Нежность Звёздного палача

Несколько раз я терял сознание. И сколько времени прошло не знал. Но догадывался, что явно больше суток. Первый раз. Около того второй. И мои силы начинали таять. Вместе с кровью, которую я терял всё стремительнее.
И мне бы смириться. Пусть так. Заслужил? Получи. А там в беспамятстве – я снова видел её. у водопада. И снова давал ей напиться из своих рук. Это было куда приятнее, чем продолжать мучиться в реальности.
  
Но когда в очередной раз мой разум смутно прояснился, в голове настойчиво забилась мысль, что если я не вернусь, то Ноа тогда заберут. И могут отдать кому угодно. Вообще кому угодно.
Её могут забрать приспешники адмирала. Они все ненавидят землянок. Считают их своими рабынями только. И больше ничем. И только от мысли, что с ней могут сделать, я понял, что готов заплатить не только своим хвостом, чтобы этого не случилось.
Еле поднявшись на ноги, я сжал покрепче зубы и дёрнул его.
Даже у меня не хватило бы сил сдвинуть с места космолёт. Так что освободиться и выжить я мог только одним способом. А мне сейчас очень сильно нужно было выжить. И бороться. Чтобы вернуться.
От боли помутилось в глазах, громкий рык вырвался из груди. Кажется, я снова даже отключился. Но потом опять пришёл в себя. Удивительно, что не сдох. Если бы сдох – было бы справедливо.
Но пока что я чем смог завязал то, что осталось от хвоста, стараясь не смотреть на этот обрубок. И пошёл. Куда-то.
Сам не знаю, что именно я искал, но в первую очередь обошёл космолёт в надежде, что хоть что-то уцелело.
Я не добыл нужной информации, за которой меня отправляли. И пусть не верил сам, что если сообщу, что ещё жив, то за мной могут кого-то отправить, всё равно искал… Только вот пока обходил космолёт, понял, что он врезался в огромное гнездо. И покалечило не только меня.
Прямо под космолётом лежал труп взрослой особи ташрии. Это очень опасный хищник. Способный тоже генерировать волны – как рай-ши. И ещё много на что способный. Так что мне повезло, что космолёт убил его. Иначе я бы стал закуской. Обездвиженный и раненный – точно бы привлёк внимание.
Но что ещё привлекло моё внимание – так это тихий писк сбоку.
Так я и обнаружил детёныша ташрии. Совсем ещё крошечного по сравнению со мной. Но тоже раненного и изувеченного, как и я. Он пытался хлопать сломанными крыльями, но конечно, у него не выходило улететь, когда я подошёл ближе.
Стоило наклониться – он ударил меня электрической волной. Я упал на колени. И даже занёс руку, чтобы уничтожить его, но… Не смог.
Он так посмотрел на меня. Своими огромными глазами. И мне почудились в них слёзы.
Я перевёл взгляд на космолёт, под которым покоился дом и родитель этого существа. И понял, что он – прямо как я. Тоже теперь калека. Тоже никого у него не осталось. Даже дома нет. И охотиться сам он ещё не может. Так и подохнет тут… Один. Как я.
И я опустил руку.
Я мог убить рай-ши. Любого.
Если командор сказал, значит, так надо. Я доверял ему безоговорочно. А порой убивал без приказа. Тех уродов, которые обижали слабых женщин. По нашим законам за это полагалась смерть. Так что я не нарушал правила.
Но убить ни в чём неповинное дитя я не мог. Это было… неправильно.
Так что собравшись с силами, я встал и пошёл дальше искать хоть что-то. Мне повезло буквально через полчаса, хотя я очень медленно двигался. И даже удалось отправить свои координаты командору. Хотя я не особенно верил, что он отправит за мной кого-то. Но это был мой единственный шанс. Выжить и вернуться. Чтобы не позволить никому навредить Ноа.
Оперевшись спиной о раскуроченный фюзеляж космолёта, я прикрыл глаза. И не знаю, сколько прошло времени, прежде чем услышал мерное гудение космолёта. Другого.
За мной прислали.
Поднявшись на ноги, я поковылял к нему. Командор наверняка бы прислал верных себе рай-ши. Так что я надеялся, что меня не добьют по дороге. Но на пути наткнулся снова на свернувшегося в клубок детёныша, который дрожал от боли и страха…
На космическую станцию строго настрого запрещено заводить кого бы то ни было. Уж тем более – хищников, которые могли даже в малом возрасте легко расправиться с любой землянкой и покалечить рай-ши. А во взрослом – и рай-ши убить и выпить всю его кровь. Но…
Не знаю, что мной двигало.
Наверное, чувство вины. Что из-за меня он погибнет теперь. Ведь среди ташрий тоже не принято оказывать помощь раненым сородичам. Как и среди рай-ши. Но командор… Он придерживался других взглядов. И поэтому я возможно выживу (хотя зачем мне такая жизнь без хвоста и возможности быть полезным Рай-Тару я ещё не понимал). А он – точно нет.
Здесь.
Но у него будет небольшой шанс, если я нарушу правила…
И снова я вспомнил Ноа. Её глаза. То, как она сжимается, когда я приближаюсь… Она никогда-никогда не посмотрит на меня по-другому. А этот детёныш, хоть и боится меня, но смотрит… Будто бы с верой, что я не причиню зла.
Не знаю уж почему, но этот детёныш правда очень напоминал мне Ноа. И почему-то мне казалось, что если оставлю его тут, то как будто Ноа оставлю. Разве бы я мог её бросить? Поэтому кое-как наклонился к нему.
У ташрий очень развита интуиция. Очень. И кажется, он понимал, что я не собираюсь нападать. Видимо, поэтому позволил мне взять его в руки. И спрятать под доспехи, чтобы никто больше его не заметил…
   *История командора – Райя бесчувственного командора. Галактика Его желаний*  
 
Глава 14
 
Дорога далась мне нелегко.
У рай-ши нет в свободном доступе обезболивающих. Я вообще не уверен, что они есть для нас, а не для землянок. Слабых особей у нас не лечат. Их добивают. Обычно.
И даже воины командора посмотрели на обрубок моего хвоста с недоумением. Потому что несмотря на приказ привезти меня, уже поняли, что я теперь не полноценный член их общества. Я – теперь отброс. Не способный ни на что. Не опасный…
Любая попытка использовать волны сожжёт меня. Без хвоста управлять волнами невозможно… А без волн – любой рай-ши, даже ребёнок, сам со мной справится.
Однако я молчал. И делал вид, что не заметил. Потому что мне нужно было пожить ещё немного. Только добраться до станции. Только прийти в себя и… Сделать хоть что-то, чтобы Ноа не попала в руки к какому-то извращенцу.
Но по прибытию сразу в медблок я тоже не мог пойти. Ведь под моими доспехами было то, что никто не должен был видеть. Я не боялся, что меня накажут за нарушение. Я боялся, что его просто убьют – как должен был сделать любой, если обнаружит тут.
Поэтому поплёлся в каюту, обманув, что должен сначала отправиться к командору, а не в медблок. И провожать меня не надо.
Кое-как я дошёл куда нужно. Еле смог разблокировать замок каюты. И ввалился внутрь.
То, что придало мне сил – это аромат Ноа, которым пропиталось тут всё. Каждый уголок моей каюты пах ею теперь. И это не позволяло сдаться. Хотя мои силы были уже на исходе.
Но я не позволил ей даже подойти. Хотя очень хотел, чтобы подошла.
Потому что детёныш ташрии мог причинить ей вред. А я не был способен её защитить сейчас. Да и в будущем… Не знаю, смогу ли. Но пока подходить ближе ей точно не стоило.
Пока я создал клетку (к счастью, хоть на это моих сил хватило), пока собрал себя в кучу, чтобы подняться, несколько раз ловил её взгляды. И мне было ужасно стыдно, каким слабаком я предстал перед ней.
  
Наверное, она испытывает отвращение ко мне. Думает, какой я дохляк. И ни на что больше не способен…
Я бы не хотел, чтобы Ноа видела меня таким. То есть чтобы именно она видела – особенно не хотел. Но выбора-то не было. Детёныша надо было оставить в каюте. И запереть их тут, надеясь, что она правда послушается и не коснётся его. Он пока сам слаб, так что без прикосновения вряд ли сможет ей навредить. Но и остаться, чтобы это проконтролировать, я не мог. Иначе подохну тут рядом с клеткой и Ноа… А ей нельзя такое видеть. Она слишком нежная и хрупкая…