Чернокнижник (СИ)

Короче, работа закипела. Копали ход под углом примерно сорок пять градусов. Один зомби орудует киркой и лопатой. Второй вытаскивает на поверхность породу и аккуратно складирует в определенном месте. Двое других занимаются заготовкой крепей для шахты, а также их установкой. Хорошо, когда в подчинении у тебя незамысловатые мертвецы. Чисто цимес и сплошной гешефт. Кормить не нужно, одежку для сбережения велел снять на время работ — авось никто не увидит и не устыдится от неэстетичного вида их сморщенных мудей, пашут круглые сутки без перерыва на сон и еду. Однако времч от времени толику некроэнергии вкачивать в них все-таки приходится, но это сущие мелочи.
Скоро сказка сказывается, нескоро дело делается. Хотя четверо суток, затраченных на прокладку подземного хода, вполне себе сказочная скорость, грех роптать. Посторонние в округе хоть и не появлялись, но отпугивающее заклинание, ориентированное на человеческое сознание, я продержал все это время. Зверья не опасался, летом ни волк, ни медведь, ни кабан ни рысь сами не подойдут к нашей компашке, да и зимой, наверное, тоже, ибо в отличие от людей звери чувствуют чужеродную ауру и опасаются неведомого. Хотя Чубайс, после того, как в сарае поселились живые мертвецы, тщательно каждого обнюхал и, недовольно фыркнув, перестал на них реагировать вообще. Муся, та боле осторожная, держится от места обитания умертвий на приличном расстоянии — кошка и есть кошка.
К обеду четвертого дня от начала работ ценой двух сломанных кирок и одной совковой лопаты ствол до каменной плиты был пробит. Осмотрел её, прощупал и уселся у костра думать каким именно заклинанием сокрушить с виду несокрушимую преграду. Из-за угрозы обвала что-то особо шумное и эффектное мне не подойдет. В принципе, я уже заранее все обдумал, однако, сориентировавшись на месте, кое-какие свои задумки слегка перекроил. Для крушения доломитовой плиты годится любое некро-заклинание разрушения, вот только наличие деревянных крепей в шахтном стволе предполагает с моей стороны должную виртуозность ибо распадутся подпорки, меня тут же и присыплет, пока зомбаки откопают, сам превращусь в лича. Б-р-р!
Вернувшись в тоннель, положил обе ладони на оголенную плиту и начал через них осторожно потихоньку закачивать энергию в конструкт, заранее внедренный в структуру камня. Благо доломит не гранит или еще какая магматическая порода. В структуре плиты попадается множество более и менее плотных вкраплений других горных пород, вокруг которых при контакте с моим заклинанием тут же образовывалось масса микротрещин. Сложность процесса заключалась в том, чтобы не допустить выброса довольно строптивой некроэнергии в шахту. Оно, возможно, потолок и выдержал бы, но проверять как-то не очень хочется.
В какой-то момент почувствовал, что мое заклинание сработало как нужно. Видимых глазом разрушений не отмечается, но я-то знаю, что прочность плиты в локальной зоне моего заклинания весьма и весьма ослаблена и теперь вполне подвластна кирке и лопате в сильных руках моих… гм-м… ладно, я не шовинист, пускай будет — товарищей.
В течение еще трех часов из штольни доносились мерные удары киркой. Наконец один из работяг извлек на поверхность приличных размеров каменную глыбу. Я немного отвлекся и поначалу даже не сообразил, что это и есть то самое, из-за чего затевался весь этот землеройный сыр-бор. А когда осознал, радости моей не было предела. Молодцы, пожалуй стоит объявить им благодарность с занесением куда-нибудь. Благодаря их сообразительности, мне даже под землю лезть не пришлось.
Вооружившись легким кузнечным молотом и зубилом, я направился к находке — не доверять же столь тонкую работу неловким мертвякам. Щас будем поглядеть, что это за чудо расчудесное, пролежавшее под землей много, очень много миллионов лет.
[1] Музыка В Ганелин, слова В. Шимкус из фильма «Смок и Малыш»
  
Глава 11
 
— Трофимушка, у меня к тебе просьба. — Разгоряченная сексом Лидия прижалась всем телом к моему боку. Неугомонная бабенка вновь в обеденный перерыв примчалась ко мне и подбила на любовные игрища. В принципе, я не против разрядки напряженности. Сейчас поднимемся с кровати, покормлю её обедом, затем отправится на свою почту. Я же займусь насущными делами. Методика отработана.
 
— Что за просьба?
— Видишь ли, в Кирове живет одна моя подруга по институту Валентина Кротова. Боха-а-атая! Так вот, приехала на днях ко мне в Дымово и обратила внимание на то, как я изменилась в лучшую сторону. Ну помолодела и вообще, чувствую себя значительно лучше. Валя начала меня пытать, что да как. Ну я и сболтнула, что второй молодостью обязана твоему задорному петушку. — При этом она бесстыдно сжала в руке этого самого «петушка».
Эпицкая сила! Она что, думает благодать от хера моего происходит? Интересное умозаключение. С этим ладно, а вот то, что разговоры с подругами про меня ведет — очень плохо. Не хватает прогреметь на всю матушку Рассею в столь специфическом ракурсе. Так, а чего я еще ожидал? Ведь знал, что бабы хранить тайны в принципе не умеют. Рано или поздно даже самые неболтливые начинают молоть языками, что тот вентилятор. Я возмутился, разумеется, но виду не подал.
— Ну и?
— Подруга предложила двадцать тысяч… ну… за сеанс… терапии… лично тебе. Я обещала поговорить с тобой и деньги взяла авансом… Вот… Ты же не откажешь?
Я слушал и охреневал. Ну ладно, сболтнула языком лишнего — это, по большому счету, оправдано сущностью женской натуры, да и многие мужики не способны держать внутри себя даже самые малозначимые секреты. Нет же, тут тонко продуманный расчет и филигранно проведенная операция. Мне кажется, не просто так Валентина Кротова приехала в медвежий угол к старинной подруге. Обычно женщины стремятся в более цивилизованные места. Сто процентов Лидия уговорила богатую даму приехать в Дымово, чтобы основательно подоить в финансовом плане. Решила подзаработать на деде Трофиме. Однако!
От осознанья и просветленья всей глубины беспринципности лежащей рядом со мной бабенции в моей душе поднялась мутная волна гнева. Хотелось врезать кулаком в её самодовольно ухмыляющуюся харю. Сдержался, сам не понимаю как, но все-таки сдержался. Продышался и нарочито спокойным тоном поинтересовался:
— А тебе с этого какая выгода?
— Ну это наши дела, Трофимушка. Так, когда приходить Валентине? В Дымово она пробудет еще неделю.
Вновь все закипело внутри меня. Чтобы не сотворить что-нибудь нехорошее в отношении теперь уже бывшей подруги, пришлось закрыть глаза и на недолгое время войти в режим медитативного транса. Помогло. Мой помутневший было от возмущения разум пришел в норму. Желание физической расправы над шустрой предпринимательницей, попытавшейся заработать торговлей моим членом, испарилось. Отстранив от себя горячее тело, я уселся на кровати и спокойным голосом произнес:
— Так вот, Лидия, сейчас ты оденешься и покинешь мой дом.
Женщина уставилась на меня непонимающим взглядом и какое-то время осмысливала сказанное мной. Наконец до неё дошло.
— Ты меня прогоняешь, Трофимушка? Но за что?
— А за то! — Тут уж я не удержался и вскипел. — Ты меня, тварь, планировала использовать в качестве проститутки, ну или жиголо! — Немного успокоившись, продолжил: — Молодец, хвалю за предприимчивость, но… короче, вали отсюда и побыстрее, и чтобы в этом доме отныне духу твоего не было.
Лидка сориентировалась мгновенно и пустила в ход наивернейшее оружие всех женщин — слезы.
— Трофим, за что? Я ведь хотела как лучше… хлюп, хлюп… для подруги старалась и тебе деньги не помешали бы. Всё ведь просто… ты омолаживаешь Валентину, она за это дает денежку, если мало…
Этим самым «мало» она еще больше вывела меня из равновесия.
— Пасть заткни! И мухой отсюда, тварь паскудная! Я все сказал. — Я был настолько задет, что сам не заметил как врезал по Лидкиным мозгам довольно серьезным заклинанием устрашения.
Не знаю, что там ей привиделось, но плакать Авдеева перестала, её красивое лицо перекосила маска ужаса. Подхватив одежду и туфли, она буквально выскочила из спальни, бормоча под нос что-то несуразное насчет демонов и чертей. — Определенно, я её напугал едва ли не до усрачки. Ну и хер с ней, возомнила себя невесть кем… бандерша недоделанная. Пусть передком своим, а не моим концом деньги зарабатывает.