Танго с ненавистным капитаном (СИ)
— Это тухляк, — спасла рогатого одной фразой. — Ну что, овощи проверяем или быстро замену делаем? Мы же вредные, мы же из логова... В итоге же бесплатно всё отдадите. Лучше сразу по-хорошему. — Я шипела похлеще гадюки. — Быстро всё заменили. Тряпку моему... мужу. Если я на корабле найду хоть что-то с гнильцой, мы вернёмся. Я лично вам мозг выклюю, понятно? Делайте!
Всё вокруг завертелось. В руках Маэра появилось полотенце. Он старательно пытался оттереться, но ничего не выходило. Запах становился всё сильнее и невыносимее. Три контейнера из пяти спешно увезли. Сверху тоже забегали.
— Каких яиц, тарина? — проорали явно мне.
Так уважительно, прямо на фавский манер.
— Куриные, утиные — по два десятка, — ответила негромко.
Нечего глотку драть — сбегают и передадут.
Возле нас на платформе собиралась ягода. Прикатили ещё одну коробку.
Маэр со зверским выражением лица наблюдал за всем этим.
— Куда доставку? — запинаясь проблеял заляпанный всё теми же тухлыми яйцами фавн.
— На магнитку ставь, сам увезу, — зарычал мой орш.
Он так кривился от запаха. Тряпка в его руках стала склизкой. Сообразив, что толку от неё мало, он бросил её себе под ноги. Выдернул чудом оставшийся чистеньким планшет, набрал номер:
— Кирр, вы уже всё? Если да — гоните к нам. Товар забирать.
— А что это с тобой? — голос Кирра казался до подозрительного милым.
— Не спрашивай, — процедил Маэр и отключился.
Его начинало трясти.
Я же, понимая, что мой здоровяк не привык попадать в такие вот ситуации, поспешила к нему.
— Ещё полотенце! — прокричала всем и сразу.
Оно тут же оказалось в моих руках.
— Ками, воняет, — Маэр попытался меня остановить.
— Ничего, — я обернулась на фавна. — Поторапливайтесь.
Подняв полотенце, осторожно стёрла липкую, быстро сохнущую массу с лица своего униженного мужчины.
— Вернёмся на корабль, я всё это с тебя смою, обещаю, — проворковала.
— Сама? — он замер. — Сама отмоешь?
Открыв рот, я сообразила, что пообещала.
— Ками, ты же хозяйка своему слову. Я не представляю, как буду всё смывать. Я же весь под этот дурацкий душ не влезаю. Ты же правда поможешь?
Вот что ему ответить? Откажешь — так окончательно добьёшь бедолагу. Согласишься и... ну, и ничего.
— Но на тебе останутся подштанники, и дверь в душевую мы не закрываем, — я принялась спешно торговаться.
— Ты главное смой это с меня, чтобы я не проявлял невиданную гибкость, пытаясь дотянуться до собственной спины. На волосах тоже есть, да?
Он смотрел на меня, как обиженный ребёнок. Зайдя за него, я поморщилась.
— Боюсь, что да, Маэр, волосы и вся спина.
— В костюм тоже затекло, — пожаловался он. — А мне его сейчас на себя натягивать. Я сдохну от этой вони.
Мне в этот момент стало его по-настоящему жалко. Не нужно было смеяться.
— Ничего, — я осторожно стирала сопливую дрянь с его шеи. — Мы всё это смоем. Не переживай...
Улыбнувшись, он тяжело вздохнул и скривился.
Глава 76
— Только попробуй издать хоть один смешок, — процедила я на ухо появившемуся Кирру. За ним стоял с невозмутимым видом Ари. — И даже не смейте дома кому-нибудь сказать.
— Прости, сестра, это выше моих сил, — губы этого пройдохи дёргались. — Маэр впервые влип в такую идиотскую ситуацию. Да я это заснять для архива семьи обязан! Мне никто не простит, если не увидит... Я не могу допустить...
— А если так! — я схватила его за ухо и потянула вниз. — Если кто узнает об этом, я тебя так поколочу, Кирр, как ещё никогда не колотили. Не смей его позорить!
— Да ладно тебе, язва, — он не сдержался и захохотал. — Хоть раз вляпался не я. И кто... КТО! Это же событие всей моей жизни!
Маэр, глядя на него, снова свирепел на глазах.
— Да я его только успокоила, — взвизгнула я Кирру на ухо. — Не смей, или я тебе враг до конца жизни!
— Ладно-ладно, — он постарался сделать серьёзное лицо. — Но не обещаю, что никому не расскажу. Братья просто не простят молчания.
— Хм, — мой орш взглянул на него свысока, — зато на корабле Ками потрет мне спинку, чтобы избавить от этого, — он развёл руками, демонстрируя становящуюся корочкой субстанцию, — а ты будешь лежать в своей холодной постельке. Весь такой весёлый...
Кирр насупился, обиженно оттопырил нижнюю губу и отвернулся.
Все! Его поставили на место.
И вроде радоваться надо, но мне и его жалко стало. Погладив этого шутника по голове, тихо успокоила:
— И тебе найдётся невеста, не переживай.
Нижняя губа оттопырилась ещё больше.
— А мне спинку помыть? — он уставился на меня щенячьим взглядом.
— Помоет, брат, — Маэр сжал его плечо, — перед поездкой в крематорий, после того как я тебе голову на бок скручу за такие просьбы. Обязательно помоет.
— Ой, всё, — обида слетела с лица нашего сакали. — Уже и помечтать нельзя.
Зло на него зыркнув, я взяла своего орша за руку и потащила в сторону катера.
Но всё же обернулась:
— Ари, там нам за такой ущерб скидочку должны сделать и яиц бесплатно отсыпать. Стряси с них по полной.
— Сделаю, — друг понимающе растянул губы в улыбке и двинулся на бледнеющих сохатых.
Подтащив Маэра к нашему транспорту, соображала, как на него натянуть костюм.
— Испачкаем внутри — чистить сложнее будет, — он и сам понимал, что дело не простое.
— Давай с тебя рубашку снимем, я оботру и на голое тело наденем. Так же не поедешь? Холод снаружи.
— Да больше вариантов и нет, — он рывком стянул рубаху и поиграл мышцами, вгоняя меня в лёгкий ступор. Ну не привыкла я к виду столь шикарного мужского тела.
Ручки так и хотели ощупать там всё. Но я держалась.
Я — скала! Кремень!
Обойдя катер, открыла багажник. Были у них там специальные полотенца, ещё с экспедиции сестры оставались. Найдя нужную пачку, обрадовалась и показала её своему оршу.
Ещё минут пять я пыталась стереть ну хотя бы не застывшую часть белка. Вонь стояла убийственная.
Сероводород.
— Прости, что тебе приходится со мной возиться, — пробормотал Маэр, послушно подавая мне чистые маленькие полотенца.
— Да ладно, у нас выбросы на Церере — обычное дело. И похлеще нюхала. Просто подзабылось за два года, что с вами живём. Но отмывать тебя придётся.
Я вздохнула, потому что шелушащейся тонкой плёночки на его коже меньше не становилось. На волосы сзади вообще лучше было не смотреть.
— Поехали на корабль. Пусть эти двое здесь сами заканчивают, — бросив полотенце, я принялась натягивать на него костюм. Сделать это на голое тело было сложнее. И всё же я закрепила на нём все липучки и подняла голову.
Маэр странно смотрел на меня. Было в его взгляде что-то такое, отчего сердце дрогнуло.
Пытаясь заглушить смятение, вопросительно приподняла бровь.
— Ты просто в прах обратил все мои представления о женщинах, Ками.
— И что это значит? — я прищурилась, пытаясь сообразить, о чём он вообще.
— Это значит, что ты... — он выдохнул через нос, не договорив.
Его планшет ожил.
Взглянув на экран, он поднял голову и уставился куда-то вглубь теплицы.
Наши хозяйственные хроны уже катили здоровую магнитную платформу, на которой стояли ящики раза в два больше, чем те, что у нас на клипере. Сбоку были приставлены бидончики с ягодой и лотки с яйцами.
— Вместе летим, — Маэр им махнул.
Через несколько минут мы уже распихали мелкую тару по багажникам, оставив только овощные короба. Сцепив их как следует, закрепили платформу к катеру Кирра.
— Скидку выбил? — тихо спросила у Ари.
— Обижаешь, подруга. Тридцать процентов на ящики, пятьдесят — на всю ягоду, а яйца задаром. Даже какое-то страусиное прихватил.
— Умница! — похвалила его и, нарвавшись на недовольное выражение своего орша, поспешила к нему.
... Катера мягко скользили над металлической поверхностью платформы станции. Путь нам подсвечивали габаритные огни стоящих у причалов кораблей.