Кричи, моя Шион (СИ)

— Я альфа. Ты – омега. Шион, пожалуйста, покинь город. Это временно. Как только я пойму, что для тебя тут больше нет опасности, ты вернешься.
Я закинула ногу на ногу и поджала губы.
— Ты теперь можешь почувствовать себя на моем месте, когда я просила тебя уехать, но ты не собирался этого делать. В подобном нет ничего хорошего, правда?
— Ты собралась пойти на принцип? – взгляд Ивона стал тяжелее. Брат наклонился вперед и локтями оперся о колени. Его черные волосы сейчас были растрепанными, предавая внешнему виду чего-то животного.
  
— Просто беру пример со своего старшего брата.
Наш зрительный контакт был похож на целое безжалостное сражение. Возможно, любой другой, на моем месте уже давно отступил бы. Ивон умел смотреть так, что все внутри сжималось от страха. Но все же я к таким взглядам уже привыкла и понимала, что он никогда не причинит мне вред.
И я могла бы и дальше стоять на своем. Более того – мне этого хотелось, но меньше всего я желала сориться с братом. Особенно, если учесть то, сколько всего я от него скрывала.
— Слушай… — я откинулась на спинку дивана и отвела взгляд. – А ты не думал, что, может, Моран не такой уж и плохой? Кажется, ваш с ним конфликт окончен и насчет меня – если бы он желал причинить мне вред, он бы уже это сделал…
— Шион, — Ивон оборвал меня на середине фразы. От голоса брата по коже скользнула царапающая дрожь. – Больше никогда не говори мне такого.
— Но…
— Или ты серьезно считаешь не таким уж плохим того, кто пробил голову Томасу, выбил зубы Нику, сломал все пальцы Сэмюэлю? Напомнить, что было с Чарли и Майком?
Я тяжело сглотнула. Я все прекрасно помнила. Как и то, что не обошлось всего лишь проломанной головой, выбитыми зубами и сломанными пальцами. Больше всего досталось Чарли. Он еле выжил. При этом он очень хороший альфа. Правда. Один из самых старших у нас и меня всегда опекал практически так же, как и Ивон. Когда я узнала, что с ними случилось, несколько дней беспрерывно ревела и сейчас те эмоции ядом разлились по сознанию.
— Моран сделал это с ними лишь потому, что они были дома, когда он пришел. Шион, он их, блядь, пытал, желая узнать, где я находился в тот момент. Так, может, ты подойдешь к кому-нибудь из них и скажешь, что этот ебанный мудак не такой уж и плохой?
Даже будучи непробужденной, я прекрасно чувствовала ту ярость, которая исходила от Ивона. Одно лишь упоминание Морана вызывало в брате что-то неописуемое. То, что сжигало кровь в венах.
— И по этой же причине я никуда не уеду. Если этот ублюдок хочет разобраться, я тут и готов ответить ему тем же, что он сделал с теми, кто является частью нас. Моран больше не тронет никого из нашей семьи.
Я пальцами нервно постучала по подушке дивана по обе стороны от своих бедер. Могла бы сказать, что Ивон ничего не сделает Морану. Это безрассудство. У Конора столько людей, что, можно сказать – за его спиной находится армия. Но имелся один нюанс. Альфы странные существа и мне было известно, что Моран из тех, кто с Ивоном хотел разобраться собственными руками. Для альф считалось слабостью — толпой набрасываться на одного. Некоторые так поступали, но я не считала, что Моран один из них. Не просто же так, он сам в прошлом пришел искать моего брата. То есть, если у Конора и Ивона будет столкновение – то один на один. И я понимала, что будет кровь. Много крови.
— Но ты, Шион, обязана уехать. Пожалуйста. Не считай, что я тебе приказываю или что-то такое. Я переживаю, — Ивон сделал медленный вдох. – Все последние дни я с ума схожу от мысли, что Моран может до тебя дотянуться. Я не могу есть, спать. Мое сознание к чертям разрывается в клочья. Прошу, ради моего спокойствия, временно побудь у Элайзы.
Я вновь опустила голову. Хотела слишком многое сказать, но почему-то все слова сейчас плавились в голове.
— Хорошо. Допустим, я все-таки уеду, — в итоге, я кое-как выдавила из себя эти слова. Никуда уезжать не собиралась, но хотела сделать хотя бы что-нибудь, чтобы Ивон не так переживал. – Давай об этом поговорим через пару дней. Все равно сейчас начнется ураган. Во время него я никуда уехать не смогу.
— Просто начни собирать вещи. Ураган долгим не будет.
Несколько секунд я думала, что на это ответить, в итоге решила перевести тему:
— Я пойду закончу со шкафами, а то уже скоро вечеринка начнется. Не хочу ее пропустить.
Я поднялась с дивана и пошла в соседнюю комнату. Последние три часа я провела в ней, пока не пришел Ивон и не сказал, что хочет поговорить со мной.
Наверное, в прошлом эта комната являлась хозяйской спальней, но поскольку она являлась вполне просторной, было принято решение сделать из нее комнату отдыха. Но перед этим тут предстояла масштабная работа, за которую я уже постепенно принялась. В первую очередь – занялась шкафами. Там имелась кое-какая одежда тех, кто тут жил раньше и я ее перебирала. Хотела освободить полки, чтобы позже вместить на них настольные игры и все остальное.
Вернувшись в комнату, я уже собиралась собрать с пола первую гору заплесневевшей, сгнившей одежды, чтобы отнести ее на улицу и выбросить, пока не начался ливень, как застыла.
На кровати лежал огромный букет роз.
Я не просто смотрела на цветы. Я на них пялилась, с трудом моргая.
У меня галлюцинации? Наверное, ведь я последние три часа провела в этой комнате и никакого букета тут уж точно не было. И принести его никто не мог, так как единственный способ попасть сюда – через прилегающую комнату. Ту, в которой мы с Ивоном только что разговаривали и, если бы кто-то проходил мимо нас, я бы точно увидела.
Да и черт раздери, кто тут будет таскать цветы? Зачем? Кому?
В груди похолодело от следующего предположения – это не просто дом. Тут водятся привидения. И эти цветы тоже что-то потустороннее.
От ужаса я побледнела. Наверное. Черт. Я и так же белая.
Разворачиваясь на ватных ногах, я уже хотела быстро попросить Ивона зайти сюда и посмотреть на эти чертовы цветы, как опять застыла. Сердце оборвало биение. Рухнуло куда-то вниз.
Рядом с открытым окном стоял Моран. Я только сейчас его увидела, но и так будучи на нервах, еле успела ладонью шлепнуть по губам, чтобы не закричать.
— Фто ты?.. – мысли так сильно бились друг о друга, что я даже не подумала о том, чтобы убрать ладонь от губ, прежде чем что-либо говорить.
Да и важно было не это.
Я резко обернулась. Ивон все еще был в соседней комнате. К счастью, сейчас он что-то смотрел на экране своего телефона. Брат не заметил Морана.
Я очень быстро прикрыла дверь, затем вообще прокрутила ключ в замке.
— Что ты тут делаешь? – тихо прошипела, направляясь к Конору. Но тут же застывая, от новой волны паники. – О, боже… нет… Твой запах… Ивон же поймет, что ты тут.
— Настолько сильно боишься, что твой брат узнает о том, что мы пара?
В этой комнате не горело большинство из лапочек. Освещение паршивое и на лицо Морана падали ужасные, жуткие тени. Но куда более страшными были его глаза – сейчас приобретшие желтый оттенок. Зрачки были зауженными, как у зверя.
— Прошу, умоляю, немедленно уйди, — быстро прошептала, но тут же запнулась. Черт, уйти отсюда можно только через ту комнату, в которой сейчас Ивон. И, если Моран выйдет отсюда…
Я быстро бросила судорожный взгляд в сторону открытого окна, из которого сейчас дул ледяной ветер. Стоп. Моран через него сюда попал? Точно. Там же рядом пожарная лестница.
— Успокойся, — Конор поднял руку и пальцами сжал мой подбородок. – Я под подавителями. Они блокируют мой запах.
— Ты… почему ты под подавителями? – в страхе, я не поверила его словам.
  
— Потому, что иначе я себя не сдерживал бы и уже ебал тебя. Возможно, прямо перед твоим братом, — Моран медленно наклонился к моему уху. – Как ты думаешь, это было бы уместным способом показать ему, что мы с тобой встречаемся?
Я судорожно сглотнула и, упершись ладонью, в его стальную грудь, немедленно отстранилась и отошла от Конора. Была бы возможность, отошла бы еще дальше, но в таком случае, мне бы пришлось разговаривать громче.