Я все еще твой

– Если бы ты не крутила своей сладкой попой перед голодным молодняком, я бы удержался, Вика. Я бы тебя не тронул.
– Демид…
– Но мог тронуть кто-нибудь другой. И мне пришлось бы что-то с этим сделать. Потому что ты – только моя девочка. Все вокруг должны об этом знать. Вика, ты слышишь меня? Моя.
Боже, что он говорит? Отчитывает меня? В такой момент?
Одно движение бёдер вперёд, и он внутри.
  
Всхлипываю. Это ново и очень волнительно. Я в смятении!
Медленно, сантиметр за сантиметром он наполняет меня.
И я подстраиваюсь. Почти не больно. Но всё ещё немного страшно.
Войдя почти полностью, Дем медлит.
Гладит мои ягодицы, сжимает в ладонях. Склоняется и целует пылающую кожу на шее.
Втягивает её в рот и кусает, делая следующий толчок. Сразу ещё один… и ещё…
И не отводит от моего лица совершенно дикого взгляда. Вцепляюсь с силой в его руку.
– Ты как, малыш? – целует в губы. – Очень больно?
– Я в порядке.
Демид отпускает мою ногу со своего плеча и ложится сверху. Опирается на локти.
Чувствую, какой он большой и твёрдый внутри.
– Выдержишь ещё немного?
Киваю. И Дем начинает двигаться.
Я заживо горю с ним. Отдаюсь. Люблю всем сердцем.
***
С этой знаменательной ночи мы старались быть вместе каждую свободную минутку. Но этого было мало.
Загорский минимум две недели в месяц проводил за границей или в разъездах по стране. Я училась и продолжала подрабатывать, взяла ещё пару учеников.
И вскоре Демид попросил к нему переехать. Настойчиво попросил.
Я сперва увиливала от ответа. Боялась, что так он быстрее остынет ко мне. Наиграется и заскучает. Не верила до конца, что у нас всё всерьёз и надолго.
Так и висел этот вопрос в воздухе пару месяцев.
Пока в один прекрасный день Демид не сделал мне подарок, который перевесил все мои страхи.
У Загорского была очередная деловая поездка в Цюрих. У меня – интенсивная подготовка одного неуча к вступительным в престижный колледж, и дипломная работа.
После многодневной разлуки мы поехали сразу к нему.
Но вместо своей спальни, как обычно, он потащил меня в гостевую. Включил свет, и я обомлела.
Это была моя мастерская в съемной двушке, только больше раз в пять, нашпигованная всяким прибамбасами. Целая стена отведена под стеллажи, на которых сверкали разными цветами баночки, бутылочки, коробочки…
Моё сердечко дрогнуло. Загорский постарался и сделал всё это для меня! Понятно, конечно, что не сам. Но факт остается фактом – придумал же, чем меня заманить!
– Я подумал – зачем нам с тобой вторая спальня, если я тебя из своей не буду выпускать?
Я выговорить ничего не могла. Повисла у него на шее и уткнулась носом в воротник белоснежной рубашки.
Но это был не единственный сюрприз, оказывается.
Демид вдруг опустился на колени, чмокнул мимоходом в живот и сунул под мой раскрасневшийся от переизбытка чувств нос крошечную коробочку.
– Выходи за меня.
Я, наверное, до конца своих дней буду вспоминать этот момент, как счастливейший в жизни. Тогда мне казалось, что помолвка – всего лишь первое событие в череде множества других, не менее счастливых. Свадьба, рождение первенца…
Но сказка закончилась так внезапно.
 
Глава 9
 
Виктория
Выныриваю из воспоминаний. Слишком больно.
Натянув полы мужской рубахи пониже, выхожу из ванной.
Хозяин при моём появлении ободряюще улыбается.
– Так как на счет врача?
Клим – очень привлекательный мужчина. На вид ему лет двадцать семь – двадцать восемь. Он высокий и широкоплечий. Тонкий домашние брюки облегают крепкие бёдра и ягодицы, под белой свободной футболкой бугрятся мышцы. Густые русые волосы обманчиво небрежно топорщатся, но к этому беспорядку явно приложил руку умелый мастер.
Мне так неловко, что к щекам приливает кровь, они горят.
Клим замечает, конечно.
– Я завтрак заказал на свой страх и риск, – он отодвигает для меня стул. – Не знаю, что ты любишь. Здесь овсянка, йогурт. А тут – яйца пашот, авокадо и тосты. Сок и кофе.
От насыщенного кофейного запаха начинает мутить. Но выдавливаю благодарную улыбку в ответ.
Мы завтракаем молча. Первая ложка каши в горло не лезет, но дальше дело идёт веселее. С чувством голода пропадает и тошнота.
Возвращается ясность мыслей.
Чувство неловкости растет. Пристальный мужской взгляд тяготит.
– Спасибо за завтрак. И за гостеприимство. Я сейчас вызову такси…
– Виктория, – снова начинает Клим, отставляя пустую кружку. – Это, скорее, уже ужин. Не знаю, какая беда с тобой приключилась, но твоё состояние вызывает у меня беспокойство. Скажи, в чем дело. Уверен, я смогу помочь.
Вот уж вряд ли.
Баум со вздохом встаёт, перекладывает тарелки в посудомойку и снова поворачивается ко мне.
– Твой муж – не самый приятный парень. И он – влиятельный и опасный человек. Если ты его боишься…
Да не хочу я с посторонними обсуждать свою личной драму!
– Не боюсь. Вчера был сложный день. Я устала и… перенервничала.
На этом расспросы прекращаются. И слава богу. А то я уже не знаю, куда деться.
Переодеваюсь в спальне, в которой провела ночь и половину дня. Ставлю на зарядку телефон. И как только он включается, на экране градом сыплются уведомления.
Предатель и лжец меня обыскался, оказывается.
Артур наверняка уже сказал мужу, что я приезжала на этот проклятый форум вместе с ним.
Звонки идут без перерыва с разных номеров. Придётся ответить. Менять не медля номер, к которому привязаны все электронные сервисы, не горю желанием.
– Ало.
– Вика! Ты прячешься от меня, что ли?
Демид спрашивает спокойно, но я улавливаю опасные нотки в его голосе.
– Телефон сел.
Лучше факт моей ночёвки с другим мужчиной не скрывать. Без толку, всё равно узнает. Да и не за чем.
Я ему больше не жена. Со вчерашнего вечера – только на бумаге.
– Ты выйдешь? – вдруг спрашивает. – Или мне подняться за тобой?
Он знает, где я. Вдруг решит, что я переспала Климом?!
– Не нужно подниматься! Я спущусь сейчас сама.
Нервно возвращаю телефон на тумбочку и тру лицо руками.
Как же всё стало сложно!
– Это был Загорский, Вика?
Мой спаситель наблюдает за мной, привалившись к дверному косяку. – Ты можешь оставаться у меня столько, сколько нужно.
– Нет нет. Спасибо! Мне пора.
Хватаю сумку и смартфон, обхожу его, стараясь не встречаться взглядом.
Клим ловит за руку и притягивает к себе.
Мамочки! Это что ещё такое?!
– Знай, что можешь попросить меня о помощи в любой момент. Я не откажу.
Интересно, зачем Климу мне помогать?
Осторожно выпутываюсь из его рук, бормоча слова благодарности. И начинаю торопливо обуваться. На самом деле, соблазн велик остаться здесь и сделать вид, что никто меня не ищет. Но проблема не исчезнет как по волшебству.
Если у меня не хватит духу встретиться с мужем сейчас, со временем это сделать будет ещё сложнее.
– Я провожу.
– Нет!
– Вика, когда в семье всё в порядке, женщина не сбегает от мужа в слезах и не прячется от него у первого встречного!
– Я понимаю, что это выглядит странно. Но умоляю, не вмешивайся.
– Уже вмешался, когда привёз тебя к себе.
Он надевает ботинки, берет ключи и сумку из моих рук.
Я ненавижу уже эту сумку! Собирала ее, мечтая обрадовать любимого мужа новостью о ребенке. Потом тащила, благодаря господа, что в ней есть документы, деньги и вещи. Теперь же охота швырнуть её в окно. Вслед надеждам на счастье, которые уже упали с заоблачной высоты и разбились на миллионы острых, ранящих осколков.
– И, кроме того, я чувствую вину. И, в какой-то мере, ответственность за происходящее. Понял же сразу вчера, что ты не в порядке. И поддался искушению забрать тебя оттуда…
  
Вообще не понимаю – какая вина? Какое искушение? Голова кругом.