Я тебя влюблю (СИ)
Нет! Нет! Нельзя позволять! Я дерусь, кусаюсь и пытаюсь его столкнуться с себя. Но это его только задорит. Он дёргает меня за волосы и пытается головой ударить об дверь.
Бам. Средь бела дня меня пытаются изнасиловать на полной парковке. И кто? Брат лучшей подруги. Тот, кто ещё недавно улыбался и искренне сочувствовал. Я пытаюсь кричать, как будто только сейчас вспоминаю, что у меня есть голос. И у меня получается, я ору что есть мочи. Ору так, как никогда в жизни не кричала.
Бам. Вдруг всё заканчивается. Его стаскивают с меня и вытаскивают из машины. Быстро дёргаю ручку двери со своей стороны и практически вываливаюсь с другой стороны. Падаю на землю и отползаю как можно дальше, пока не упираюсь в припаркованную рядом тачку.
Пытаюсь натянуть топ обратно на голую грудь. Слышу глухие удары, мат и стоны. А ещё плач. Свой. Подтягиваю колени к груди и утыкаюсь в них лицом. Я знаю, мне нужно встать и бежать. Домой. Я хочу к мужу! Но не могу и пошевелиться. Я будто в вакууме. Или прострации.
В отдалении слышу шаги и сжимаюсь в комок. Зажмуриваю глаза.
— Афин. Ты как? — голос Марселя звучит обеспокоенно. Он присаживается рядом со мной на колени и пытается приобнять. Отшатываюсь. — Всё. Всё. Не трогаю. Давай встанем только с земли, и я тебя отвезу в больницу.
Только сейчас доходит, что я вся в крови. Он ударом, похоже, сломал мне нос.
Бам. Я в машине на заднем сидении. Прижимаю к лицу какую-то тряпку. Скидываю вызовы от одногруппников.
Бам. Больница. Врач. Снимки. Приехавшая Лиля и её слёзы.
Бам. Я уже у неё дома, в постели. Роб сидит на полу у кровати и смотрит на меня. Закрываю глаза.
— Малыш. — от его ласкового голоса начинаю дрожать. Чувствую руку на лице и слегка отстраняюсь. На смену пальцам приходят губы. Он невесомо целует меня в щеку, висок. — Давай выпьем лекарство. И поспим.
— Ты не уйдёшь?
— Нет. Я буду с тобой.
— Прости. Будет много проблем, да?
— Забудь. Всё будет хорошо.
— Марсель его избил. Я слышала.
— Не переживай. Последний о ком тебе стоит беспокоиться это Марс.
— Как он вообще там оказался?
Роб ложится позади меня и крепко обнимает за талию. Сразу становится почти спокойно.
— Я попросил. И не зря. Как чувствовал сука, что что-то будет! Но давить на тебя запретом не хотел.
— Ничего не понимаю. Что я им сделала? Что?! — всхлипываю от начинающейся истерики. — Он как взбесился. Подошёл спокойно, мы поговорили. Я уже собиралась уезжать, тебе сообщила. Как резко всё поменялось. Удар. И потом…
— Тшш, принцесса. Не вспоминай. Всё в прошлом. Теперь всё будет хорошо.
— Его посадят?
— Я сделаю всё для этого.
От его уверенности мне становится чуточку спокойнее. Самую малость. Но само это, будет долго сниться мне в кошмарах. Я же всегда раньше сразу блокировала двери. Однажды увидела ролик, как крадут сумку, и начала так делать. А тут забыла. Отвлеклась. Итог ужасный. А если бы не Марсель? Он бы… я же не пережила бы. Кто знает, может он и убил бы меня потом.
*
На следующее утро просыпаюсь от ужасной головной боли. Роба нет рядом. За окном уже светло. Телефон намеренно не беру. Не хочу.
В доме тишина. Такое ощущение, что никого нет. А может, ещё просто рано. Смотрю на себя в зеркало и ахаю от увиденного. Нос опух, глаза как щёлки, опухшие к тому же. Под ними синяки тёмно-фиолетового цвета.
Урод! Какой же он урод! Почему вообще люди считают себя вправе калечить других людей? Почему жестоки?!
Наскоро умываюсь холодной водой, шипя от боли. Выдавливаю немного зубной пасты на палец и импровизирую с чисткой зубов. Фух. Это последнее, о чём мне стоит беспокоиться, но по-другому не получается.
Крадусь тихо в сторону кухни и слышу приглушённые голоса. Это Роберт и Камиль. Только хочу толкнуть дверь, как слышу:
— У него диагноз. Какое-то расстройство. Сынок с браком оказался. Я поднял по своим каналам, лечился и не раз. Причём не под своими документами. И сейчас тоже с лечебки вышел. А тут такое. Семейка укатила за бугор, оставив его тут.
— Пиздец...
— Поэтому её отец и предложил брак. Будь она одна, её бы под шумок выдали замуж за этого неадеквата и отжали бизнес. А я так, со своими мизерными процентами. Снова на вольных хлебах...
— Ты поэтому подписался? Что другого выхода не было?? Почему сразу мне не сказал?
— Она это долг. Спасти свой бизнес. Я расценил это как очередной проект. Хоть и знал, что девчонка в меня влюблена. Блядь! Не купи я землю всё было бы не так! У меня бы были бабки выкупить всё. Так бы и она была в безопасности.
— Жалеешь?
— Да.
Отхожу от кухни на несколько шагов назад, качая головой. Нет. Нет. Нет!
Ты же врёшь! Вчера другое говорил. Или из жалости? Это милостыня такой ущербной, как я? Зажимаю рот рукой, потому что из-за рта вырывается всхлип. Разворачиваюсь и бегу обратно сломя голову. Пусть это сон. Или я сплю. А может, он довёл начатое до конца, и я умерла?
Падаю на кровать, с головой укрываясь одеялом. Щипаю себя. Щипаю. Но не просыпаюсь. Нет. Это не сон. Реальность.
Муж, который, жалеет, что со мной. Его друзья, в лицо улыбающиеся, а на самом деле…
Никому я не нужна. Ни любовь моя, ни забота. Ни тело, ни душа. А нет. Тело как раз таки нужно.
Но что мне делать? Сейчас... Как жить с ним дальше, зная правду? Переступить через себя или вывести на разговор и гордо уйти? Хотя с гордостью сейчас большие проблемы. Я боюсь. Боюсь остаться одна, пока Артур ещё где-то есть. Я ведь не знаю, что с ним.
Глава 41. Роберт
Тот же день, но от Роберта.
— Привет, спишь?
— Братан, шесть утра. Как думаешь? — по голосу слышно, Марс явно недоволен.
— Ну с добрым утром тогда. Помощь нужна.
— Сейчас? — тут же собранно отвечает он.
Вот за что уважаю и ценю его как друга, это за это. Неважно время, он всегда выручит. Впрочем, как и я.
— Не прямо сейчас, а сегодня. Я еду с Камом, там тёрки с бригадой и подрядчиком, а Владимир сегодня выходной. Мне нужно, чтобы ты присмотрел за моей женой.
— Без проблем. Когда подъехать?
— Часов до десяти она точно будет спать. Так что время проснуться у тебя есть. И да, Марс. Она об этом знать не должна. Просто покатайся за ней.
— Хмм…
— Ничего такого, о чём ты сейчас думаешь. Просто перестраховка. Дурное предчувствие. Дурацкое, блядь.
— Хорошо. К девяти буду у твоего дома. Но Роб, тачку она узнает.
— Да откуда? Или ты с ней встречался без меня? — внутри неприятно скребёт. Их дружба для меня странная. И я сильно бешусь и ревную, когда они болтают вдвоём.
— Не гони. У Лили мы были вместе, там же не так много машин стояло.
— Даже если она знает твою машину, не значит, что она её заметит. В крайнем случае скажешь, мимо проезжал. У неё сегодня встреча с одногруппниками, они сто процентов пойдут в клуб. Так даже проще. А днём, вероятно, вообще дома будет. Я постараюсь узнать её планы и тебе сообщу.
— Прям боевик. У вас проблемы?
— Уже нет. И вроде бы уже должны разрешиться, но хер знает. Говорю же, неспокойно мне.
— Понял, тогда на связи.
С Камилем едем в соседний город. Он решил расширяться и строить там ещё одну гостиницу. Я свёл его с нужными людьми, которые теперь подвели. Чувствую свою ответственность, поэтому подписался ехать. А с тем городом у меня была связь. Моя бывшая девушка оттуда. Одно время я даже думал переехать туда, но не сложилось. Теперь думаю, к счастью. А тогда…Видимо, тогда я и очерствел окончательно.
В течении дня переписываюсь с женой и узнаю её планы. По мне, было бы идеально, проведи она день с Лилей у них дома. Но я не хочу опять давить на неё запретами. Или пугать заранее. Та ситуация, которая свела нас вместе, как мозоль. Которая вроде заживает, но малейшее движение не туда, и снова боль. На днях мне предоставили информацию по Алиевым.