Чернокнижник (СИ)

Да, еще один момент, который сильно меня удивил. церковнослужитель утверждает, что даже самые продвинутые кудесники здесь не способны возвращать утраченную молодость. И не мудрено, чтобы быть молодым недостаточно только поддерживать в порядке общее состояние организма. Старость не просто процесс дряхления тела — это заложенное на генетическом уровне Природой или Создателем стремление всякого живого организма к самоуничтожению. Так вот, с помощью только заклинаний оздоровительного характера можно лишь поддерживать жизнь человека лет до ста пятидесяти, максимум до двухсот, при этом после шестидесяти он все равно будет выглядеть как старик. Чтобы вернуть истинную молодость, необходимо провести так называемый комплекс «полного ретроградного отката». Простыми словами, нужно выполнить ремонт на уровне ДНК каждой клетки человеческого организма до пикового состояния его физического развития. У Илема Этанарского это двадцать шесть лет. Не знаю, как это будет с телом Трофима Смирнова, пока не подступался к данному вопросу.
На теперешний момент мне необходимо просто оздоровить своё вместилище разума и начинать нужно не со зрения и восстановления зубов, а с обеспечения нормальной работы головного мозга. Если этого не сделать, повторение косяков, подобных сегодняшнему, станет неизбежным. Дух во мне Илема Этанарского почетного архимага нескольких академий Тантора властителя доминиона Вардха-Нархал, а вот организм, обеспечивающий функциональную деятельность моей духовной сущности, мягко говоря, несовершенен. Для полного омоложения и приведения его в идеальное состояние мне не хватает главного — много, очень много энергии, которую я, разумеется, когда-нибудь добуду, но пока не знаю каким образом.
Чубайс рванул было ко мне, при этом разок недовольно мяукнул, мол с какого перепугу при отъезде не насыпал в тарелку кошачьего корма. Но, почувствовав, что хозяин не в духах, быстренько упылил в неизвестном направлении дабы не попасть под горячую руку или ногу. Дед Трофим не церемонился с барсиком и периодически выдавал ему пенделя вразумляющего от избыточной наглости и чрезмерной хитрожопости. Следует отдать должное рыжему проходимцу, в качестве отместки он ни разу не нагадил в тапок или какую иную обувь Трофима Афанасьевича. Более того, всегда справлял естественные надобности на улице, поскольку имел персональный выход из дома в виде специальной дверцы под крыльцом. Тратиться на наполнитель для кошачьего туалета Смирнову не позволили врожденные жаба с хомяком, а вот пытливый ум и умелые руки быстро решили данную проблему по методе cat flaps, впервые примененнойИсааком Ньютоном.
Да, мой косячок с кошачьим кормом, однако мухой лететь исправлять ошибку не стал — нельзя, поскольку подобное поведение будет расценено Чубайсом как признак слабости хозяина и повод для дальнейшей его дрессировки в нужную коту сторону. Он у меня еще тот Макаревич — не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется по нас. Ничего, пусть мышей лопает вместе со своей подругой, которая уже наготове, ждет моей положительной оценки охотничьих способностей закадычного кореша и отца своего многочисленного потомства перед тем, как начать поедать тушки аккуратно выложенных у крыльца грызунов. Ритуал, никуда не деться. Подошел, удовлетворенно хмыкнул, кивнул Муське, чтобы приступала к трапезе.
Хотел было отправиться в дом, чтобы пообедать. Возиться с готовкой не нужно, вчерашний суп в холодильнике, разогреть и еда готова. В этот момент в калитку постучали. Интересно, кого это черти принесли?
Оказалось два соседских обалдуя Роман Кочкин и Антон Дуров. Недавно из армии вернулись, пока что гулеванят, сидя на шее у родителей. Мечутся в своих желаниях, то ли на лесозаготовки податься, то ли в Киров рвануть «поближе к цивилизации». На лесоповале заработок выше, но работа не сахар. В столице губернии жизнь легче и приятнее, хоть с их образованием в хорошее место устроиться тяжеловато. Ладно, это их проблемы.
— Дед Трофим, выручай, — засветив свежий синяк под глазом, взмолился охрипшим голосом Антоха, — нам опохмелиться бы.
 
— А что, в мага̀зине водка кончилась? — Я уже понял, что за душой у хлопцев ни гроша ломаного, однако покуражиться над начинающими алкашами сам Создатель велел.
— Дык, Марья Петровна нас в долг не отоваривает, повздорили с ней вчера, — подал слабый голос Роман. — А в «Магнит» без денег лучше не соваться. Там камер, что на Тохиной собаке блох.
— Нахамили поди женщине?
— Ну что-то типа того, — скривил физиономию Роман.
— Ром, колись, часом не от этой славной женщины украшение под глазом у твоего дружка?
— Ага, «славная», скажи еще что добрая, — потер синяк рукой Антон, — водки не дала, грит, заработаете, тогда приходите, мол веры вам нет и не будет, пока старые долги не возвернете.
Ну да, расклад понятен. Двое неугомонных корешков вчера крепко приняли на грудь. Как это обычно бывает на Руси, бухла не хватило. Направились к продавщице, завмагу и частной владелице в одном лице местного продуктового магазинчика Марии Петровне Гапон. Мария Петровна женщина лет сорока весьма выдающихся статей и росточку немалого. О таких говорят — в горящую избу войдет, коня на ходу остановит, ну и так далее. Причем, не какая-нибудь куча бесформенной плоти, все в разумных пропорциях и на лицо мила. Многие мужики в Дымово заглядываются на это чудо чудное диво дивное. Да что там дымовские, практически все сезонные работяги с лесозаготовок заходят в ЧИК-ПОК госпожи Гапон. Злые языки поговаривают, что кое-кому даже перепадает от её телесных щедрот. И не мудрено, женщина она одинокая, гормон играет, плоть своего требует. Так что осуждать бабу не за что, ибо чужие амурные дела никого не касаются.
ЧИК-ПОК вовсе не официальное название её магазина. На самом деле он называется «ЧП Гапон», отсюда для краткости ЧИК-ПОК.
Сам я, то есть дед Трофим обычно игнорировал «Магнит» и практически всегда ходил отовариваться к Петровне. С ней и словом перемолвишься и на выдающиеся формы вдоволь налюбуешься — всяко разнообразие в пресной жизни простого селянина. Я хоть и пожилой человек, но женскую красоту моя возрастная эректильная дисфункция оценивать не мешает. К тому же, женщина она умная рассудительная и вполне себе общительная.
— Ну да, ну да, у Петровны не заржавеет, — усмехнулся я. — А вот и нечего по пьяному куражу обижать одинокую женщину. Ладно, ваши дела, от меня-то чего нужно?
— Фунфырь, Трофим Афанасьевич, подлечимся, завтра с утреца придем, чего скажешь, сделаем.
— Тээк-с, — почесал в раздумьях бородатую щеку, — картофан окучить надо бы, шесть грядок по полсотни метров и ветки в саду сгрести, что нападали после урагана, самому мне недосуг было. Так что, парни, коль согласны, будем заключать ряд.
— Чего дед? Какой еще ряд? — тупо захлопал глазами Антон.
— Договор, дурья твоя башка! Вы мне работу работаете, я вам пузырь авансом и еще пузырь по окончании.
— Ну если так, тогда нормально. Мы согласные, — утвердительно кивнул Кочкин.
Спустя пять минут довольные охламоны убрались со двора. То что обманут, я не опасался. Были ушлые, потом, когда серьезно припирало, вымаливали прощение чуть ли не стоя на коленях. Оно, конечно, порочная практика эксплуатировать народ за выпивку. Брошу это занятие, когда легализую своих зомбаков. Вот только как это сделать? Ладно, после что-нибудь придумаю.
Вспомнив про своих принудительно-добровольных тружениках, после обеда направился в чулан, располагавшийся на чердаке под крышей. Там помимо всякой ненужной всячины деда Трофима хранилось разнообразное барахло бывшего владельца дома. Не дело поднятым мертвецам щеголять своими гениталиями и обнаженными жопами. Им-то по барабану, а вот мне, как их хозяину должно быть неловко. Это пока никто их не видел, а коль кто глазастый узрит. Что будет? Слухи пойдут нехорошие, мол странные люди по окрестностям шастают, то ли эксгибиционисты отмороженные, то ли банда гомосеков, то ли ушлецы из ближайшего дурдома — вариантов куча. Так что одеть моих хлопцев — первоочередная задача.