Завещание на любовь (СИ)
Кидаю Мер на сиденье, а сам сажусь между ее ног. Мередит покусывает мои губы с таким напором, что, кажется, у меня вот-вот пойдет кровь. Дыхания не хватает. От жарких поцелуев в машине заканчивается кислород. На лбу Мер выступает испарина. Задираю толстовку девушки до шеи и вижу, что она без бюстгальтера. Ее великолепные сочные груди соблазнительно поглядывают на меня. Идеальные коричневато-розовые соски сморщились и затвердели. Мередит хочет меня не меньше, чем я ее. Член каменеет и упирается в ткань штанов. Сжимаю обеими руками ее сиськи, опускаюсь, всасываю один сосок, прикусывая его, а затем принимаюсь за второй. Я бы остановился здесь надолго, но мне хочется оказаться в ней как можно быстрее. Облизывая груди Мередит, расстегиваю пуговицы на ее джинсах, стягиваю их с ее бедер и откидываю на переднее сидение. Не глядя вниз, накрываю ладонью ее киску и рычу.
Она. Без. Чертовых. Трусиков.
— Какого хрена ты без белья? — цежу я.
Теплое и влажное лоно так и умоляет меня. Провожу языком от ложбинки до киски и всасываю клитор в рот. Мер закатывает глаза от удовольствия и оттягивает мои волосы назад.
— Трусики ты порвал, а в остальном я слишком торопилась, убегая от преступника, — чуть прикусываю маленький комочек нервов, и Мередит вскрикивает. — Боже, Маркус!
Спускаю свои штаны до колен, высвобождая возбужденный член, и резко вхожу в нее. Мне почти больно от того, насколько я хочу Мер. Кажется, я взорвусь прямо сейчас, и вся моя доблесть стойкого мужчины исчезнет. Киска Мередит обволакивает меня прочно, как перчатка. Мер морщится, но не останавливает меня. Ее первый раз (точнее будет сказать: первые разы) был совсем недавно, и ей может быть дискомфортно. Растираю ее клитор, чтобы тело Мередит могло легче меня принять. Без презерватива она ощущается просто невероятно. Горячая, идеальная.
Блять, я без презерватива.
— Мер, я забыл… — чуть опомнившись, произношу я.
Девушка вцепляется ногтями в мою спину, заставляя остаться в ней.
— Я на противозачаточных уже несколько лет, бабушка всегда говорила, что я буду их пить, чтобы не повторить беременность мамы в подростковом возрасте.
Логика в этом определенно есть.
Когда Мер привыкает к моим размерам, я начинаю двигаться. Напористо, жестко вдалбиваясь в нее. Поднимаю ее ноги к потолку, разведя их в стороны, и вхожу до упора. Мередит царапает мою спину по старым шрамам, словно точно знает, где они. Наши дыхания сливаются воедино, ее сладкие стоны заполняют пикап. Светлые локоны липнут к лицу Мер и путаются. Она невообразимо красива.
Этот раз совсем не похож на нашу ночь. Сейчас секс грязный, жесткий. Черт, да мы на гребаной обочине! И шанс быть увиденными лишь подстегивает неистовую жажду и обостряет все ощущения. Я что-то разбудил в ней. Нечто, о чем она и не подозревала, и это волнует меня до чертиков. Мередит Ван дер Меер, которую я встретил в марте, ни за что бы не сказала ни про секс, ни про то, как кто-то трахается. Ее язычок способен на многое.
Первой кончает Мер, а через несколько секунд до пика дохожу и я. Я не насытился.
Когда девушка обретает силы вновь двигать конечностями, спрашиваю у нее:
— Хочешь попробовать кое-что новое?
Мер лишь кивает. Смахиваю пот с наших лиц, сажусь на сидение и хлопаю по коленям. Мередит неуверенно косится на меня, но все-таки поднимается и садится сверху. Ее сиськи оказываются перед моим лицом, и член отзывается желанием, вновь готовый работать. Беру Мер за обнаженные бедра и насаживаю на себя. Девушку выгибается ко мне навстречу, громко и прерывисто стонет и впивается в мой рот, сплетая наши языки в танце. Хотя скорее в жестокой схватке.
— Лучше держись за что-нибудь, — советую ей в рот.
***
Мне не хотелось отпускать Мередит из своих объятий, но мы должны были вернуться на разных машинах. Дожидаюсь, когда девушка припаркует спорткар Кайла рядом. Она выходит из автомобиля медленно и слегка качается, нетвердо стоя на ногах. Я ухмыляюсь, за что получаю гневный взгляд, а щеки Мередит заливаются пунцовым румянцем.
— Не смотри на меня так, — шипит она, сдерживая улыбку.
— Как «так»? — невинно уточняю я.
— Это ты виноват, что я едва стою на ногах! — Мер оглядывает спорткар. — Как объяснить Кайлу сломанную фару?
Пожимаю плечами и подталкиваю ее к дому. Сын, думаю, еще спит, поэтому про аварию мы успеем сочинить правдоподобную историю. Кайл дорожит своей помпезной тачкой так, словно она его ребенок. Для него дороже только коллекция палочек персонажей "Гарри Поттера" и шарф Гриффиндора. Конечно, повзрослев, он начал говорить, что ему больше подходит Когтевран, но я-то знаю его настоящую любовь. Черт, да все его любимые персонажи учились на Гриффендоре. Я даже смогу назвать парочку.
— Скажи ему правду. Ты сошла с ума.
— Тебе надо устроить еще один раунд в пикапе, сукин сын! — ворчит девушка.
— Миледи, а вам надо перестать ругаться, или я вас отшлепаю, — тихо предупреждаю ее, пропускаю внутрь.
— Если уж на то пошло дело, я только и буду сквернословить, — Мередит заливается смехом.
Мы на цыпочках пробираемся на кухню, улыбаясь, как два идиота. Два идиота, у которых был потрясный секс. Мы ни словом не обмолвились о ее попытке застрелить меня и о преступлениях, за которые меня можно хоть сейчас отправить в тюрьму и лишить компании отца. К сожалению, мы вернемся к этому разговору, но надеюсь, это случится нескоро.
Нужда в кофе пересилила желание пойти отоспаться или хотя бы нормально одеться. Зайдя в кухню, я теряю все свое прекрасное настроение, потому что за столом сидит Кайл, а напротив него нарезает круги Лекси. Сестра Лу бежит к Мередит в объятия, а сын смотрит на нас с подозрением.
Времени на правдоподобную историю все-таки нет.
Глава 19
Мередит
Волосы растрепаны, одежда набекрень, щеки горят, между ног влажно и немного больно после секса. Просто сумасшедшего секса. Маркус успел застегнуться, поэтому Лекси и Кайле не видят следы нашей страсти на его груди. Если кто-то из них поймёт, что между нами произошло, объясняться придётся долго.
Лекси цепляется на мою шею и визжит:
— Кайла рассказал про пожар. Я так рада, что ты не пострадала!
Ох, точно. Маркус так сильно вымотал меня, что я успела и забыть про то, что вся моя комната превратилась в пепел. Подруга сжимает меня в своих объятиях, и я невольно стону, схватившись за бок. Кроме полученного при аварии удара я не очень хорошо выгнулась, и, когда мы с Маркусом увлеклись, оба упали. Это не прошло мимо Лекси.
— Тебе больно? — продолжает она тараторить. — На тебя что-то упало?
— Нет, — бросаю мимолетный взгляд на Маркуса. Думаю, самое время сознаваться, но я паршиво вру. Точнее я вообще полный ноль в этом. Вранье — это спонтанность, а мне всегда нужен строгий и четкий план. — Я захотела свежий хлеб на завтрак и поехала в магазин на машине Кайла, но автомобиль занесло…
Лицо парня бледнеет, и через секунду младший Монтгомери бежит к своей ласточке, сверкая пятками. Оглядываюсь на Маркуса и вижу, как он закатывает глаза. Живот начинает крутить: мужчина напоминает мне, что мой расписанный на каждый месяц жизненный план пошел коту под хвост. Опасность, незнание и риск не для меня, однако Маркус — воплощение всех этих качеств, а от него мне подальше держаться совсем не хочется. Опьянение после секса проходит, голова начинает мыслить здраво, но сердце я убедить не смогу. Оно терзается сомнениями, не знает, стоит ли доверять Маркусу, пусть и тело уже давно перестало слушаться.
Кайл возвращается без настроения, держась за сердце, и я получаю укол от своей совести. Лекси повторяет за Маркусом и раздраженно закатывает глаза. Парень, конечно, драматизирует, но все же это его автомобиль, а я его разбила.
— Кайл, прости, пожалуйста, — бормочу, сделав шаг в его сторону. Он выглядит очень разбитым. — Я оплачу ремонт фары…
Осекаюсь, потому что фактически его оплатит Маркус.