Старые недобрые времена 3 (СИ)

— День добрый, мистер Бэнкси, — приязненно отозвался Георг, — Увы! Хотелось бы чаще, но вы правы — дела.
— Пройдёмте, мистер Шмидт,- предусмотрительный стюард чуть забежал вперёд, не нарушая, впрочем, достоинства белого джентльмена, — мистер Майвезер уже ждёт вас в курительной комнате.
— К слову, мистер Шмидт, — стюард, не сбавляя шаг, повернулся к гостю, — у нас есть чудесный арманьяк! Право слово, не уступает марочным коньякам! По случаю приобрели, и очень, как по мне удачно.
  
— Хм… пожалуй, — согласился Георг, — верю вам на слово, мистер Бэнкси, вкус у вас отменный. Так что… пару бутылок, пожалуй, и… табак, если не сложно, тоже подберите — так, знаете ли, чтобы всё заиграло, оттеняя вкус. Впрочем, не мне вас учить!
— Георг! — старинный друг, встав с уютного кожаного кресла, сделал несколько шагов навстречу, протягивая руку, — Твоё письмо меня заинтриговало настолько, что веришь ли, спать не могу, полночи ворочался!
— Ах, Чарли, — засмеялся Георг, пожимая руку, — ты как всегда — любопытный, как ребёнок!
— Ну, не томи, — Майвезер сделал глазки «котика из Шрека», и Шмидт расхохотался в голос.
— Научил на свою голову! — выдавил он сквозь смех, — Вот же засранец! Тебе на сцену надо, не думал?
— А то… — приосанился друг, — знаешь, я когда отцу во время обеда впервые такую физиономию состроил, во время беседы, он аж поперхнулся! Ругался, правда, но и смеялся… а потом сказал, что я балбес, но везучий, и что друзья у меня правильные.
— Балбес, — весело подтвердил Фиппс, входя в комнату и только потом здороваясь.
— Ну, Георг, что за дела? — поинтересовался Гарольд Фиппс, наливая себе арманьяк и нюхая его с видом ценителя — хотя, и это Шмидт знает точно, в алкоголе он не разбирается совершенно.
— Сейчас остальные подтянуться, тогда и расскажу, — отозвался Шмид, вертя в руках бокал.
— Становится интересно, — флегматично заметил Гарольд, пригубив алкоголь и раскуривая сигару.
— Джон, старина! — вскочил Чарли, подбегая к вошедшему в курительную университетскому приятелю, — Как ты? Как семья?
— Семья? — поднял бровь Уинтроп, стягивая перчатки и здороваясь, — Ты хочешь спросить, как кузина Бетти? Пока не замужем.
— Я не… — смутился Майвезер, — а впрочем, да! Ладно, о Бетти потом поговорим, я всё равно на днях собираюсь в Бостон, заеду заодно.
— Георг, Гарольд… — поздоровался Уинтроп с остальными, — кажется, намечается что-то интересное? Это как в прошлый раз, с дуэлью, или…
— Или, — в тон ему отозвался Шмидт, — но я бы сказал, ещё более интересное, и… прибыльное. Впрочем, позже расскажу, чтобы два раза не повторять.
Несколькими минутами позднее к ним присоединились Эдвард Шермерхорн и Фрэнк Лоуренс, и в курительной комнате запахло уже не табаком, а большими деньгами, и, не считая Шмидта — деньгами старыми.
— Благодарю, что откликнулись на моё приглашение, — неторопливо начал Шмидт, — думаю, вы не пожалеете. Единственное, о чём я вас прошу — как бы ни сложились результаты сегодняшнего разговора, очень важно, чтобы о нём не узнали до поры. Итак…
Он сделал паузу.
— О моём конфликте с DuPont вы знаете. Не я это начал, и… видит Бог, я не хотел ссориться и пытался решить дело миром, но — не сложилось.
— Грязно играют, — пробурчал Майвезер в стакан.
— Не без этого, — флегматично согласился Уинтроп.
— Грязно, — спокойно подтвердил Шмидт, — О поджогах конкурентов и беззастенчивом лоббировании, что переходит все рамки, вы и сами знаете. Не ново.
— Но… — он усмехнулся, — они зарвались. Пытаясь переиграть меня, они заигрались сами. Впрочем, смотрите…
Он раздал принесённые документы и предупредил:
— Здесь выжимки. Если решите делать бизнес вместе со мной, предоставлю остальные данные — все, без исключения.
На несколько минут воцарилась тишина.
— Интересно, — медленно протянул Лоуренс, — четверть акций в залоге?
— Да, — подтвердил Георг, — и это только только City Bank of New York, но некоторые ниточки тянутся за океан, к «кузенам».
Уинтроп на эти слова поджал губы.
— Последнее, впрочем, я не могу быстро проверить, — вздохнул Шмидт, — да и данные, в общем, почти косвенные. А нужно действовать быстро…
— С этим я могу помочь, — заметил Уинтроп, выпустив кольцо дыма, — недели… за две, пожалуй, справлюсь.
— Буду признателен, — отозвался Георг, — время дорого.
— Мы все будем признательны, — отозвался Фиппс и повернулся к Шмидту.
— Георг, я правильно понимаю, ты хочешь выкупить акции DuPont у банка?
— Да, — спокойно отозвался тот, хотя спокойствие это далось ему не легко.
— Хм… — Фиппс откинулся на спинку кресла, — свободные средства, у меня, в общем, есть, но не так много, как хотелось бы.
— Соглашусь, — вздохнул Майвезер, — у меня, да и у нашей семьи, слишком много сейчас вложено в логистику.
— Но принципиально вы согласны поучаствовать? — Георг оглядел присутствующих.
Лоуренс чуть помедлил, но уверенно кивнул, остальные согласились чуть погодя.
— Прекрасно, — улыбнулся Шмидт, — тогда — вот…
С этими словами он раздал им новые документы.
— Это… — он сделал паузу, — о состоянии финансов в City Bank of New York, и если вкратце — всё очень, очень плохо!
— Ну… — Уинтроп, уловив суть, усмехнулся, как голодная акула, — кому как, джентльмены, кому как!
Он поднял стакан и сделал глоток, и все присутствующие повторили, заключая тем самым некое, пока ещё негласное, соглашение.
— Есть возможность надавить надавить на банк, — веско сказал Шмид, — Вернее, сперва создать ему ещё большие проблемы с наличностью, и быть готовыми эти проблемы… хм, решать.
— Закрытый аукцион или через нотариуса? — предположил Майвезер, мгновенно уловив суть, — Да, это может сработать. Хм… и что приятно, цена в таком случае может быть много ниже рынка! В разы!
— Надеюсь, именно в разы, — подтвердил Шмидт, — во всяком случае, такая возможность имеется. Сразу скажу — у меня нет проблем с наличными, и это не чёртовы «зелёные спинки», а серебро с рудников Невады.
— Да… — протянул Майвезер, — а я ещё гадал, почему ты так легко сдался, почти отойдя в сторону от военных подрядов.
— Ну… — попаданец покрутил бокал, — отошёл я ещё и потому, что DuPont, а вернее, связанные с ними военные круги и некоторые политики в Вашингтоне, очень уж сильно начали давить, это если честно. Впрочем, я сделал свой ход в ответ, развязав, как вы знаете, кампанию в прессе, выставляя своих противников в дурном свете. Последнее, к слову, чистая правда — очень уж они заигрались, меняя жизни солдат Союза на свои прибыли. А небольшие, но не такие уж и маленькие поставки динамита в нашу Армию, хотя в основном и разного рода добровольческим соединениям штатов, подтвердили преимущества динамита перед порохом.
— И заинтересовали горные компании, — важно покивал Уинтроп.
— Совершенно верно, — усмехнулся Шмидт, — деньги из серебряных рудников Невады, и не только, потекли полноводными ручьями. В общем… у меня есть возможность выкупить заложенные акции DuPont вполне самостоятельно, но таком уровне это уже не бизнес, а политика. Нужна поддержка от влиятельных семей, лоббирование в Вашингтоне и прочее… Ну да не мне вам рассказывать.
— Я так понимаю, ты хочешь DuPont, а нам предлагаешь поучаствовать игре на твоей стороне, а взамен помогаешь взять City Bank of New York в свои руки? — небрежно поинтересовался Фиппс.
— Вариативно, — пожал плечами Шмидт, — Я не против получить блокирующий пакет акций компании, но меня устроит, если какие-то пакеты приобретёте вы, ну а я в таком случае поучаствую в разделе City Bank of New York вместе с вами. Вряд ли мы сумеем ухватить банк целиком, но блокирующий пакет, на мой взгляд, вполне реален.
  
— Это… интересно, — ответил Фиппс, чуть помедлив.
— Просто не будет, — сказал Шермерхорн, — но вы, джентльмены, это и без меня знаете. Сейчас в Вашингтоне неспокойная обстановка: разругались решительно все, и всё держится не волоске. Умеренные боятся потерять поддержку бизнеса, радикалы хотят конфисковать земли южан… и каждый крупный контракт рассматривается как часть большой политической игры.