Прости меня, отец (ЛП)

— У меня нет на это времени, Лоретта. Она тоже может подойти поздороваться, если действительно хочет со мной познакомиться. — Я продолжила читать.
— Мне бы очень хотелось узнать, что в тебе нашёл мой кузен. — Она пробормотала что-то по-итальянски, и я впервые пожалела, что не знаю, что она сказала.
Я вела себя спокойно, делая вид, что мне все равно. Но через пятнадцать минут ко мне подошла потрясающая женщина с длинными черными волосами и пронзительными голубыми глазами. Ее тело было безупречным, и она не стеснялась демонстрировать его всем, кто смотрел.
  
— Меня зовут Фиона, — сказала она на безупречном английском.
— Вы уверены, что вы Фиона? — спросила я, и она улыбнулась.
— Понимаю. Большая итальянская семья, и тут я говорю с настоящим американским акцентом. С десяти лет я училась в американской школе-интернате, если это что-то для тебя значит.
— Значит.
— Вы с моим братом серьёзно натворили дел в Вероне. — Она посмотрела куда-то вдаль, но мне показалось, что я уловила проблеск улыбки, с которой она пыталась справиться.
— Если вам от этого станет легче, — сказала я, — я понятия не имела, кто он такой, когда выходила за него замуж. Я знала, что он итальянский Дон, но не знала, что он из Понтиселло.
Она приподняла бровь, но мне было всё равно, поверила она мне или нет. Другая девушка заговорила громче, и Фиона рассмеялась над тем, что она сказала.
— Ты правда не понимаешь по-итальянски?
— Я пыталась, — сказала я, пожав плечами. — Просто не прижилось.
— Я понимаю, — сказала она, и в её тоне прозвучало что-то, чего я не могла уловить. — Это сложный язык, не для всех. Но ты замужем за одним из самых влиятельных людей в Италии. Конечно, ты приложишь некоторые усилия?
То, как она подчеркнула «усилия», задело меня за живое. Я кивнула и улыбнулась, желая, чтобы она просто исчезла. Взглянув на часы, я поняла, что понятия не имею, когда вернется Альфонсо. Я скучала по нему.
— Итак, Лоретта говорит, что ты действительно нажимаешь не на те кнопки в отношениях с моим братом.
— О, это было до того, как мы нашли общий язык, — сказала я со смешком, надеясь, что она воспримет это как намёк на то, что мы всё ещё ссоримся, просто по-другому.
— Нашли общий язык? — спросила она, и в её голосе прозвучало любопытство.
Чёрт, какая же она любопытная.
— Да, до того, как мы поняли, насколько хорошо мы друг друга трахаем.
Она замерла, и мне пришлось приложить все усилия, чтобы не покраснеть. Не говоря ни слова, она встала и вернулась на балкон. Я взяла книгу, пытаясь сосредоточиться, но слова расплывались перед глазами, пока я пытался выбросить этот момент из головы.
— Это не смешно, Бас.
— Прости, — усмехнулся он. — Но было бесценно увидеть Фиону, потерявшую дар речи.
— Ты не знаешь, когда вернётся Альфонсо?
— Завтра утром, а что?
— Только завтра? Почему он мне этого не сказал?
— Прости. Но ты застряла с ними на всю ночь.
Отлично. Я не могла избавиться от чувства тревоги, зная, что Альфонсо вернётся только завтра утром. Я старалась не попадаться им на глаза до конца дня, но общение было неизбежным, когда принесли ужин и мы все собрались за столом. Они быстро говорили по-итальянски, явно не замечая моего присутствия.
Лоретта рассмеялась над тем, что сказала эта крикунья, и Фиона присоединилась к ней, явно забавляясь. Я просто ковырялась в еде, с каждой секундой чувствуя себя всё более не в своей тарелке.
— Так это Ками? — наконец обратилась ко мне блондинка.
Я улыбнулась и кивнула.
— Ты и Альфонсо? Вау.
— Сими? — предупредила Фиона.
Лоретта снова захихикала. Чёрт, она была невыносима. Я выдавила из себя улыбку и пожала плечами. Честно говоря, у меня не было на это сил.
— Ты ведь знаешь, где он сейчас?
— Сими, — предупредила Фиона.
— Он на совещании, — ответила я ровным голосом.
— Совещание, конечно, — Сими рассмеялась, явно не поверив мне.
— Прекрати. Я серьёзно, — прошипела Фиона, и её тон стал резче.
— Что? Я ничего не делаю. — Блондинка пожала плечами, и в её голосе прозвучала игривая невинность. Она быстро заговорила по-итальянски с сестрой Альфонсо, и остальные неловко заёрзали. Атмосфера за столом уже начала накаляться, и мне не нравилось, к чему всё идёт.
— Где он? — спросила я Фиону.
— Тебе стоит спросить об этом моего брата, когда он вернётся.
— Я спрашиваю тебя.
— И я не собираюсь вмешиваться в это, — сурово сказала Фиона.
— С любовницей, — сказала Сими. — Все, кто встречается с Альфонсо, знают об этом. Она удовлетворяет, вероятно, самую важную его потребность из всех.
— Сими, хватит! — хором воскликнули Фиона и здоровяк, который ни разу не обратил на меня внимания.
— Что? Ей нужно знать все тонкости, когда дело касается этого мужчины. Особенно это.
Ее английский был безупречен, и по какой-то причине еда потеряла свою привлекательность.
— Извините, — пробормотала я, вставая из-за стола.
— Камилла, — окликнула меня Фиона.
Смех Лоретты эхом разнесся в воздухе, как будто ситуация забавляла ее, в то время как моя кровь закипела.
Он солгал мне. Сказал, что будет на совещании. Я не могла оставить это так. Мне нужны были ответы. Я быстро нашла Бастиана и резко потребовала:
— Мне нужна правда, и нужна она мне сейчас.
  
ДВАДЦАТЬ ДВА
 
МАЛЕНЬКАЯ БЕГЛЯНКА
— Где он? — крикнула я Басу, не в силах сдержать раздражение.
— Он на очень важной встрече.
— С любовницей? С женщиной, Бас?
— Ками, это не то, что ты думаешь.
— Не то, что я думаю? Да пошел ты.
Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, и возненавидела себя за это. Как я могла до такого докатиться? Не то, что я думаю? Он был с другой женщиной, изменял мне!
В глубине души я это знала. Всё казалось слишком идеальным, слишком хорошим, чтобы быть правдой. То, что я считала чем-то настоящим, было всего лишь деловым соглашением, а какая связь существовала между нами? Судя по всему, он делился этим со всеми женщинами, которых выбирал. Жаль, что я выпила ту таблетку на следующее утро. Может, я могла бы родить ему наследника и больше никогда с ним не встречаться.
Слезы застилали мне глаза. Мне казалось, что мое сердце разбито. Все те ночи, что мы провели в объятиях друг друга. Почему мне так больно? Мы не были такими. Он не любил меня, а я не любила его. Это не должно было причинять такую боль.
Я плакала в ванной до тех пор, пока у меня не начало жечь глаза. В дверь спальни громко и настойчиво постучали, но я не пошевелилась. Я не собиралась её открывать. Мне было всё равно, что кто-то там скажет.
Ни Лоретте. Ни Фионе. Мне было плевать на всё это.
Моё тело сотрясали рыдания. Я просто хотела домой.
Я была измотана этими бесконечными американскими горками, на которые я не подписывалась. Я не знала, как мне пережить ещё один такой день, не говоря уже о следующих десяти годах. Как моя жизнь стала такой сложной? Так быстро.
Слёзы продолжали литься из моих глаз. Лживый сукин сын.
Я заснула на кафельном полу, выплакав все слёзы, и мне приснилась мама, которая с десяти лет готовила меня к замужеству с Доном.
«Муж-дон не всегда справедлив, милая, — говорила она дрожащим голосом, пока расчёсывала мне волосы, сидя перед зеркалом. — Но если ты будешь ему повиноваться, родишь ему детей, у тебя будет прекрасная жизнь. — Она быстро заморгала, отчаянно пытаясь скрыть наворачивающиеся слёзы. — Это то, что мы делаем. Для этого мы и созданы. Чтобы служить им. Чтобы закрывать глаза на их потребности».
  
Я кивала, не до конца понимая, что она имеет в виду, но думая, что понимаю. Теперь я поняла. Вот что она имела в виду. Слёзы, которые она скрывала, ночи, когда она боролась с моим отцом, но в конце концов сдалась. Доны забрали всё. Всё. Пока ничего не осталось.
В дверь снова постучали. Я подняла голову и посмотрела вверх.