Капитан без прошлого — 2 (СИ)

— Большую часть? — в свою очередь быстро переспросила Дик. — Почему не весь полет?
— Договорились, что на месте с клиенткой будет работать Длу, — пояснил я.
— И тоже словит откат? — выразительно хмыкнула юнга. — А если после вспомнит что-нибудь лишнее?
Ну да, ведь первое появление чужачки на «Еве» закончилось тем, что нам пришлось подкорректировать ей память, причем так, чтобы не осталось следов вмешательства. Задача там была более чем нетривиальная, но, судя по тому, что Синдикат так ничего и не заподозрил — и оставил нас в покое — Аран и помогавшая шестисолнечнице Уняйя справились с ней вполне успешно.
Но если теперь Длу вдруг вернется в тот недолгий промежуток своей жизни, когда она знала, как выразилась Дик, «лишнее» — проблемы нам обеспечены. К счастью, подобного не могло случиться.
— Сама она на «Полумесяц» не полезет, — ответил девочке я. — Это ее собственное решение и даже условие: говорит, что дорожит каждым прожитым ударом сердца.
— И вы ей верите? — саркастически осведомилась девочка.
— Станем за ней приглядывать, — пожал я плечами. — И если что…
— …и если что — шлюз на «Еве» не опечатан! — кровожадно закончила за меня собеседница. — Открытый космос давно по этой плачет!
— Уверен, что до такого не дойдет, — покачал головой я. — Но, если понадобится — не сомневайся, рука не дрогнет! — заверил юнгу.
Дик скептически на меня прищурилась, но на сей раз промолчала.
Этот наш разговор состоялся в кают-компании, перед обедом, а по окончании застолья, когда я направлялся к себе, девочка нагнала меня в коридоре. И не одна, а на пару с найденышем — пока Длу не выяснила насчет интерната, я разрешил парнишке оставаться на борту. Ну в самом деле, не на мороз же было его выгонять!
— Капитан! — окликнула меня Дик. — Я хотела… — она вдруг замялась. — То есть мы хотели… Траш хотел с вами переговорить, вот!
— Да, молодой человек? — повернулся я к мальчику.
Тот попытался было спрятаться за спиной у Дик — и каким-то образом это ему даже почти удалось, несмотря на добрых полголовы преимущества в росте. Но, как видно, осознав всю нелепость происходящего, найденыш таки выступил вперед и поднял на меня глаза.
— Капитан! — проговорил он. — Я это… — Траш осекся, нервно сглотнул, но взгляда уже не отвел. — Я прошу принять меня в ваш экипаж! — выпалил наконец мальчик.
Подсознательно, наверное, чего-то такого я и ждал — потому что сейчас ничуть не удивился услышанному. Но, занятый другими проблемами, всерьез на эту тему не задумывался — а потому готового ответа не припас.
— И в каком же качестве принять? — спросил поэтому, выигрывая время на размышление.
Парнишка снова замялся.
— В качестве юнги, разумеется! — поспешила прийти ему на помощь Дик. — В каком же еще?!
— Во-первых, — строго посмотрел я на девочку, — желающему войти в состав экипажа следует самому за себя говорить! Впредь же он не собирается перекладывать свои обязанности на других! Это ясно?
— Да, капитан, — потупилась Дик.
— Да, капитан… — вторил ей Траш — в отличие от спутницы, глаз при этом так и не опустив.
— Во-вторых, — продолжил я, мысленно поставив найденышу за это небольшой плюсик, — не стоит решать такие вопросы на ходу, — кивнул собеседникам на дверь своей каюты. — Заходите-ка!
— Есть, капитан!
— Есть, капитан.
— А в-третьих… — заметил я, уже устраиваясь в кресле и жестом предлагая мальчику с девочкой присесть напротив себя на диванчик — но те, коротко переглянувшись, остались стоять. — В-третьих, на «Еве» уже есть юнга. Или Дик Днэсс иль Бака собирается подать в отставку?
— Никак нет, капитан! — незамедлительно замотала головой Дик. — Не собираюсь!
— И как же тогда быть? — развел я руками.
— Нет закона, запрещающего иметь на борту более одного юнги! — с жаром заявила девочка.
Формально она тут, скорее всего, была права, но как таковых, общеобязательных законов в галактике нет вообще — только действующие на отдельных планетах или группах планет. Зато есть добрые и не очень традиции — особенно это свойственно как раз межзвездному флоту. Некоторые — непреложные, например, что капитаном корабля может быть только его владелец или дипломированный пилот, и ни в коем случае — бомбардир или суперкарго. Или что на корабле непременно должен стоять бортжурнал, опломбированный признанным специалистом. Нарушишь такую невзначай — и внезапно обнаружишь, что никто не желает иметь с тобой никакого дела, это — как минимум.
 
Другие традиции — менее строгие. Скажем, обычно экипажи состоят исключительно из людей, но встречаются звездолетчики-киборги или вот как у нас — фелида. Первым лучше не пытаться ответить на дежурный запрос патруля Ордена Крови, а для кораблей со вторыми на борту закрыты некоторые во всех остальных отношениях, вроде бы, вполне цивилизованные порты…
Ну и куда тут прикажете отнести правило «один звездолет — один юнга», по факту, вполне себе соблюдавшееся повсеместно?
«Никуда из названного вами, капитан, — с готовностью подсказала мне Аран. — Просто и с одним-то мелким не всем охота связываться, а уж с несколькими… Раньше, кстати, было иначе. Особенности бортового вооружения кораблей Эпохи Восстания Машин предполагали наличие специального штата помощников бомбардира. На эти должности брали щуплых подростков — там, где им предстояло нести службу, средней комплекции взрослому человеку часто было попросту не развернуться. В Королевстве Гохар таких называли “пороховыми фелидами”, а например, у нас в Союзе Шести Солнц — официально именовали “подпалубными” или “младшими” юнгами — последнее, конечно, своего рода, тавтология, но в иерархии флота “подпалубные” и впрямь стояли несколько ниже юнги обычного».
— На Гохаре раньше такое было в порядке вещей! — пылко продолжила между тем Дик.
— Ты о «пороховых фелидах»? — блеснул я только что полученным знанием.
Девочка кивнула.
«Забавно, кстати, получится — с учетом, кто у нас состоит бомбардиром!» — усмехнулась Аран.
— Которых еще называют «младшими юнгами»? — продолжил между тем я.
— Не обязательно! — мотнула головой Дик. — Но если надо, младшей могу считаться я!
— А ты что скажешь? — усмехнувшись, посмотрел я на мальчика.
Время собраться с мыслями у того было, и парнишка его не упустил — заговорил складно и почти без запинок, по крайней мере, поначалу — еще один виртуальный плюсик в его пока несуществующее личное дело.
— Я с раннего детства мечтал о флоте, капитан! — заявил он. — Даже голову брил — потому что так ходят… ходили юнги! — покосился он на свою коротко стриженную, но вовсе не лысую соседку.
«Вроде витков тридцать назад во флоте так и впрямь было заведено, — проворно отреагировала на мое безмолвное недоумение шестисолнечница. — Я этого не застала, но прежний капитан нашего «Орка» часто упоминал, что юнгой брился наголо!»
— В приюте меня из-за этого дразнили, случались конфликты и посерьезнее, — говорил между тем Траш. — Но они, конфликты, там по любому поводу возникали, так что дело не в этом… Тем более, что, как я теперь знаю, на пятнадцатом витке из приюта я сбежал… Сбегу… То есть уже не сбегу, но сбежал бы обязательно. Дик… В смысле, юнга Дик Днэсс иль Бака, — снова стрельнул он глазами на девочку, — показала мне выдержки из моей… из биографии капитана Нокк иль Игг … Он был хорошим юнгой! Я сейчас на виток моложе, чем ему… мне было тогда, но буду стараться изо всех сил! А что касается должности — пусть она называется хоть младший помощник младшего юнги — лишь бы служить во флоте! — выдохнул он — и замер, в ожидании решения своей участи.
Насчет жизненного пути капитана застрявшего корабля найденыш, кстати, ничуть не приврал — «прежний» Нокк иль Игг действительно стал юнгой в четырнадцать и зарекомендовал себя на борту с самой лучшей стороны. Летал в этой должности до шестнадцати, после чего поступил в космошколу — кстати, на Бака. Причем прошел по бесплатной квоте — сказалась образцовая характеристика. Выучился на пилота, выпустился лучшим на курсе… Ну и так далее.