Ультиматум дракона (СИ)

— А, всего-то. Я думала, случилось что. Подумаешь, встретиться с мафиози, — Лена вернулась к стейку.
— Ты сейчас всерьёз или пошутила? — я даже растерялся.
— Ну конечно я пошутила! Я же не дура, понимаю, что это не гопники с района! Когда?
— Когда придём в порт. Они его контролируют. И наш особо ценный груз идёт прямиком в руки мафиози, зарабатывающих торговлей оружием, и их глава, наш Посредник, не выходит на связь.
Лена вернула надкушенный деликатес на тарелку.
— Что-то я, кажется, наелась.
  
Глава 15. Босс
 
41 день 14 часов до поединка
Контейнеровоз вошёл в порт Джоя-Тауро строго по расписанию, в 10:16 по местному времени, проведя в пути пять с небольшим суток. Мы вошли сразу вслед за ним.
— Вот это масштабы! — Лена стояла рядом со мной на флайбридже и озиралась по сторонам.
За входом в порт раскинулся огромный почти круглый водоём, отгороженный от открытого моря насыпью. Слева виднелся причал для больших судов, справа какие-то насаждения, а прямо по курсу — стоянка для яхт и катеров, марина.
— Джоя-Тауро — это, по сути, огромная перевалочная база. Сюда заходят океанские паромы, местные контейнеровозы, вот поэтому и масштабы такие. У этого порта — самый большой в Европе грузооборот.
— И всё это контролирует мафия?
— Более того, это мафия выбила у государства инвестиции и даже участвовала в строительстве порта! А теперь имеет по 1.5 доллара с каждого контейнера.
— Да ладно! — Лена скептически подняла бровь. — А местные власти, полиция?
— Так мафия и есть — местная власть. Они здесь даже в городском совете. Ты просто не представляешь масштабы этой организации. Только в самой Италии у ндрангеты тысячи ндрин — семей, ну или ячеек. Они также есть по всей Европе, в обеих Америках, Австралии, Африке. Кажется, их нет только в России.
— А почему их нет у нас? Не то чтобы очень хотелось…
— Может потому, что итальянцы всё-таки не самоубийцы, чтобы лезть к русским?
Мы оставили яхту в марине, оплатив стоянку, заправку и откачку сточных вод. Вся процедура оформления заняла часа два, больше потому, что пришлось побегать между таможней, дирекцией порта и службой санитарного контроля. Знал бы, что всё это так затянется — встали бы на якорь и долетели без всяких документов. Но, к сожалению, топливо с собой не привезёшь. И хотя до Синиша, последнего перед выходом в Атлантику порта, нам горючки хватало, я решил, что лучше не рисковать, и пополнить запасы.
Яхту никто даже осматривать не стал. Действительно, к чему беспокоиться, что мы можем привезти что-то незаконное, когда всё незаконное сюда везут контейнерами.
В город мы вышли налегке.
— И это у них называется городом? — Лена с удивлением разглядывала преимущественно 2–3 этажные виллы, вдоль которых мы прогуливались по узким улочкам.
— А что ты ожидала? Небоскрёбы? Это маленький городок, который можно пешком пересечь за двадцать минут. Половина Италии — такие вот городки. По нашим меркам — посёлок.
Мы зашли в небольшое кафе, в котором было всего пара столиков. Мы заняли тот, что у окна.
— Buon giorno, signora. Per favore, due lasagne. Un po' più tardi tiramisù e doppio espresso. Accettate Visa? — обратился я к подошедшей женщине, на вид лет сорока.
— Oh certo. Siete una coppia molto bella! — женщина улыбнулась. — Adesso cucino le lasagne, puoi aspettare?
— Oggi è una giornata meravigliosa, io e la mia ragazza non abbiamo fretta.
— C'è una caprese già pronta, vero?
— Con piacere!
Лена переводила взгляд между мной и женщиной, пока я делал заказ.
— Аааа…
— Я заказал лазанью, тирамису и кофе. А пока лазанья готовится, хозяйка предложила салат. Ещё она сказала, что мы красивая пара.
— Ой, спасибо! — Лена чуть порозовела.
Салат нам принесли буквально через минуту. Сыр, пластики томата и зелень, всё полито оливковым маслом. Учитывая, сколько времени мы оформляли документы, хватило его ненадолго, только аппетит ещё больше разыгрался.
— И вот здесь живёт глава мафии? — подчистив тарелку, Лена вернулась мыслями к цели вылазки.
 
— Да, вот в этом доме напротив.
Девушка на секунду зависла, после чего медленно-медленно повернулась к окну.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — спросила она почти шёпотом. — И главное, откуда ты знаешь?
— Я его чувствую. Он здесь, в этом доме. Точнее, под ним.
— Может, он там гостит? — Лена пожала плечами.
— В подвале? Ну, если так, то его дела совсем плохи. Разве что там у него вина хранятся, или сыры.
— И что будем делать?
— Сегодня замечательный день, мы никуда не торопимся, поэтому просто посидим, поедим…
— Понаблюдаем…
— Именно! — я улыбнулся.
Немного погодя хозяйка принесла свежеприготовленную лазанью, и мы воздали должное этому изумительному блюду.
Тем временем, по моим внутренним ощущениям, Посредник ненадолго поднялся в дом, и снова спустился под землю. У него там что, рабочий кабинет?
Нет, будь там рабочий кабинет, он был бы на связи.
— Вань, а пока мы тут сидим, нас из того дома никто не заприметит?
— Обижаешь! Мы под отводом глаз с тех пор, как вышли с территории порта.
— А она? — Лена мотнула головой в сторону стойки, где какой-то молодой человек как раз что-то обсуждал с хозяйкой кафе.
— Кроме неё, она нас видит, иначе как бы мы поели?
Молодой человек ушёл, а женщина принесла нам десерт. Выглядела она подавленно.
— Синьора, что-то случилось? — спросил я её на итальянском.
— О, не берите в голову. Синьор Пироначи, наш покровитель, вон его дом, через дорогу, приболел, уже несколько дней не встаёт с постели. Говорят, он очень плох. Не представляю, что будет с городом, если Господь приберёт его!
Я выразил подобающее сочувствие и высказал надежду на скорое выздоровление покровителя. А потом перевёл Лене.
— Думаешь, это тот самый?
— Думаю, что когда совпадений очень много — это уже не совпадения.
“Моё почтение, Мастер. Подскажите, как зовут нашего посредника?”
“Джузеппе Пироначи”.
“Кажется, у синьора Пироначи проблемы со здоровьем — его пытаются похоронить, не дожидаясь кончины. Принял, работаю”.
— Вань, ты тут?
— Да, Джузеппе Пироначи и есть наш посредник. Как думаешь, много людей болеть уходят в подвал?
— Не, это бред, — Лена замотала головой, раскидав волосы. — И что будем делать?
— Сходим в разведку. То есть я схожу.
Лена приподняла левую бровь, прищурила правый глаз, а потом сделала вид, что красит губы. Пальцем. Средним. Который мне и продемонстрировала.
— Видел? Фигу с дрыгой тебе! Вместе пойдём! Уже ты без меня ходил, нас по отдельности чуть не взорвали! А вместе — норм, сами всех раком поставили.
Я сперва, честно сказать, оторопел. А потом заржал, как конь.
— Боевой хомячок, ахахаха! Ой, не могу! Ладно, полетели! Только никакой самодеятельности, всё что говорю, выполняешь чётко и без размышлений.
— Само собой! Ты всё время забываешь, что я девочка умная.
— А кто пошёл через парк и наткнулся на наркоманов?
— Ой, всё! Зато я с тобой!
Мы рассчитались с хозяйкой, пообещав до отъезда обедать только у неё, и вышли на улицу, откуда через несколько секунд взмыли в небо.
— Интересно, у них тут камеры есть?
Мы кружили над виллой Пироначи, высматривая удобное место для посадки. Отвод глаз прекрасная вещь, пока не доходит до видеокамер, за которыми в режиме реального времени следит оператор. Вряд ли перемещающееся в пределах охраняемого периметра световое пятно оставит такого оператора равнодушным. В этом плане внутренний дворик, патио, действительно был отличным вариантом. Вот только он был крытым.
 
— Вон, смотри, — Лена показала рукой, — кто-то балкон на втором этаже оставил открытым. Нам хватит места для посадки?
— Да. Спускайся с шеи вниз, в руки, я возьму тебя за талию. При посадке приготовься пару шагов пробежаться.