Звездочет (СИ)

Молли вдруг охнула и закрыла рот руками:
- Это же я его с тобой познакомила! Тогда, в Бартсе!..
Джон успокоительно покачал головой:
- Нет, Молли, тут нет твоей вины. Далтон к тому моменту знал, что я бываю в Бартсе, он видел меня там. Думаю, он пришел к тебе в моем присутствии абсолютно преднамеренно - скорее всего, хотел убедиться, что я не вспомню его.
Дэн почти все время молчал - все-таки среди этих троих, сплоченных общими воспоминаниями и серьезными переживаниями, он был человеком относительно новым. Но наконец он спросил:
  
- Мне кое-что непонятно. Брюс увидел Джона в Бартсе больше трех лет назад. Почему, когда все считали, что Шерлок мертв, он не попытался сблизиться с Джоном? Хотя бы подружиться?
Джон уставился на Такера ошарашенно - эта мысль явно не приходила ему в голову раньше.
Шерлок тихо фыркнул:
- Пффф! Это очевидно.
- Вообще-то нет, - немного растерянно сказал Уотсон. - Действительно, у него было столько времени. Почему он не начал… ухаживать? Я бы, конечно, сразу это пресек, но Брюс же не пытался!
Шерлок сложил ладони перед собой и обвел слушателей внимательным взглядом, словно проверяя, все ли готовы к очередной порции откровения:
- Психическое расстройство, толкнувшее его на убийство, мешало ему заводить обычные отношения, те, которые принято считать здоровыми и полноценными. Даже если бы Джон благосклонно отнесся к ухаживаниям, вряд ли Брюс смог бы преодолеть свою ненависть к геям - она слишком долго в нем произрастала. Боюсь, он бы убил Джона раньше, чем кто-либо понял, что происходит. Реализовав свою одержимость в настоящем, а не иллюзорном мире, Далтону было бы уже сложнее обманывать себя в том, что это какая-то космическая связь, что-то неземное и волшебное. Он бы стал в собственных глазах просто мужчиной, у которого связь с мужчиной. А это, как мы помним, плачевно кончалось для всех его партнеров. Быть может, он даже по-своему боялся за тебя. Боялся убить тебя, если ты ответишь ему взаимностью.
- Кстати, - Шерлок развернулся к Уотсону, - думаю, твоя связь с Мэри на время притушила его безумие. Он простил бы тебе любую женщину - отношения с женщиной прекрасно вписывались в идеальный образ, к которому он все эти годы испытывал платонические чувства. Но мужчину он не простил бы тебе… Джон?..
Пальцы Джона безжалостно выкручивали полотняную салфетку, глаза невидяще уставились в пространство. Капельки испарины блестели на висках, дыхание стало прерывистым и поверхностным, а бледностью Джон мог бы соперничать с измятым куском ткани в своих руках. Молли бросила тревожный взгляд на Шерлока. Холмс, нахмурившись, пытался просчитать дальнейшие действия. Джон говорил, что все в порядке.
Джон, безусловно, ошибался.
Скрипнул стул - Дэн нагнулся к Шерлоку и сказал:
- Похоже на паническую атаку. Постарайся уговорить его дышать животом, глубоко и с паузами между вдохами - так мы избежим гипервентиляции.
Холмс вздрогнул: он не отдавал себе отчета, что до сих пор воспринимал Такера лишь как рыжеволосое приложение к Молли, а не как врача.
- Джон, - Шерлок обхватил одной рукой Уотсона за плечи, а другой накрыл судорожно сжимающиеся пальцы. Голос его стал глубоким и низким, проникающим в самое нутро. - Джон, слушай меня. Ты должен дышать медленнее, Джон, вот так, да… - Шерлок придвинулся к Уотсону вплотную, чтобы тот мог чувствовать его дыхание и следовать за ним, как за огнем маяка. - Да, Джон, еще глубже и медленнее… Дыши животом, не грудью.
Джон задышал ровнее, и его глаза, наконец, перестали разглядывать пустоту. По телу прошла дрожь. Он повернулся к Шерлоку - на лице его было написано недоумение.
- Все хорошо, Джон, я с тобой, все нормально. Сделай паузу перед следующим вдохом.
Джон послушно задержал дыхание, а потом медленно вдохнул.
Дэн снова заговорил:
- Как бы мне ни хотелось продолжить этот вечер, боюсь, Джону нужно лечь и выспаться.
Молли закивала.
Джон огорченно развел руками:
- Простите, я вовсе не хотел испортить нам ужин. Не представляю, что на меня нашло.
Молли ободряюще улыбнулась:
- Джон, вам с Шерлоком пришлось многое пережить за последние недели, стоит ли удивляться, что ты еще не совсем пришел в себя? Мы повторим ужин в другой раз, ладно? - последний вопрос был обращен скорее к Холмсу. Он коротко кивнул и подал Джону руку.
Квартиру Такеров они покинули быстро.
В такси Шерлок крепко держал Уотсона за руки - за обе сразу - но упорно молчал и разглядывал вечерний мокрый Лондон через окно. Джон чувствовал себя так, будто не спал несколько дней. Глаза закрывались, тело наливалось чугунной тяжестью, голова неодолимо склонялась к любовнику на плечо. Уотсон с трудом запомнил, как поднялся по лестнице, как был раздет Шерлоком и как оказался в их постели.
Ему не снилось ничего.
Когда он проснулся, в комнате было сумрачно. Белье, обмотавшееся вокруг мягкого тела Джона, было горячим, влажным и причиняло дискомфорт. Джон заметил Шерлока - тот сидел в кресле, и лицо его подсвечивалось синеватым мерцанием экрана ноутбука, стоявшего на коленях.
- Выспался? - спокойно спросил Холмс. - Как ты себя чувствуешь?
- Кажется, неплохо, - хрипло отозвался Джон. - Сильно вспотел. Хочу в душ и есть. Ты не ложился еще?
В полумраке Джон не видел выражения лица Шерлока, но почему-то решил, что оно было изучающим.
- Ложился. Более того, я спал, дважды поел и прочитал книгу о клинике посттравматических расстройств. Сейчас вечер воскресенья, Джон, ты проспал почти девятнадцать часов.
Вот поэтому-то, сам себе сказал Уотсон, я и чувствую себя таким разбитым. Нельзя столько спать!
- Я могу приготовить тебе омлет с помидорами, пока ты моешься.
Джон, пытавшийся выбраться из постели, чуть не стал жертвой одеяла, в котором запуталась нога.
- Почему ты никогда не говорил, что умеешь готовить?!
- Быть может, потому, что ты слишком часто демонстрировал свои кулинарные таланты. Я не люблю готовить, но процесс мало чем отличается от химии. Я одолею омлет. Верь в меня, Джон.
В любой другой момент Уотсон пришел бы в неописуемый восторг от мысли, что Шерлок Холмс собственноручно приготовит ему еду - любую еду, лишь бы она была номинально съедобна.
Но радоваться обещанному омлету мешало странное поведение Холмса. Он не подошел к проснувшемуся Джону, не помог ему встать, его голос был… прохладным. Страшно признавать, но Джон уже привык к тому, насколько Шерлок мог быть заботливым и нежным, не стесняясь проявлять свои чувства. Откат к позициям прошлого был бы для Джона ударом. Сейчас Шерлок был вежливым, но чересчур отстраненным. Уотсон ощутил в груди что-то тоскливое и вязкое, разливающееся как болотная жижа.
- Ну… я пойду? - нерешительно уточнил он.
- Конечно, - легко кивнул Холмс. - Жду тебя на кухне.
Контрастный душ снял остатки томительной усталости, но напряжение не отпускало. Мрачные предчувствия одолевали доктора с каждой минутой все сильнее, поэтому даже изящно сервированный ужин, приготовленный любимым человеком, не поднял настроения Уотсона.
Шерлок спокойно разглядывал его, сидя с другой стороны стола, пододвигая то чашку с чаем, то тарелку с тостами. Джон бы наслаждался этой почти семейной идиллией, если бы Шерлок не смотрел на него как на любопытный незавершенный эксперимент.
Наконец Джон не выдержал:
- Шерлок, в чем дело? Ты пугаешь меня.
- Разве я сделал что-то страшное? Неприятное? - осведомился Холмс тем особенно бархатистым тоном голоса, от которого - он знал наверняка - Джон чувствовал возбуждение.
- На первый взгляд будто бы нет… - с подозрением ответил Уотсон, понимая, что пока еще слабое, но вполне определенное желание растекается по телу как горячий шоколад.
  
- Джон, я бы хотел кое-что проверить. Ты позволишь мне? - слова отдавали чем-то опасным, связанным с научными опытами, но голос по-прежнему сигнализировал о сексе.
Это же Шерлок.
Джон постарался максимально расслабиться. В последние недели они через многое прошли - прошли вместе, и Джон знал, что если не сможет доверять Шерлоку, то не сможет уже никому.