Я все еще твой
От Загорского, естественно, я ничего забирать не буду. Единственное, что мне жаль оставлять – это моя мини-мастерская, которую оборудовал для меня муж.
На втором курсе я увлеклась поделками из полимерной глины. Мастерила в своё удовольствие всяких фэнтезийных зверьков.
Однажды Демид, который за мной тогда только ухаживал, напросился на чай. И увидел мой маленький "цех".
Он с таким искренним интересом рассматривал всякие приспособления, баночки, кисточки, блёстки… Попросил в подарок бирюзового трилькона и до сих пор носит его с собой везде, как амулет.
Воспоминание вызывает улыбку. И сразу же отдается болью в сердце.
Начинаю всхлипывать.
Глава 6
Виктория
Мы познакомились дома у его друга Михаила. Я подтягивала английский его сынишки-школьника. Занималась с ним несколько дней в неделю.
И в один прекрасный вечер, после урока, Мишина жена Кристина предложила остаться и попить чаю. Это не впервые было, но в тот раз к ним в гости заехал Загорский.
Мы мило поболтали, Демид подвёз меня домой. Мы обменялись телефонами.
Звонить я не собиралась, слишком велика была между нами пропасть.
Он – взрослый, состоятельный, уверенный в себе бизнесмен, в подчинении которого тысячи человек. И невероятно привлекательный мужчина.
А я – без двух минут выпускница иняза, репетитор и обладатель совершенно бесполезного в современном мире навыка – ваять из подручных материалов всякие безделушки. Пусть и красивенькие, но мало кому нужные, кроме меня.
Это – моя страсть. Я воображала себе фэнтези миры, населенные невиданными созданиями. И воплощала это всё с помощью эпоксидной смолы и полимерной глины.
Этому занятию я посвящала всё свободное время и тратила на это все свободные деньги. Не на шмотки, косметологов и развлечения. А на вот это вот всё.
Девчонки надо мной посмеивались. Парни очень быстро переставали видеть во мне сексуальный объект, и за спиной по-доброму называли чудиком.
Хотя внешность у меня совершенно обычная. Я – высокая, стройная, миленькая блондинка. Просто не такая раскрепощённая, как ровесницы. И витаю в облаках, вечно погруженная в свои мысли.
Что во мне увидел Загорский – долго оставалось неясным для меня.
Но через неделю вечером снова заехал к Мише и Кристине. В тот раз они с хозяином беседовали в кабинете. Как только наш урок закончился и я засобиралась домой, Демид вызвался меня довезти снова.
Я попросила остановить у магазина "Всё для рукоделия". Вежливо попрощалась и побежала тратить зарплату.
А когда вышла с пятью набитыми до верха пакетами, обомлела.
Загорский не уехал. Ждал меня возле своей роскошной тачки с небольшим, но очень красивым букетом розовых пионов.
– Просто вдруг захотелось… – прокомментировал Демид, вручая букет и забирая у меня из рук покупки. – Ты тут рядом живёшь, насколько я помню? Идём, провожу до подъезда.
Сказать, что мне было неловко – это не сказать ничего.
Но он как-то очень быстро меня заболтал рассказами про то, как в детстве пытался сделать маме необычный подарок своими руками. У него ничего не получалось, и пришлось посещать школьный кружок по валянию. Ради шерстяного медведя он прошёл через стыд и унижение. Единственного мальчика среди девчонок нещадно дразнили.
Я и сама не заметила, как мы поднялись на этаж. Как зашли в квартиру.
Мне было не страшно впустить домой малознакомого мужчину. Я не ждала от Загорского никакого подвоха.
Мы просидели на кухне больше часа. Он нахваливал самодельное печенье, которое я испекла днём раньше на день рождения Ниночки. И рассказывал интересные истории из своего детства и юности. Спрашивал о моей учёбе, о репетиторстве. О планах на будущее.
Я пустила его в святая святых – свою комнату, половину которой занимала "мастерская". Позволила рассматривать и трогать свои богатства. И что-нибудь взять себе.
Он выбрал бирюзового, моего самого любимого трилькона. Я его, можно сказать, от сердца оторвала. И провожала Загорского с ощущением, что он отныне – мой вечный должник.
Тот первый вечер завершился поцелуем в коридоре.
Демид уже не был мне совсем чужим. И я не оттолкнула, когда он, уже одетый, притянул меня к себе.
Меня никто никогда так не целовал.
Настолько это было восхитительно! И я впервые поняла, что значит – хотеть мужских прикосновений…
Мы стали встречаться пару раз в неделю.
Загорский забирал меня из универа и вёз куда-нибудь гулять. Так продолжалось несколько недель. Мы целовались, но на большее он даже не намекал. Обнимал целомудренно на прощание, и на этом всё. Не трогал за грудь, не щипал за попу, как принято у моих сокурсников. ничего такого.
И я не понимала, мы с ним просто друзья, которые обедают и гуляют иногда вместе? Или кто? Секс до брака – это однозначно плохо. Но если есть любовь?
А я в Демида по уши была влюблена. И понимала, что ему не забавная девчушка-чудик нужна для прогулок. А женщина, которая будет отдаваться полностью. И если он проводит так много времени со мной, то явно видит во мне ту самую женщину. Но никаких шагов на встречу не делает почему-то.
Всё изменилось в одночасье…
Девчонки уломали сходить на вечеринку к парню из другого потока. Мы все дружили много лет, но я не частый гость на таких мероприятиях. Большие скопления народа не люблю.
Но тут меня подкупило вот что – ребята арендовали крышу небоскрёба на весь вечер и ночь. Красота там такая, что дух захватывает всего лишь от фотографий.
Демиду между делом сообщила, куда и когда иду. Он пожелал хорошенько развлечься, не терять бдительность и тому подобное. Ну просто отеческое напутствие.
Меня это покоробило, если честно.
Что у нас за отношения? Раз он не спит со мной, у него наверняка есть для этого женщина? Может, виноваты мои скромные брючки и свитерочки? Ну не платье же откровенное на прогулку надевать? У меня такого и нет.
Я вообще, способна вызвать у мужчины не добрую улыбку, а похотливый оскал, как говорит Нина?
Подружка поддержала мой решительный настрой.
Мы взяли роскошные, открытые платья напрокат. И я впервые встала на высоченные шпильки. С макияжем тоже проблем не было – разукрашивать человеческое лицо не сложнее, чем мордочку трилькона.
Неудивительно, что скромницу Вику никто сперва не признал.
Я купалась в мужском внимании. На меня постоянно смотрели. И девчонки, и парни.
Поначалу было не по себе. Но потом втянулась. Танец за танцем, бокал за бокалом. Без алкоголя, конечно. Это – вообще не моё. Да и зачем, если настроение и без стимуляторов зашкаливает?
Телефон завибрировал. Сообщение от Демида: "Ты смерти моей хочешь?"
Не понимаю. Что это может значить? Следом ещё одно:
"Хочу забрать тебя оттуда."
Сердце сжимается. Он думает обо мне!
Пишу ответ: "Забери".
Загорский приехал минут через десять, я даже не успела со всеми попрощаться. Вышел на крышу и сразу привлёк всеобщее внимание. Высокий, красивый, в сшитом на заказ тёмном костюме.
Девочки зашептались. Парни приосанились.
Он вежливо всех поприветствовал. Обнял меня за талию поверх тонюсенького платья и повёл к лестнице.
– Ты был недалеко, да? – спросила, когда заходили в лифт.
– Угу. По камерам за тобой наблюдал.
Возмутиться не успела, как Демид толкнул меня к стене, навалился и яростно, по-взрослому поцеловал, выбив весь воздух из моих лёгких.
Добилась чего хотела. У Загорского снесло крышу от моего внешнего вида и замаячившей на горизонте конкуренции.
Теперь главное – не струсить и выдержать то, что будет дальше.
Глава 7
Виктория
Всю дорогу в машине Демид молчал. Не спрашивал, как провела время. Не рассказывал о том, как прошёл его день.
Я молча наблюдала за его руками на руле. Любовалась и представляла, как он обнимет.