Отражения

 
Анюта Соколова
 
Отражения
 
Если с кровью порвалась нить,
Что связала меня с тобой,
Нас посмела разъединить
Кем-то названная судьбой.
Я из боли создам зеркала,
Пусть покажут мне мир иной,
Чтобы я тебя вновь обрела
В отражении рядом со мной.
Дверь за моей спиной хлопнула с противным чмокающим звуком.
– Ив?! – подскочил Скэй. – Вернулась?
Я сердито дёрнула плечом. Можно подумать, мы год не виделись!
Тут же загорелось табло коммуникатора.
– Ивэ́р Сто́ун, – скрипучим голосом протянула Мáргер, – ваше время пребывания в Отражении превышено на пять часов тридцать две минуты и шестнадцать секунд. Причина?
– Да пошла ты, – буркнула я, – к дéрхам в задницу!
– Сотрудник Первого департамента Охраны миропорядка Мерéлии Один, пространственный проводник высшего уровня госпожа Стоун, потрудитесь объяснить причину задержки! – бесстрастно отчеканила Начальница упомянутого учреждения.
Мне пришлось звонко щёлкнуть пальцами, и коммуникатор мигнул и погас.
– Ив, ты ненормальная, – восхищённо выдохнул Скэй, – руководство ни во что не ставишь, магию применяешь… Довыпендриваешься!
– Скэй Áнор, – прищурилась я, – стажёр отдела переходов, ну-ка, напомни мне, сколько в Мерелии Один пространственных проводников?
– Сто двадцать восемь человек, – отрапортовал парень.
– А сколько из них высшего уровня? То есть с возможностью открывания перехода в Отражение любой выбранной Двери и способностью закреплять проход?
– Ты – единственная! – подтвердил всем известный факт высоченный, более двух метров ростом, сероглазый блондин, посланный мне в напарники за какие-то особенные грехи.
– Поэтому я повторю: пусть госпожа Маргер Иво́ш отправляется по указанному маршруту! Сделай-ка шéкса покрепче, только сахара не клади.
Вместо ответа парень протянул мне кружку, словно по волшебству возникшую у него в руках.
– Ив, зря ты с Маргер так. Она неплохая тётка и за любого своего сотрудника перед Правительством горой стоит. Когда переходы засекретить хотели, открыто протестовала, не побоялась. Ты же знаешь, ей за каждую минуту в Мерелии Два отчитываться приходится…
– Это её работа, – оборвала я занудство напарника. – Ей за это деньги платят – очень неплохие, кстати. А я – вольнонаёмная. В любой момент имею право уйти из департамента и трудиться на благо частных предпринимателей. Или вообще – на воротил чёрного рынка!
– Скажи уж, что совсем в Мерелию Два переселишься, – ухмыльнулся Скэй.
Фыркнув, я внутренне загрустила. Пожить в столице магов подольше я не против. Арáн Власто́ка Шéфер Пятый давно пожаловал мне титул ариáнны и роскошный дом в центре столицы. Кстати, вот была умора, когда я рассказала ему, что его отражение работает у нас в департаменте скромным уборщиком. Каждое утро я любезно здороваюсь с щупленьким невысоким пареньком с грустно опущенными уголками губ и наслаждаюсь зрелищем того, с каким достоинством он катит чистящую пол машину. Самое смешное, что наши имена в Отражении совпадают и тихий, незаметный служащий Шефер Соньэ́ носит то же имя, что и аран Мерелии Два.
Потягивая шекс, я пошла к выходу из переходной камеры. Скэй хвостиком потянулся за мной. В дежурной комнате за столом скучала Синь Шо́ли, девица исключительной пригожести и такой же глупости, свято уверенная в том, что в департамент её взяли из-за выдающихся умственных способностей.
– Ив! – взвизгнула она, подскочив в кресле. – Сколько можно! Ночь уже давно, ты должна была вернуться к восьми! Из-за тебя я сижу тут и даже подремать не могу!
Очень хотелось заткнуть её верещание так же, как и коммутатор с Маргер, но, увы, я не настолько жестока, чтобы применять магию к людям. Поэтому просто проигнорировала девушку, бесцеремонно вытащила из-под груды глянцевых проспектов курортных отелей регистрационный журнал, открыла на последней странице, нашла свою графу, щелчком призвала ручку и размашисто вписала:
 
Прибытие – ноль один час тридцать три минуты. Цель – передача данных, код семьдесят семь. Выполнено. Причина задержки – личные дела. Пространственный проводник высшего уровня Ивэр Стоун.
Скэй, заглядывавший мне через плечо, только присвистнул.
– Ив, ну ты даёшь! Не можешь найти приличное объяснение?
– Не «не могу», – я с шумом захлопнула журнал и швырнула обратно, – а «не хочу». Врать не собираюсь и не буду.
Синь взирала на меня с адской смесью злости и зависти.
– Код семьдесят семь! Тройная оплата и процент с доходов! Ты, Ивэр, наверно, купаешься в деньгах!
Не удостаивая её взглядом, я уже покидала комнату.
– Ты к себе? – поинтересовался Скэй.
Зевнув, я кивнула.
– До завтра.
– Скорее уж, до сегодня, – хмыкнул блондин. – Ив…
Развернувшись, я оставила его и побрела к себе. Служебный лифт, два этажа вверх, мрачный холл, тускло освещённый коридор, безликая серая дверь. Свет в прихожей я не включала по причине отсутствия упомянутой. В самой комнате он мне и подавно был не нужен. Всё, что там находилось, – узкая кровать в углу, полупустой встроенный шкаф напротив, одинокая книжная полка с десятком книг и единственной фотографией. За перегородкой – туалет и душ. Достаточно для того, чтобы поддерживать существование. Питаться я предпочитала в Мерелии Два или в общей столовой, только недавно узнав, что деньги за это не вычитаются из зарплаты. Оказывается, Маргер выбила у Правительства привилегию кормить своих подчинённых за государственный счёт. Личных вещей у меня – самое необходимое и немного одежды, которую, купив через систему самообслуживания, какое-то время носила, потом выбрасывала. Я ничего не сохранила из прошлой жизни – не было смысла. Только фотографию самого дорогого мне человека.
Свет я всё-таки зажгла – как раз чтобы взглянуть на снимок. Мэл улыбнулся мне своими зелёными глазищами, глубокими, как та бездна, что разлучила нас.
– Привет! – поздоровалась я. – Скучал? А я устала сегодня. Дурацкое задание, рутина, потом всякие непредвиденные обстоятельства… И новый напарник у меня – двухметровая каланча с идиотским чувством юмора… Не обидишься, если я лягу спать? Знаю, мы всегда болтаем перед сном, но мне вставать в шесть. Эта работа, Мэл, вытягивает все силы… и только благодаря ей я ещё жива.
Парень на фотографии сурово сдвинул брови. Мэл ругал меня за пренебрежение к собственному здоровью. Заставлял ложиться в десять, следил за распорядком…
– Не сердись, – шепнула я, нежно целуя место, где были губы, – я исправлюсь, обещаю…
Сил раздеваться у меня не осталось, я рухнула так. Личный коммуникатор разбудит, там уже и умоюсь, и приведу себя в порядок. Если повезёт, я увижу Мэла во сне.
Спокойной ночи, Мэл!
***
Мерзкий, ненавистный звук коммуникатора вырвал меня из сна рывком – так, что я не запомнила, что мне снилось и снилось ли вообще что-нибудь. Подушка была мокрой – я опять рыдала. С трудом сползла с кровати, содрала с себя и зашвырнула в автостирку брюки и рубашку. Бельё одноразовое, значит, – в мусорку. Машина тихонько зажужжала, перерабатывая ткань. Пять минут на душ, под тёплый воздух сушки, и, самое страшное, – обязательный взгляд в зеркало. М-да… Красные глаза, опухшие веки, всклокоченные волосы. Щелчок – и вот я снова в норме. И плевать, что в Мерелии Один использование магии без разрешения грозит чудовищными штрафами. Я не покажусь Мэлу в таком виде. Он любовался мной, называл своим солнышком…
Сто семьдесят три сантиметра. Из мягко-округлой я превратилась в угловатую и поджарую, похожую на гончую, идущую по следу. На бледной коже горят пятна лихорадочного румянца, нездоровый блеск синих глаз; волосы из золотисто-каштановых стали тёмно-коричневыми, почти чёрными… я не выгораю, негде. В Мерелии Один я почти не вижу солнечного света, в Мерелии Два мне не до того. Невыщипанные брови прочертили две тёмные изломанные линии, ненакрашенные губы почти слились с кожей. Причёску я предпочитаю самую простую, стригусь редко, отросшие волосы стягиваю в хвост.