Танго с ненавистным капитаном (СИ)

— Ответь, — упрямилась я.
— В одежде — красный. В интерьере — зелёный и жёлтый. Ненавидишь коричневый и серый, ещё и фиолетовый. Всё, спи.
Я просияла.
— Что я не ем? — нет, я не угомонилась.
Хотелось закрепить успех. Но он молчал. А мне зудело!
— Маэр, — тихо прорычала, — отвечай!
— Не ешь ты у меня с этого рейса синтетику. А так больше овощей, меньше мяса. Обожаешь хлебные корочки, — его язык заплетался, он явно до конца так и не проснулся. — Что ты за викторину устроила? Сейчас же закрыла глаза и засопела носиком.
  
Маэр повернулся на бок и притянул меня к своей груди, удобно устраивая.
— А у меня есть мечта?
— Есть, Камелия, — он открыл глаза и уставился на меня мутными, невидящими глазами. — Что ты маешься, родная? Что не так?
Взяв край одеяла, он натянул его на меня.
— А вот это брачное колечко, — я указала на его мизинец. — Ты мне его дашь?
— Нет, это не дам. Получишь другое. Спи...
Услышав ответ, я замерла. То есть брачное кольцо орша мне не видать? Тогда к чему всё?
Меня словно холодной водой окатили сверху.
Играет? Решил, что нам хорошо и без брака и обязательств?
Ведь он всегда говорил, что не женится.
Мне вдруг стало так больно.
А я обрадовалась, дура. Уже любовь насочиняла.
Хотя ведь и я тоже говорила, что не собираюсь себя обременять браком.
Вот только... Поджав губы, я замерла.
Лежала вот так, рассматривая Маэра, и понимала, что врала себе всё это время. Всё я хотела: и мужа, и детей. Сёстрам завидовала. Вот только кто на мне такой женится?
Да никто. Я удобна Маэру. Действительно удобна. Никаких обязательств и обещаний.
Он был честен со мной. Это я лгала сама себе.
Усмехнувшись, отодвинулась от него и перебралась ближе к краю. Не стоит ничего начинать. Лучше сейчас испепелить ту ниточку, что так внезапно протянулась между нашими сердцами, потому что потом будет плохо обоим. Я пожелаю всю сказку, как и у сестрёнок, а он не сможет мне этого дать. Начнётся ругань, давление со стороны родни. Очередная ссора, и он сорвётся с места и улетит.
И тогда я правда останусь одна. А так... у меня будет всё та же иллюзия нормальности.
Так лучше. Для нас обоих.
Натянув на себя одеяло, поджала ноги к груди.
Одной проще... Не так больно.
* * *
Маэр дар орш Свер.
Сквозь сон чувствовал, что что-то не так. Стало холодно. Открыв глаза, всмотрелся в полумрак. На потолке горела ночная лампа. Потребовалось несколько мгновений, чтобы понять — Камелии больше нет рядом. Резко сев, повернул голову. Она была в постели, на расстоянии вытянутой руки.
Потянувшись, я слегка стянул с нее одеяло и поджал губы. Так свернуться в эмбриончик ещё постараться нужно. Она спала, уперевшись лбом в колени, сжавшись и, кажется, стараясь занять как можно меньше места.
Попытался притянуть её обратно к себе, но она внезапно начала сопротивляться.
— Ками, — чуть пошевелил, — иди ко мне.
— Нет, — тихое бормотание, — я не нужна...
Я напрягся. Что значит «не нужна»? Что опять приключилось, пока я спал?
— Нужна, — всё же сгрёб её и перетащил к себе. — Так нужна, что и спать без тебя не могу.
— Не хочу так, — она еле двигала языком, спала и явно не понимала, что происходит. — Хочу, чтобы как у сестёр, но кольцо...
Что за нелепица? О чём она вообще бормотала? Что «как у сестёр»... какое «кольцо»?
Взглянул на свою руку. Кольцо «как у сестёр»?
Брачное. Настоящее, а не «показной» дубликат, что я носил на мизинце.
Нахмурившись, потянулся к своему планшету, но остановился. Сомневался. Камелия, почувствовав, что я рядом, снова попыталась отстраниться. Она подсознательно отдалялась от меня.
Пряталась.
И это меня злило.
Снова приобняв, повернул ее на спину. Ками упрямо пыталась свернуться эмбрионом — не дал. Держал её, пока она не расслабилась.
Выдохнула, приоткрыв пухлые губки. Такой соблазн!
Желание вернулось, но стало еще сильнее. Это сводило с ума. Я так ее хотел. До одури!
Не справившись с собой, склонился и мягко коснулся губами её губ. Так сладко... Потёрся. Ками что-то промурлыкала, обнимая меня за шею. Я знал, что так нельзя, что, как вор, срываю поцелуй без разрешения.
Но... это было сильнее шепота совести.
Хотелось большего.
Углубляя ласку, я нашёл её язык и сплелся с ним. Тихо застонав, она ответила, не просыпаясь.
Так сладко, пьяняще... Сжав Ками плотнее, притянул к себе, не прекращая поцелуй. Руки ласкали её волосы, сжимая голову.
Кольцо... будет, и максимально быстро. Только найти бы его...
С трудом оставив её губы, приподнялся.
Спала, недовольно морща носик.
Повернув голову, снова нашёл взглядом планшет и потянулся к нему. Нужно было сделать всего один звонок.
  
Глава 94
 
И все же утром я проснулся один. Протянув руку, нащупал лишь пустоту рядом, хотя простынь еще хранила ее тепло. Открыв глаза, скривился. Мне внезапно не понравилось одиночество под одеялом. Сев, осмотрелся.
В комнате пусто. Нахмурился.
Говорил же, без меня никуда не уходить.
Но все же прислушался. Нет, вода в ванной не шумела.
Ускользнула!
Опустив ноги с кровати, обхватил руками голову и сжал.
Куда её понесло? Ками иногда напоминала мне вихрь, который невозможно было поймать руками.
Поднявшись, прошел до шкафа и вытащил черную футболку и штаны.
Нет, конечно, понимал, что она наверняка в столовой с ребятами, где-то рядом с Кирром. Я не мог не заметить, что если раньше за Камелией таскался только Ари, то с недавних пор ее тенью заделался еще и младший брат.
Я был уверен — он знал, что с ней случилось. Может, пробил блок, а может, как и я, сообразил, что и как в том переулке. Но как бы то ни было, а я был рад, что он за ней присматривает. Несмотря на видимое легкомыслие и некоторую придурковатость, Кирр на самом деле был весьма продуманным, умным и целеустремленным сакали.
Серьезным в те моменты, когда это требовалось, безжалостным и очень прозорливым.
А главное — верным до скрежета зубов.
Хотя все мы были такими — особенность воспитания деда.
Разминая шею, я дошел до ванной и дернул дверь, вспоминая, что вчера сломал замок.
Она распахнулась, и я застыл.
— Маэр! — раздался женский визг.
Нет, Ками не ушла. Стояла передо мной в красном кружевном белье и глазками хлопала.
— Тебя, орш, стучать не учили?
Потянувшись, она схватила полотенце и прикрыла свои прелести. Да поздно, все рассмотрел и оценил.
— Нет, не учили, — пробубнил, откинув на полотенцесушитель свои вещи. Взявшись за пояс, стянул одним движением и штаны, и нижнее белье. И все под ее ошарашенным взглядом.
Прошагал до душа и врубил воду. Теплые струи ударили по коже.
— Маэр, ты совсем стыд потерял? — прошипели за спиной.
— Что опять не так? — поинтересовался лениво.
— Ты... — она давилась воздухом от возмущения. — Ты голый!
— А ты что-то вчера не рассмотрела? Тайны какие-то остались? — Я развернулся и развел руки в стороны.
Ее ротик открылся, а глаза... Хм... Такими большими я их еще никогда не видел.
— Ками, как оценишь меня во всей красе, так иди одеваться. У нас еще сегодня дел невпроворот. Врача искать будем в местных трущобах. Соберись, милая, и не стой.
Рот она закрыла. В глазах столько возмущения.
Усмехнувшись, я почувствовал, что под этим взглядом у меня поднимается настроение и кое-что еще, на что эта нахалка глазела, не дыша.
— Ну как, не мал для тебя? — поддел ее.
— Хам и пошляк! — выпалила она. — Где твой стыд? Мы не женаты...
Развернувшись, Ками вылетела из ванны, я же пожал плечами.
  
— Пока не женаты, — подправил ее высказывание, да кто бы меня уже слушал. — И, может, и пошляк, зато ты, малышка, больше не забиваешься в панике в ближайший угол и не лезешь от меня натурально на стену.