Starcraft. Сталь и пепел (СИ)

С их помощью я, шатаясь, добрел до основной группы. Рейнор, увидев меня, лишь покачал головой, но в его глазах было что-то похожее на уважение.
– Молодец, Торн. Выбрался. Живой. Это главное. Медик, осмотри его! – крикнул он.
Корабельный медик, тот самый, что прибыл с подкреплением, быстро подбежал ко мне.
– Снимай шлем, парень, – сказал он, его голос был спокоен и профессионален. – Сейчас посмотрим, что тут у тебя.
  
Я с трудом стащил шлем. Свежий, хотя и пропитанный дымом воздух ударил в лицо. Медик осмотрел мои раны, что-то вколол – наверное, обезболивающее и антибиотик.
– Ничего смертельного, но тебе нужен отдых и нормальная перевязка. Как только вернемся на «Гиперион», займусь тобой в лазарете. А пока… держи. – Он протянул мне несколько самоклеящихся гемостатических повязок. – Закрой самые крупные дыры. И постарайся больше не попадать в такие передряги.
Пока медик колдовал надо мной, эвакуация шла полным ходом. Группы испуганных, но благодарных колонистов под прикрытием Рейдеров бежали к десантным челнокам. Доктор Хэнсон, несмотря на усталость, лично руководила посадкой, стараясь успокоить плачущих детей и растерянных стариков.
– Торн, в этом костюме ты больше не боец, – сказал Рейнор, подходя ко мне. – Но ты еще можешь быть полезен. Возьми винтовку у павшего… Клейтона, – он указал на тело морпеха, которого я видел ранее, – и помоги прикрывать отход последних групп. После того, что ты пережил, это будет для тебя как прогулка.
Я кивнул. Мне дали другую, стандартную гауссову винтовку C-14, несколько магазинов. Я чувствовал себя голым после тяжелой брони, но выбора не было. Главное – я все еще мог сражаться.
Последние группы гражданских уже грузились в челноки. Зерги, словно почуяв, что добыча уходит, предприняли еще одну, отчаянную атаку. Но теперь нас было больше. Свежие силы, включая второго огнеметчика, работали слаженно и эффективно. Стена огня и стали отбрасывала тварей назад.
Я стоял в одной цепи с Килгором, Леной и Джонсоном, отстреливаясь от наступающих зергов. Каждый из нас делал свою работу. Каждый защищал не только свою жизнь, но и жизни тех, кто уже был в безопасности в челноках.
И в этот момент, глядя на благодарные лица спасенных колонистов, на решительные лица моих новых товарищей, я впервые за долгое время почувствовал нечто похожее на… гордость. Не за себя, нет. А за то, что мы делали. Это было правильно. Это имело смысл. Это стоило того, чтобы сражаться и рисковать. Даже если цена была высока.
«Да, – подумал я, перезаряжая винтовку. – Это стоит того, чтобы отдать за это жизнь. Если придется».
Но умирать сегодня я не собирался. Я собирался жить. И сражаться дальше. Рядом с этими людьми. Потому что здесь, на борту «Гипериона», я, кажется, начинал находить то, что потерял в пыли и лжи Доминиона – веру. Веру в то, что даже в самой темной войне есть место для света. И этот свет нужно защищать. Любой ценой.
  
Глава 5
 
Последняя волна атаки зергов была самой яростной. Словно сама планета восстала против нас, изрыгая из своих недр все новые и новые легионы хитиновых чудовищ. Ультралиски, всего двое, но черт возьми, ЦЕЛЫХ ДВОЕ до этого момента не показывавшиеся, теперь проламывались сквозь руины зданий, их массивные костяные клинки с легкостью рассекали сталь и бетон. Муталиски кружили в почерневшем от дыма небе, поливая наши позиции градом. Казалось, этому кошмару не будет конца.
Но Рейдеры и мы, бывшие доминионцы, ставшие частью этой разношерстной команды, стояли насмерть. Каждый выстрел, каждый всполох пламени, каждый точный приказ были направлены на одно – выиграть время. Время для того, чтобы последний челнок, набитый до отказа перепуганными, но живыми колонистами, смог оторваться от этой проклятой земли.
Я видел, как Килгор, наш несгибаемый сержант, с нечеловеческой выдержкой координирует огонь нашего небольшого отряда, его голос в комм-канале был спокоен и тверд, вселяя уверенность даже в самые отчаявшиеся сердца. Лена, припав к своему датападу, выдавала точные целеуказания для автоматических турелей и для Джонсона, который с крыши ближайшего уцелевшего здания продолжал свой смертоносный счет, выбивая наиболее опасных тварей – гидралисков-командиров, скрытней, пытавшихся подобраться к эвакуационным челнокам. Даже я, в своей стандартной броне морпеха, с обычной C-14 в руках, чувствовал себя частью чего-то большего, чем просто горстка солдат, пытающихся выжить.
Поток беженцев казался нескончаемым. Мужчины и женщины, старики и дети, многие босиком, в обрывках одежды, с лицами, черными от копоти и пыли, но с искрой надежды в глазах, бежали под прикрытием наших выстрелов к спасительным рампам челноков. Их было гораздо больше, чем мы первоначально предполагали. Доктор Хэнсон, оказалось, сумела собрать под своей защитой не только жителей «Эдема», но и уцелевших из нескольких соседних, более мелких поселений, которые пробились к ней, услышав о точке сбора. Сотни жизней, которые еще несколько часов назад были обречены.
Медики «Гипериона» работали не покладая рук, оказывая первую помощь раненым прямо у трапов челноков, прежде чем отправить их на борт. Я видел, как Тайкус, этот прожженный циник и наемник, лично вынес на своих могучих плечах из-под огня маленькую девочку, потерявшую родителей, и передал ее на руки доктору Хэнсон, его лицо при этом было непривычно серьезным. В такие моменты стирались все различия – бывший заключенный, бывший доминионец, ученый, фермер – все мы были просто людьми, борющимися за выживание против безликой, всепожирающей угрозы.
Моя винтовка раскалилась от беспрерывной стрельбы. Плечо, снова поврежденное, ныло тупой болью, но я почти не обращал на это внимания. Адреналин и чувство долга заглушали физические страдания. Рядом со мной сражался молодой Рейдер, имени которого я даже не знал, но мы понимали друг друга без слов, прикрывая сектора, меняя магазины, оттаскивая в укрытие раненых ополченцев Агрии.
– Последний челнок, Джим! – голос Мэтта Хорнера с мостика «Гипериона» прозвучал с явным облегчением. – Все гражданские на борту! Пора и вам сматываться! Зерги стягивают к вашей позиции все, что у них есть! Данные показывают приближение нескольких ультралисков с востока!
– Принято, Мэтт! Готовь нам горячий прием! – ответил Рейнор. – Рейдеры, отходим к челнокам! Прикрываем друг друга! Двигаем, двигаем, двигаем!
Начался самый опасный этап – отход под огнем противника. Мы отступали пядь за пядью, огрызаясь огнем, стараясь не дать зергам прорваться к последним эвакуационным точкам, где уже ожидали два «Хищника», готовые принять на борт остатки наших сил.
Второй «Огнеметчик», тот самый, что прибыл с подкреплением, стал нашим арьергардом. Управлявший им здоровяк-ветеран, которого все звали «Быком», в одиночку сдерживал целый фланг, поливая наступающих зергов потоками жидкого огня. Его тяжелый костюм, хоть и покрытый вмятинами и царапинами, все еще держался, превращая целые волны зерглингов в пепел.
Я бежал вместе с Килгором и Леной к одному из челноков. Джонсон уже был там, прикрывая посадку своей снайперской винтовкой. Несколько раз рядом с нами взрывались снаряды муталисков, осыпая нас землей и осколками. Один из осколков попал Лене в ногу, она вскрикнула и упала. Я тут же подхватил ее, взвалил на плечо – она была легкой, почти невесомой – и побежал дальше, отстреливаясь одной рукой. Килгор прикрывал нас сзади.
– Держись, Спектр! – крикнул я ей на ухо, стараясь перекричать грохот боя. – Почти добежали!
  
Мы ввалились в десантный отсек «Хищника» буквально за несколько секунд до того, как рампа начала подниматься. Внутри уже были Рейнор, Тайкус, несколько других Рейдеров и пара раненых. Челнок резко рванул вверх, унося нас от этого ада.
Я осторожно опустил Лену на пол. Ее лицо было бледным, но она пыталась улыбнуться.
– Спасибо, Джакс… я… я в порядке…
Медик тут же склонился над ней, осматривая рану.
Последним на борт запрыгнул «Бык», его «Мародер» дымился в нескольких местах, а один из огнеметов был разворочен.