Я тебя влюблю (СИ)

— Ты куда пропала! Ещё и трубки не берёшь, — говорит весёлым голосом подруга.
— Папа в аварию попал, еду в больницу.
— Ужас! Афин, давай я приеду.
— Нет, не нужно. — отказываю я, — О, у тебя нет знакомых медиков. Я ещё подробностей не знаю, но думаю, блат не повредит.
— Блин, спрошу у родителей. Найдём. Если нужно , найдём. Не расстраивайся сильно, всё будет хорошо.
А у меня снова ком в горле. Реанимация. Он же там. Туда просто так не переводят. Он там борется за жизнь.
Не могу больше ни слова выдавить из себя. Боюсь, снова начну плакать, а мне сейчас нужна холодная голова. Я должна быть сильной.
Скидываю вызов и заезжаю на парковку. Значит, план такой. Узнать, что с отцом! Выхожу из машины и быстрым шагом двигаюсь в сторону входа. Закрыто.
Не поняла…совсем сонный охранник подходит к двери с той стороны и рявкает мне, что часы посещения с девяти.
Чего блин!?
— Открывайте, быстро! У меня папу привезли после аварии. Мне нужно поговорить с врачом.
— Это тебе в приёмный, обойдёшь здание справа, увидишь.
Дурдом какой-то. Пока нахожу вход, успеваю замёрзнуть. Бррр. Вроде лето, а ночи-то холодные. М-да, вид у меня, конечно…
Захожу в здание и попадаю в прошлое. Старые скамьи, ободранный линолеум, обшарпанные стены. И тут папу лечить будут? Ужасно. Это просто ужасно.
Прохожу чуть дальше к открытому кабинету, стучусь по косяку и выпаливаю:
— Здравствуйте, мне звонили. У меня отца после аварии привезли.
— Фамилия?
— Швец.
Она, не торопясь, листает бумажки. Одновременно пьёт чай. Потом ей звонят на телефон, и она мило болтает почти десять минут.
Не выдерживаю, выдергиваю телефон из рук:
— Женщина! Вы мне скажите что с папой и болтайте сколько хотите!
— Ты посмотри на неё! Коза малолетняя, жди врача. Освободится , придёт, и спросишь у него сама. А я тебе тут не справочное бюро.
Выхожу от неё и в бессилии опускаюсь на кушетку. Ок. Жду врача.
Проходит не меньше часа, и я уже откровенно вся извелась, когда по коридору слышу шаги. Подскакиваю на месте и начинаю ходить из стороны в сторону. Проходящий мимо мужчина даже не смотрит в мою сторону. Он разговаривает по телефону и чем-то очень недоволен.
— Там без шансов…да. Не уверен, что он до утра дотянет. Слишком много травм. Я сделал всё, что в моих силах.
Это не про него. Не про него!!! Пожалуйста.
— Здравствуйте, Швец, да?
— Да, мне звонили, сказали, папа в реанимации. — тут я снова начинаю плакать, — скажите, пожалуйста, что произошло? Как он?
Врач долго смотрит мне в глаза, что я понимаю. Всё.
— Нет…нет, пожалуйста. Вы же шутите?
— Ольга, вызовите психолога и набери шприц с успокоительном.
— Извините. Ваш отец попал в серьёзную аварию. Хоть скорая и была на месте через пять минут, это не помогло. Мы три часа боролись за его жизнь. Вроде вытянули, — вздыхает мрачно, но продолжает. — у вашего отца тяжелейшая травма головы, переломы ног, рёбер. Одно ребро проткнуло лёгкое.
Судорожно глотаю воздух. Жив, главное, жив. Остальное вытянем .
— Дальше, наш план действий какой?
— Ждать.
— Ждать?! В смысле ждать. Нет, меня это не устраивает…
  
Глава 2
 
Рассвет. Наблюдаю за восходом солнца и пытаюсь придумать, кому позвонить. И стоит ли вообще это делать. Отец, пока без изменений. Я уже погуглила, главное- пережить первые сутки, потом есть шанс, что пойдёт динамика. Или нет.
Судорожно втягиваю воздух. Не думать. Не думать о плохом! Я не верю во всю чушь типа материализации мыслей, но сейчас готова поверить даже в фей, если она сделает так, что папа поправится. Или что это всё сон, и я сплю сейчас дома. А с утра папа, как обычно, сделает мне кофе. Мы мило поболтаем, и каждый уедет по своим делам.
От приятных воспоминаний меня отвлекает звонок телефона. Роберт. Я не стала звонить ему ночью, лишь бы не нарваться на негатив. Подумает, что я снова пытаюсь его склеить. Просто сухо и по факту написала смс, что отец в больнице после аварии.
 
Видимо, проснулся и увидел…
— Да, — казалось, отвечу бодро, но голос совсем охрип.
— Афин, ты почему сразу не позвонила. Я бы приехал.
— Не знаю, не захотела беспокоить.
— Он не чужой мне. Я выезжаю сейчас, минут тридцать и буду. Дождись меня, хорошо?
— Я не уеду, пока не буду уверена, что с ним всё стабильно, — на глазах снова слёзы. Потому что, если нет, я не знаю, что со мной будет.
— Всё будет хорошо. Жди. Я скоро.
Меня просят освободить помещение, так как начинается пересменка. Ещё и смотрят с презрением. Да блин! Ну не могу я поехать переодеться! Не могу его оставить сейчас, пусть и от меня никакой помощи.
Выхожу из здания и оглядываясь. Блин, поблизости ничего ещё не работает. Даже воду негде купить. Ковыляю к машине, мысленно надеясь, что в салоне завалялась бутылка.
Сажусь в машину, откидываю голову на сидение и закрываю глаза. Знала бы хоть одну молитву, помолилась. Душу бы дьяволу продала, лишь бы жил. Почему всё так? За что? Я ведь за всю жизнь никому ничего плохого не делала. Училась хорошо, с уважением к старшим относилась. Да, в последние два года, стала одеваться более раскованней, но это разве повод? Да я готова укутаться с ног до головы, если это поможет. Только ведь нет. Не поможет.
Лёгкий стук в дверь пугает меня, что я резко открываю глаза.
Роб. Хмурый и злой стоит около машины. В руках стакан с кофе. Открываю дверь и медленно вылезают под его недовольный взгляд.
— Ты хотя бы не бухая?
Поднимаю на него удивлённый взгляд и снова подвисаю. Чёрт. Ну как можно быть таким бесячим и одновременно таких ахеренным мужиком, а?
— С чего ты взял, что я пью за рулём? По себе судишь?
Роб молча протягивает мне кофе. Затем идёт в сторону своей машины. Да и пожалуйста. Сиди там.
— Спасибо за кофе, — бурчу себе под нос и отворачиваюсь. Чтобы лишний раз не быть пойманной за подглядыванием. Сколько, интересно, идёт пересменка? Уже можно пойти обратно ?
— Держи, — говорит мне Роб и протягивает упаковку влажных салфеток. — Сказала бы, я бы и одежду тебе привёз.
— Кариночки? — не сдерживаюсь, но тут же продолжаю. — Да плевать на внешний вид. Пойдём?
— Я пойду один, а ты сядь и выпей кофе. Сейчас всё узнаю и приду обратно.
— Нет, я должна тоже.
— Доверься мне, хорошо. — берёт меня за плечи и подталкивает к машине. — Просто попей кофе. Ни о чём не думай. Я всё решу.
— Обещаешь?
— Я не бог, но я постараюсь. Знакомых полно, сейчас подтянем кого нужно. Всё. Жди.
И уходит твёрдым шагами. Ну вот как его не любить? Он парой фраз вселился в меня- уверенность. Взял мою ношу и меня заодно и понёс.
Роберта отец часто называл сыном. Он пришёл в компанию отца больше десяти лет назад и очень сильно поднялся. Работал всегда много и упорно. Отец как-то признался, что половина успеха компании- это заслуга Роба. Поэтому я даже не удивилась, когда папа сказал, что продал ему часть компании по минимальной цене. Фактически папа владел семьюдесятью процентами, а Роб тридцатью. Это хорошая сделка, каждый получил то, что хотел. Папа теперь не переживает, что Роберта кто-то переманит. А Роб, думаю…Не знаю я, что он думает. Я не умею читать его мысли.
Пассажирская дверь открывается, и Роберт садиться внутрь. Коленки, правда, смешно упираются в бардачок. Поэтому он ещё пару секунд настраивает сиденье под себя. Я даже улыбаюсь. Но, видя его взгляд, улыбка маской застывает на моём лице.
— Что? — шепчу ему. Сглатывает и тянется своей рукой ко мне. Сжимает ладонь.
— Нет…- нервно говорю я, — Нет! Они ошиблись! — вырываю руку и закрываю ладонями глаза. Давлю сильно, чтобы боль почувствовать. Физическую. — НЕТ! Он не мог! Не мог меня оставить! — я ору и реву одновременно. Дальше всё смешивается воедино. Мои крики и плач. Его голос спокойный. Не знаю как, но прихожу в себя, сидя у него на коленях. Голова на плече, дышу носом в шею. Его руки медленно поглаживают меня по спине.