Танго с ненавистным капитаном (СИ)

— Пищеблок в маленькой столовой. Каждый ест столько, сколько в него влезет. Один момент: с натуральными продуктами бережнее, — отмахнулся Маэр. — У Камелии непереносимость к синтетическим продуктам.
Отан смутился еще больше. Его взгляд сместился чуть в сторону на дверь в медицинскую каюту.
— Что же, ещё и накормите? — там стояла Каре.
— Ой, женщина, идите... — Маэр указал вперед по коридору. — Идите и не нарывайтесь на грубость. Столовая и кладовая там. Всё, что синтетика — в свободном доступе. Натуральное — помните, что должно хватить до Залфа. И хватит уже. Я еще бульоны не считал. Всё... И, опережая вопрос, — душевая у нас тоже бесплатная. И за каюту не нужно платить.
  
Договорив, он развернул меня и, склонившись, поднял на руки. Сделал два шага вперед, но остановился.
— Кхм... Хотя чего это я? Отан, с тебя плата ремонтом. Это клипер брата, и хотелось бы вернуть его в лучшем состоянии после полета. Ну, а Каре ясно понятно. Подлечи, насколько сможешь, Беллу. Дома ею займется наш старший, у него своя клиника.
Кивнув, он хмыкнул и двинулся дальше.
— А ему врач не требуется? — прилетело ему в спину от Каре.
— Позвоним и узнаем, — Маэр обернулся и добавил: — Всё одно не пропадёте. Так что успокойтесь и свяжитесь с сыновьями. Они будут рады.
Улыбнувшись, я обняла его за могучую шею и положила подбородок на его плечо.
— Ты бываешь таким душкой, — тихо призналась.
— Да, случается иногда, находит. Но об этом завтра. А сейчас кому-то нужно в кровать.
— Угу, — я выдохнула и, не сдержав эмоций, потерлась щекой о его шею.
Мы шли. Уставившись на дверь в свою каюту, я напряглась, но Маэр не остановился.
— Ты прошел мимо, — проворчала. — Забыл, где я обитаю?
— Нет, — его голос звучал ровно. — Просто меня достали эти догонялки, хождения кругами, прятки. Мы вроде как всё выяснили. Я люблю тебя, и это взаимно. Так что постель, на которой ты будешь спать, находится в моей комнате. Ты там уже была. Вещи я перенес, пока ты с Беллой сидела. То, что купили на Ксайросе, завтра с Ясмин разберете. Что-то выделите сестре и Каре. Женщина она хорошая, но жизнь у неё просто поганая была. Сломало её.
Я открыла рот и приподняла бровь. Ну что за орш, а?
— Хватит так делать, Маэр! Я не успела возмутиться по поводу общей каюты, а ты уже увел разговор в сторону, и теперь я не знаю, то ли мне с тобой ругаться, а то ли про наших новеньких спрашивать. Ты невозможный.
— Ой, ладно тебе. Кирр Отана пробил. Мужик стабилен, как и Ари. Силу контролирует ювелирно. Он сам по себе флегматичен, так что сюрпризов от него ждать не придется. И чего со мной ругаться? Я тебе лучшие полки в шкафу под вещи отдал. Еще там твой планшет на кровати и пропущенные вызовы, кажется, от твоих учениц. Я не смотрел специально, но тебе прислали кучу видеоотчетов с каникул. Будешь просматривать всю оставшуюся дорогу.
— Ну, конкурс же! — Я просияла и тут же нахмурилась. — Перестань, слышишь, Маэр. Верни хама. И про полки я уловила...
Я выдохнула, сообразив, что мысли всё равно возвращаются к ученицам.
— Иногда я тебя так ненавижу.
— Любя? — уточнил он.
— Ну, конечно, любя. Ладно, неси куда несёшь. Завтра на свежую голову расскажу всё, что о тебе думаю.
— Не выйдет, — он подошел к двери в свою каюту и пнул её. Клавиша сбоку загорелась зеленым, и щелкнул замок. — Надо Отана попросить хотя бы починить замки. У Лукера никак руки не дойдут, — проворчал мой орш. — Так вот, не выйдет завтра ругаться.
— Это почему? — мне даже интересно стало. Что он там ещё придумает.
Тем временем Маэр открыл дверь и занес меня в свою временную берлогу.
— Беллу нужно будет сводить в душ. После отцу позвонишь. Ну, не будешь же ты перед этим себя накручивать? Так что отложим семейный скандал на потом. Ты главное запиши, чтобы о нём не забыть, а то на мою память надежды никакой.
Хохотнув, я снова обняла его. Мой орш стоял посредине комнаты и явно о чём-то думал.
— Так, что-то я с постелью поспешил, — он повернул голову и поймал мой взгляд. — На матрас я тебя, конечно, затащу, но после душа. Если поспешим, успеем занять его. Только возьму вещи.
  
Глава 112
 
Душ мы, конечно, заняли. Но...
Как? Вот как?
Я стояла под тёплыми струями воды и пыталась осознать то, что мне моют спину. Да, устала. Да, в любви призналась. Но... Как?
— Маэр, что происходит? — спросила прямо, потому что на что-то иное сил не осталось.
Я была выжата.
— Если честно, Ками, я пытаюсь подобраться к тебе, пока ты сняла свои щиты с колючками. Мы зашли с тобой в тупик отношений, когда и назад уже никто не повернёт, а впереди стена. Отказаться я от тебя не откажусь. Но и продвинуться в отношениях никак.
Он как-то обречённо вздохнул и обнял со спины. Его руки касались моей груди. И стыдно, и в то же время так странно.
А ведь он прав, отпустить я его не отпущу. Но что дальше? Вернуться к тому, что было до? Просто друзья? Да смешно же.
Не по-дружески же он мне спинку мылит.
Да и то, что я чувствую поясницей, горячее такое, тоже на приятельские постукивания по ягодицам не спишешь.
И всего-то нужно было отпустить свои страхи и признаться перед собой, что Маэр — это не Тифо. Что если один был подонком, то мой орш — самый идеальный мужчина.
Я прикрыла глаза, чувствуя жар его тела. Страха не было. Я была уверена в Маэре. Он не обидит, не поступит подло, не надругается над моими чувствами.
Выдохнув, мягко отстранилась и повернулась в его руках. Обвила его шею руками и, встав на цыпочки, коснулась губ.
Отстранилась.
Он улыбался. Так нежно и мягко, подкупающе.
— И ты скажешь мне да? — он приподнял бровь.
— А ты вдруг начнёшь спрашивать? — шепнула, перебирая пальцами его мокрые волосы.
— Нет, Камелия Войнич, не буду. Я неожиданно даже для себя понял, как сильно ты мне нужна. Ты мой мир с ног на голову поставила. И я не хочу, чтобы что-то менялось. Пусть у нас с тобой будет скучная жизнь с детишками и семейными ужинами. Сад и цветы, пикники. Хочу возить свою ребятню в школу по утрам и забирать их. А потом мы будем ждать нашу красавицу маму под окнами её танцевальной студии и наблюдать, как красиво она танцует. Я устал от всех этих передряг. Наверное, дорос до тех самых отношений, когда тихий вечер в постели с женой приносит счастье.
— Ну, не знаю, — я повисла на нём и изобразила глубокую задумчивость. — Как-то брак совсем в мои планы не входил. Но ты так заманчиво рассказываешь. А как же карьера?
— Строй, я помогу, своя-то удалась. Я всё же на руководящей должности, родная. А тебе выучим. Помогу связями с оформлением школы твоей. Грант, может, какой выбьем. У тебя теперь Ясмин в помощницах. Вместе проще.
— А дети? Это перерыв в работе, — я старательно прощупывала его со всех сторон.
— Я конечно орш, но воспитывал меня дед-сакали. Так что готовлю не хуже остальных. Стирке и ведению домашних дел обучен. Родня со всех сторон. У тебя четыре сестры, у меня даже считать не стану, сколько братьев. Все надёжны, как скала. Родители ещё. Милая, ничто не помешает тебе продолжать работать. Так, в перерывах только к Нуму на роды скатаемся, и я всё беру на себя.
— Хм... — нет, ну звучало всё, конечно, просто шикарно. — Никогда не видела, чтобы ты готовил.
— А для кого я это должен был делать? — его руки спустились с моей спины на ягодицы и сжали. — Ты не сопротивляйся, Ками, считай, всё схвачено. Со мной не пропадёшь. Ну, так я твой?
Нет, ну какая постановка вопроса. Так заманчиво. Главное, не я его, а он мой. Вот как отказаться?
  
— И ты будешь терпелив? — выдохнув, я упёрлась лбом в его грудь. Такую твёрдую, надёжную.
Струи с тихим шумом били о пол, небольшая комнатка наполнялась паром.
— Буду, Камелия. Буду. Я всё понимаю, не тороплю. Всё, что хочу — быть рядом, держать тебя в объятиях. Заботиться и быть частью твоей жизни.