Твое время принадлежит мне (СИ)

— Сестра твоя, — он распахнул глаза ещё шире, а я скривилась: — Не то, чтоб я была в восторге.
— Не гони, — брякнул, захлопнув дверь, а я развела руками:
— По бате вряд ли, а по матери — сто процентов.
— Заливаешь, — заявил уверенно. — Не понятно только — нахера.
— Хочешь — анализ сдадим? ДНК или как там его…
— Да с чего ты взяла-то? — спросил вполне по-человечески. — Ну, похожи вы, сейчас особенно, что с того? Таких, как вы, полгорода.
— Соседка с пятого, в роддоме которая работает, рассказала, — буркнула, разуваясь и проходя в кухню. — Ну, я посидела, прикинула… у меня больше нет никого, а я тебя с лестницы. Нехорошо.
— Башку бы тебе за это проломить, — кивнул согласно. — Я в дерьме по самые помидоры, деньги до зарезу нужны.
— Слышала уже… — ответила тихо, с потом спросила: — Так ты ее из-за квартиры убил?
— Ты поехала, что ли? — опешил, открыв рот. — Я Ингу грохнул? Сестру, ножом в брюхо? Н-да… катись-ка ты, сестрица, пока реально из окна не полетела.
— Да я просто проверила, — сказала мягко, — не ты, так не ты…
— Жалко ее…
— Жалко, — фыркнула, закатив глаза. — Ты даже на похороны не пришёл.
— Ага, а кто мне о них сообщил? — ответил язвительно. — Узнал, что сестру убили по слухам через десятые руки.
— Не рассказывай, я сообщение всем рассылала. Притащился, как стервятник, противно аж.
— Сообщение, — прыснул, поднявшись. — Кто их читает вообще? И как бы ты нормальная такое в сообщении отправлять? Мы может и не общались, но это не соседей на гульбарий пригласить. Выбесила ты меня конкретно, думал проучу, а на деле — ты меня.
— Я думала ты в суд пойдёшь.
— Хотел, а потом подумал: пока тяжба закончится меня все равно грохнут, так что смысла нет последнее на адвокатов спускать, — достал из морозилки бутылку водки и бахнул ее на стол. — Помянем, что ли, сеструху. Как думаешь, кто?
— А кому ты должен и кому бабки нужны не меньше, чем тебе? — задумалась вслух.
— Всем, у кого занял, — поморщился в ответ. — Человек тридцать. Это ты что думаешь, из-за меня, что ли?
— Когда шла, думала — ты, — призналась честно, а он вспылил и замахнулся, а потом опустил руку, глухо порычав.
— Думала, что я и все равно потащилась? Точно сестра, такая же отбитая, как и Инга была. Не пуганые. И одной теперь нет, — хлопнул рюмку, я опрокинула свою из вежливости, а он крякнул: — Звонила мне незадолго, прикинь. Лет пять ее не слышал, а тут нарисовалась. Я звонок проворонил, потом раз десять набирал, прежде чем дозвониться.
— Чего звонила-то?
— Хотела подбить на какую-то авантюру. Типа, она мать знает где похоронена, надо вырыть убедиться. Совсем кукуха отъехала. Ну, я послал… теперь жалею. Стандартная херня, пока человека не станет все побоку.
— А где — не сказала?
— Не, я сразу в отказ… своих проблем хватает. Начала канючить типа — да там не то, чтобы вырыть, лопатой махать не надо, но через заборчик подсадить придётся.
— Похоже, я знаю, — хмыкнула, поднимаясь.
— Куда? — удивился, а я пожала плечами:
— Мать откапывать.
— Пошли вместе, — вздохнул, опрокинул ещё рюмку и поднялся.
— У тебя другое задание будет, — хмыкнула в ответ, а он съехидничал:
— Ага, разбежался.
— Я с деньгами помогу…
— Откуда у тебя? — фыркнул презрительно. — Если только хата, но ее продать — срок нужен, а мое время почти вышло.
— Ну, часть долга отпадёт, а остальное… Инга наследство припрятала.
— Какое? — тут же навострил уши, а я махнула рукой:
— Потом. Расскажи-ка всем, кто захочет слушать, что я твоя сестра. И что одни мы с тобой на всем белом свете остались, такие дела.
— Нет, — нахмурился в ответ. — Если конечно у тебя в запасе нет для меня ещё сестры. Тогда будет не так обидно, вроде конвейера — одну зарезали, пошла вторая и так далее.
— Почему говорят, что ты отбитый? — удивилась в ответ.
— Потому что когда бабки водились — все друзья-приятели, а как в жопе оказался — всем разом должен. Стандартно. А с пушкой наперевес бегать замахался. Возраст уже, знаешь ли. Как-то все больше тянет на диване родном поваляться, а не по трущобам носиться, да дань выбивать.
 
— Ты работал… коллектором? — спросила осторожно, а он хмыкнул:
— Типа того.
— Ладно, я пошла. Созвонимся. А просьбу выполни, мой хороший. Падлу эту, что Ингу убил, надо наказать. У тебя ещё есть сестра, а у меня больше нет.
Он посмотрел серьезно, подумал и кивнул, а я вышла и спустилась на этаж, где до сих пор поджидали парни, вполне свыкшиеся с запахом: расселись на ступеньках как попало и лениво переговаривались.
— А мы ставки делаем, — хмыкнул Сашка. — Он тебя уже грохнул или только планирует.
— Брат он мой, — ответила хмуро. — Подбросите до центра?
— Реально? — допытывались всю дорогу, а я лениво отвечала на сыплющие сплошным потоком вопросы и вздохнула с облегчением, выйдя прямо у магазина Антиквара.
— Ждать? — спросил Димка, а я отрицательно мотнула головой, тепло попрощалась и юркнула в магазин.
— Нина, — встретил меня хозяин, распахнув объятия. — Надеюсь, с ответом.
— Вообще, с просьбой, — слегка поморщилась, а он удивленно вскинул бровь. — И ответ — нет.
— Ты не очень хороший бизнесмен, Нина, — хохотнул в ответ.
— Ваш отец меня чуть не убил в Вашем доме, — заметила с укором, а он развёл руками:
— Он болен.
— То есть, это нормально?
— Нет, конечно, — поморщился в ответ. — Но не убил же.
— Меня — нет, — кивнула согласно, а он напрягся:
— Поясни.
— Что открывает этот ключ? — достала Ингину связку и показала ржавый ключ с татуировки.
— Откуда он у тебя? — удивился, приблизившись. — Это от подвала, там раньше продукты хранили, типа погреба. Потом ключ потерялся, лет… черт, около тридцати назад, точно даже не вспомню. Дверь ломать не стали, все равно не используется уже давно.
— А запасного нет?
— У отца был, но он его давно потерял, я узнавал.
— Думаю, комнатку лучше открыть в присутствии правоохранительных органов, — сказала со вздохом. — На всякий случай.
— Я примерно понимаю, к чему ты ведёшь, но верить в это решительно отказываюсь.
— Ну, можете рискнуть, — пожала плечами.
— Я же не могу вызвать полицию чтобы они вместе со мной заглянули в погреб, — посмотрел на меня с укором, а я нервно хихикнула и вышла на улицу позвонить.
— Ты где? — буркнул недовольно вместо ответа.
— У магазина Антиквара, — ответила честно, а Миша тут же взбесился:
— То есть, мои слова тебе вообще до фонаря, да?!
— Не кипятись, — шикнула в ответ, — просьба у меня.
— Излагай, — вздохнул недовольно, а я уложилась в несколько предложений. — Без проблем, устроим, но ты поедешь домой. Рассказов с тебя будет достаточно, если там, конечно, не пусто.
— А вот тут возражать не стану, — ответила с готовностью.
— Пусть чешет домой и ждёт. А ты стой, где стоишь, минут через десять буду.
Я передала послание Демченко, вышла и встала по стойке смирно как примерная девочка, в этом своём белом платьице и на каблучках, разметав волосы по плечам.
— Ну прямо святая простота, — скривился Миша, когда я села в машину. — А глаза-то какие хитрющие… колись, что задумала?
— Ничего, — ответила, уставившись на него во все глаза.
— Ага… — протянул с такой улыбочкой, что я невольно повела плечами. — А я, представляешь, занимаюсь себе делами, тут у Коляна телефон звонит, а рожа вытягивается. Спрашиваю — в чем дело? Да, говорит, по району клич — смотреть в оба если Нинель поблизости. Но это только для своих, пришлым — ни-ни. Я так обрадовался, думаю, вот здорово, весь район в теме, а я — нет. Ну, думаю, подожду. Закрутилась моя девочка завертелась, телефон опять сел или ещё какая напасть — объявится. И вот, спустя каких-то пару часов звонит. Ну, думаю, вот оно. А она мне байки из склепа травить. Смотрю на тебя сейчас и размышляю — и нахрена мне все это?
— И что надумал? — буркнула обиженно.