опытный и невероятно сильный Танк, который зачистил для нас целый микрорайон.
Он побарабанил пальцами по столу, после чего тяжело вздохнул и продолжил:
— Так что я не держу их в заложниках, Макар, — добавил Рогов, правильно истолковав моё молчание. — Они свободны делать свой выбор. Академка — просто самое безопасное место в нынешних обстоятельствах. У нас еда, защита, сообщество. А главное — возможность жить, а не просто выживать.
Он говорил уверенно и конкретно, без лишних эмоций и сентиментальности. Не пытался меня разжалобить или очаровать — просто констатировал факты. Это выглядело гораздо более искренним, чем любые слащавые уверения.
— Зачем тогда окружать фитнес-центр армией мертвецов? — я скрестил руки на груди, всё ещё не позволяя себе расслабиться. — Если всё так гладко, почему просто не прийти и не поговорить?
Рогов посмотрел на меня с тем спокойствием, которое даёт только глубокое понимание ситуации.
— Представь себя на моём месте, — сказал он рассудительно. — Тёмный Лекарь, потенциально нестабильный, с жёлтыми глазами и способностью высушивать живых существ одним касанием. К тому же с личной заинтересованностью, которая может привести к эмоциональным решениям.
Он развёл руками.
— Я не боюсь тебя, Макар. Но я обязан думать о безопасности всех, кто доверил мне свои жизни. Барьер из мертвецов — это не агрессия, а предосторожность. Мера, которая даёт время на реакцию, если… если бы твоя трансформация зашла слишком далеко.
— И ты считаешь, что теперь всё изменилось? — спросил я, внимательно изучая его лицо.
— Да, — кивнул Рогов. — Виталий рассказал о вашей недавней встрече. Доложил, что твои глаза стали менее жёлтыми, а поведение — более контролируемым. Ты справляешься с трансформацией лучше, чем большинство. Это… впечатляет.
В его взгляде читалось что-то вроде профессионального уважения.
— Я не представляю угрозы ни для тебя, ни для твоих близких, — добавил он с неожиданной искренностью. — И думаю, ты больше не представляешь неконтролируемой угрозы для окружающих. Поэтому я здесь. Потому что появилась новая опасность, с которой нам лучше столкнуться вместе, чем поодиночке.
— Опасность? — я наклонился вперед, заинтригованный. — Какая опасность?
Рогов подошел к окну и застыл, вглядываясь в горизонт. Его плечи на мгновение опустились, словно под тяжестью невидимого груза.
— Хочу рассказать тебе одну историю, — произнес он, не оборачиваясь. — О поселении «Новая Заря».
Да уж… что-то в последнее время я слишком часто слышу это название из прошлого. Но все же я удержался от комментариев. Пусть говорит. Иногда ложь звучит убедительнее правды — особенно из уст опытного лжеца.
— Слушаю, — процедил я сквозь зубы, стараясь сохранять нейтральное выражение лица.
Рогов медленно повернулся ко мне, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на искреннюю горечь. Если это игра, то актёр из него хороший.
— Среди бойцов была одна женщина — Светлана Шукшина. Псионик класса Кукловод. Очень сильная. И очень больная.
Я сразу понял, куда он клонит. Полагаю, что Эхо и есть та самая Светлана Шукшина. А Рогов просто пытается перевернуть историю с ног на голову, представить её виновницей резни в «Новой Заре». Интересная тактика — переложить свои преступления на другого. И ведь не поспоришь — Эхо достаточно безумна, чтобы такая версия казалась правдоподобной.
— Больная? — переспросил я, стараясь звучать незаинтересованно.
— Шизофреник, — Рогов вернулся к столу. — И не из лёгких случаев. Диагноз поставили ещё в подростковом возрасте. До апокалипсиса она жила на мощных нейролептиках — оланзапин, кветиапин, постоянное наблюдение у психиатра. Без этого коктейля галлюцинации и бред полностью захватывали её.
Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями.
— Когда я присоединился к Новой Заре, примерно через год после начала всего этого кошмара, она уже была там. Люди рассказывали, что с самого начала берегли её, понимая ценность. Когда закончились её личные запасы лекарств, община стала устраивать специальные рейды в аптеки и психиатрические клиники ради её медикаментов. А когда проявились способности, трое местных Лекарей по очереди проводили с ней сеансы, чтобы стабилизировать психику.
Рогов потёр переносицу, будто снимая напряжение.
— Представляешь, какие ресурсы они вкладывали в одного человека? Но оно того стоило. Светлана была их щитом от мертвецов почти два с половиной года. Когда я впервые увидел, как она управляет целой ордой, отводя её от стен поселения… это было впечатляюще.
Он провёл рукой по лицу, и я заметил, что его пальцы едва заметно дрожали.
— А потом она достигла десятого уровня, — продолжил он тише. — По словам немногих выживших, это случилось во время нашего отсутствия. Мы проводили долгую вылазку на южные окраины Петербурга и почти две недели отсутствовали в поселении. Когда мы ушли, Светлана была… ну, настолько нормальной, насколько могла быть. А по возвращении…
Он потёр висок, словно пытаясь унять головную боль.
— Люди рассказывали, что трансформация произошла почти мгновенно. Во время отражения крупной атаки мертвецов она вдруг начала слышать голоса и видеть вещи, которых не было. Её психоз усилился настолько, что никакие препараты и Лекари уже не помогали.
— И что, она просто съехала с катушек? — спросил я, пытаясь выудить больше информации.
— Хуже, — покачал головой Рогов. — Она перестала быть Светланой. Стала называть себя другим именем. Говорила, что прежняя личность умерла, а осталось только… Эхо.
Это слово повисло в воздухе между нами. Я почувствовал холодок, пробежавший по спине. Две версии одной истории — и обе утверждали, что другая сторона чудовище.
— Продолжай, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
Рогов сцепил пальцы перед собой, костяшки побелели от напряжения.
— Как я уже говорил, мы были на задании. Двухдневная вылазка за медикаментами в заброшенный фармацевтический склад. Когда вернулись… — он сделал паузу, подбирая слова. — Я никогда не забуду эту картину. Она сидела посреди главной площади, раскачивалась взад-вперёд. А вокруг… вокруг лежали тела. Сотни тел — мужчины, женщины, дети… все жители поселения.
  
Я внимательно вглядывался в его лицо. Либо он говорил правду, либо был невероятно убедительным лжецом.
— Ты уверен, что это сделала она? — спросил я. — Могли быть другие причины. Нападение, например.