Ра-а-а-аш 2 (СИ)
Внутри нас встречало небольшое куполообразное помещение. Под потолком висела одна единственная скромная медная магическая люстра, освещающая холодным светом всё пространство вокруг. А в центре, находился постамент. Пустой. И ничего более, ни других дверей, ни даже узоров на стенах, ни-че-го.
— Добро пожаловать, — разнёсся по комнате приятный мужской голос. Роза от неожиданности вцепилась в мой плащь, а Раш начал принюхиваться и прислушиваться, пытаясь понять, откуда пришёл звук. Я же смотрел на противоположную стену. Прямо у меня на глазах, вырывая из воздуха чёрные лоскуты тьмы и соединяя их воедино, «из стены» кто-то вышел.
Он отдалённо был похож на человека, но в отличие от него, он имел пепельную, покрытую трещинами кожу. Все трещины светились тусклым алым светом. Глаза так же были тёмно-красными. С виду молодой, длинные чёрные волосы до плеч. Ростом выше меня на голову, в плечах немногим шире. Одет в свободную тёмную мантию, края которой потихоньку тлели словно бумага. Ощущение от его появления, были, мягко говоря, не очень приятными. По спине побежал холодок.
— Давненько у меня не было гостей. Простите что без накрытого стола, но как видите, — он обвёл взглядом помещение, — у меня тут не слишком богатый интерьер, не говоря о продуктах.
— Кто вы⁈
— Егор, вы пришли в чужой дом, и даже сами не знаете к кому? Это край неприличия, — он покачал головой.
— Егор? — зацепилась Роза. Пусть с запозданием, но этот смысл дошёл и до меня. Какого хрена⁈
— А вы, собственно… кто?
— Хаккаралан.
— Кто?
— Хан. Я, бог и творец этого мира, — развёл мужчина руками, а затем присел в сотканное из ничего кресло.
—…
—…
— Вы присаживайтесь, не стойте. Разговор у нас предстоит долгий. Вы проделали такой путь, в поисках ответов, хех. Раш, что ты молчишь?
Сделав шаг в сторону, я посмотрел на стоявшего позади меня Рашика. В отличие от нас с Розой, сталкер смотрел с бо-о-о-ольшим подозрением на этого «Бога».
— А что говор-рить?
— Поздоровался бы хотя бы. Ты ведь вежливый сталкер. И здороваться любишь.
— Не с тобой.
Мужчина расплылся в улыбке. Казалось, что его искренне веселила такая реакция. Осмотревшись, я понял, что для нас сделали два таких же кресла. Немного поколебавшись, я сел в своё и посмотрел на Хана.
— Что делает бог, в столь опасном регионе, когда его мир превратился в игру?
— Прячется? — вопросом на вопрос ответил Хан.
— От кого?
— От собственного творения, — он вздохнул. — Я знаю, что у вас много вопросов, и чтобы отсеять часть, давайте я расскажу, что произошло?
Я кивнул.
— Как вы можете заметить, про меня не говорят. Всё потому, что люди забыли меня. Я стал для них, кем-то безликим. Я как бы есть, возможно они скажут вам имя, но и только. Те храмы что остались, уже не мои. Они просто стоят, причём не сколько для местных, а для игроков. Так сказать, для антуража, — собеседник скривился и повертел раскрытой ладонью в воздухе. — А началось всё с моего апостола. Ведь кто как не он, знает меня лучше всего?
Я промолчал. Роза не вмешивалась, как Раш. Сталкер как сел рядом со мной, так и сверлит его взглядом.
— В своё время, я создал человека, способного творить магию куда как более могущественную чем остальные. Эта способность передавалась из поколения в поколение, вместе с титулом. В целом, несмотря на некоторые свои особенности, все справлялись с возложенными на них обязанностями. Особенно последний. И меня это полностью устраивало. Но вот то, что его способностей хватит провернуть нечто подобное, — собеседник обвёл помещение рукой, — я даже не предполагал. На тот момент, мы открывали порталы. Я посчитал, что мой мир готов идти дальше, и решил через него дать новый толчок к развитию. Мой апостол увидел другой мир. Тот показался ему куда как лучше моего, ведь здесь он хоть и был апостолом, но у него не было власти. Такова была моя воля.
«Эк. Да уж, представляю себе обиду этого человека. Столько мощи и… и ничего. Ну и бога я понимаю. Самого порой рутина достаёт. А у него целый мир, в котором вечно кто-то чего-то хочет. Какая-то фигня случается и прочие радости — гадости бывают. Как говориться, если проблему можно на кого-то спихнуть, значит это не проблема».
— В последствии он самостоятельно воспользовался открытием и выкрал моё сердце. Не буквально сердце, а источник силы. Он использовал свои познания и с моей силой сделал с миром то, что вы можете наблюдать. Мир остановился, превратился в игру, на которой он сделал больше деньги. Таким нехитрым образом он умудрился устроиться сразу в двух мирах. Занял высокое положение в вашем мире, и заменил меня в моём. Ему нравилось это, он упивался властью и возможностями. Чтобы спастись мне пришлось спрятаться здесь, остальные мои храмы уже мне не принадлежат. Как вы заметили, это место имеет высокое сопротивление к магии, и силы сердца не хватит чтобы с этим что-то сделать. Таким образом я не могу выбраться, а он не может добраться до меня.
— Вы сделали себе тюрьму.
— Я предпочитаю считать — безопасный бункер. Правда, охранники на поверхности несколько осложнили дело. — он посмотрел на Рашика. — Сталкеры — единственные существа полностью устойчивые к магии. Именно поэтому он использовал их как охрану моего храма. Сталкеры гарантировали, что никто не сможет пройти к храму. Таким образом, игроки даже при всём желании не смогли бы собрать армию и захватить ценные по их мнению земли. Вот только, он забыл, что это мой мир, и я лучше, чем кто-либо знаю как он устроен. Он забыл, что и он сам и сталкеры являются моим творением. Он даже не понимает, кого посадил охранять меня. Сталкер, это не просто монстр, это новый вид. Да, не идеальный. Не завершённый. Но имеющий потенциал чтобы прийти к этому самостоятельно. С помощью своего естества, я смог воздействовать на юного Рашика. Не магией, а самой сутью. Этого оказалось достаточно чтобы он стал завершённым. Полноценным. Но этого было мало. Мне нужно было нарушить то, что сделал мой… апостол. А потому, Раш несёт в себе часть моей сути. Стоит ему пройти рядом, и программа, заложенная сердцем, перестаёт работать. Я поставил на своё лучшее творение всё что у меня было. И судя по тому, что вы находитесь здесь, я не прогадал. Да, как там мир? Уже начались перемены? — деловито уточнил бог с насмешкой в глазах и улыбкой на устах.
— Перемены — не то слово, — качаю головой. — Мы по ошибке вошли в столичный портал и тем самым обрушили вообще всю цепь порталов в мире Алси. Полагаю, что это породило всплеск энергии, который сбил «программу» всем, на кого попал. Жители Алси начали просыпаться.
— Славно. Превосходно! Я благодарю тебя, Егор за то, что ты помог моему творению в этом нелёгком деле. Более того, вы превзошли мои ожидания! Пусть и не специально. Но то, что вы сделали, уже великое достижение.
— Как посмотреть… — я состроил скептический взгляд. — Ладно бы только это, но ведь в мире начали происходить и другие события. Например, спонтанный перенос существ из одного мира в другой.
— Это тут не причём. Егор, я хочу попросить тебя об услуге. Хочу попросить помочь мне вернуть моё сердце.
— С чего мне вам помогать? Я о вас даже не знаю.
— С того, что из-за моего вмешательства, Раш связан с моим сердцем. Именно поэтому он носится в твоё мир. Сердце притягивает его как магнит стружку. Сам мир, при этом его отторгает как чужеродный элемент. Вот он и мечется между мирами. Это во-первых. Во-вторых, ты уже втянут в эту историю. И выйти, как вы говорите «сухим из воды», у тебя есть только одна возможность, через меня. Мой апостол попросту не простит тебе такой дерзости.
— Но игра же разваливается на глазах.
— Разваливается. Но он постарается всё починить. Получиться или нет — это другой вопрос, но для вас не будет ничего хорошего. Ни для тебя, ни для Рашика, ни для вашей подруги, — он посмотрел на Розу. Девушка немножко побелела, но промолчала. — Если вы мне поможете, я выполню ваше желание. Захотите — я оставлю вас в моём мире, вы станете его частью. Я дам этот выбор не только вам, но и всем тем, кто вёл достойную жизнь. Иными словами — игрокам. Может власти у меня и нет, но это вовсе не значит, что я ничего не вижу и не слышу. Нет. Я знаю каждого игрока, пришедшего в моё мир, и знаю, что он делал. А лично для тебя, у меня будет отдельная награда. Та, которую ты пожелаешь для себя сам. Будь то золото в твоём родном мире, с которым ты сможешь жить на широкую ногу, или же положение в моём мире. Не важно.