Завещание на любовь (СИ)

Тогда я почему-то не придал этому значения. Очень и очень зря.
  
Глава 16
 
Мередит
Маркуса нет, Кайл уснул ещё в полдень, поэтому сейчас самое время для открытия ящика Пандоры. Закрываю дверь и подпираю ее стулом. В закромах нахожу папку с документами, найденными моим дедом, и флэшкой, включаю ноутбук, подключив к нему наушники, и набираюсь сил. Что я там увижу? Ставлю сотку на то, что я пожалею. Черт возьми, была не была.
На флэшке оказалось две папки: «Маркус» и «Рука Господа». Открываю документ с волнующим меня именем и вижу одно единственное видео. Стоп-кадр уже вызывает у меня рвотный позыв, но я все же включаю ролик.
Особняк Монтгомери, Хэмптонс, 20 лет назад
Мальчик не плачет: слезы закончились еще в первые сутки пребывания в подвале. Он не может сдвинуться с места. Руки скованы цепями, чтобы он не сбежал. Но даже если бы он хотел это сделать, то попросту не смог. Пальцы мальчика сломаны на руках и на ногах, колени выбиты, а из-за потери крови перед глазами все плывет.
Маркус раскачивается из стороны в сторону, пытаясь согреться. Но пока пол не станет теплым, у него это не получится. Маркусу хочется исчезнуть, испариться в воздухе. Он унижен, сломлен и уничтожен. Никто его не спасет, потому что всем на него плевать. Друзья предали его, брат покинул, а отец… отец убивает его, приходя каждую ночь в подвал.
Дверь открывается, и в помещение входит Квентин Монтгомери. Маркус не хочет подавать виду, но он все еще боится. Мальчик открывает Библию и зачитывает вслух:
— И земля осквернена под живущими на ней, ибо они преступили законы, изменили устав, нарушили вечный завет.
— Отрезвитесь, как должно, и не грешите, ибо, к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога, — ледяным тоном говорит Квентин.
Мужчина закатывает рукава и подходит к шкафу, над которым висит серебряный крест. Квентин благоговейно опускает взгляд перед распятием и достает из ящика нож и пистолет. Обычно он истязает свое чадо кинжалом, но сегодня он берет старый кольт с позолоченной гравировкой. Мужчина выходит под свет луны и направляет дуло на сына, сняв пистолет с предохранителя.
«Вот и все,» — подумал Маркус.
Конец страданиям. Конец одиночества. Конец всего.
— Ты не будешь молить меня о милости? — спрашивает Квентин. Маркус отрицательно качает головой, и его отец опускает оружие. Он подходит близко к мальчику и гладит его по голове, как щенка. Так же оскорбительно. Его жест совсем не проявление ласки, он хуже пореза ножа. — Хороший мальчик. Осталось немного. Мы излечим твои грехи.
Квентин убирает пистолет и нож. Сегодня ему не нужно оружие. Мужчина стискивает волосы Маркуса в кулак, поднимает его голову и наносит удар по лицу. Квентин не жалеет сил и свои руки. Он бьет так сильно, что за считанные секунды глаз Маркуса плывет, кожа на брови рвется, и по лицу стекает кровь, капая на тело и пол.
Это была последняя ночь в подвале, но мальчик будет страдать еще много месяцев от физической боли, а от воспоминаний — долгие годы.
Вырубаю видео, чтобы не видеть это. Уверена, что Библия не подразумевала такое зверство. Мое сердце болезненно сжимается. Гнев и сочувствие захлестывают меня. Почему дедушка не отправил это видео в полицию и не посадил отца Маркуса в тюрьму? Глупый вопрос: от всего можно откупиться. С адом Маркус не преувеличивал. Теперь в моих глазах он не просто сильный мужчина — он боец и выживший. Маркус спасся, смог воспитать сына и построить собственный бизнес. Он смог все, и жалость не потерпит. Я не должна плакать по сломленному мальчику, но рыдания вырываются наружу вместе со всхлипами. Прикрываю рот руками, чтобы Кайл ничего не услышал, и открываю папку «Рука Господа». Руки дрожат, дышать безумно тяжело, но я обязана узнать все.
Дедушка был самым убежденным атеистом, как и все его окружение. Мистер Нолан всегда кривился при упоминании Бога, так что во второй папке точно не проповеди и не отрывки из Библии. Если честно, у меня ощущение, что это какое-то очень знакомое название. Открыв документы, я понимаю, где слышала про «Руку Господа». Первый файл — статья из газеты, выпущенная за два года до моего рождения, с подчеркнутыми строчками.
 
«Религиозная организация «Рука Господа», устроившая в сентябре теракт в Лондоне, взяла на себя ответственность за взрыв нью-йоркского офиса компании «Кинг КОНСАЛТИНГ» и пообещала нанести повторный удар, если «короли» не покаются».
Террористы. Что за чертовщина? Почему здесь террористы? Открываю следующую статью из журнала «Бизнес сегодня», напечатанную за годом раньше, чем первая, и начинаю видеть связь.
«Квентин Монтгомери потерпел поражение: «короли» отказались от сделки с бизнесменом».
Одна и та же компания, но вот кое-что остается непонятным. Файлы на флэшке должны доказать виновность отца Маркуса в чем-то, а пока это лишь намеки на связь Квентина с террористами-фанатиками. Листаю дальше — на экране появляются четыре некролога. Все усопшие работали в компании «Кинг КОНСАЛТИНГ», а один из погибших — сам Лукас Кинг, генеральный директор. Все сотрудники умерли либо из-за несчастного случая, либо из-за самоубийства в подозрительно короткий срок. Что, если все было подстроено, чтобы навредить компании? Потеря четырех сотрудников на правящих должностях не может пройти бесследно.
На следующем файле видео-обращение главы «Руки Господа». Мужчина с аккуратной бородой и абсолютно спокойным взглядом рассказывает полную чушь. Говорит, что Бог его руками выжигает опухоли нашего мира: атеистов, людей другой веры, геев, лесбиянок и всех, кто развлекается в неугодных им местам, то есть везде кроме храмов. Взгляд мужчины с каждым его словом становится все более пугающим. Карие глаза темнеют и сужаются, а в уголках появляются морщинки. Надолго меня не хватает, поэтому переключаюсь на последний документ. Мое лицо вытягивается, и, кажется, я ахнула во весь голос. Мужчина, чей бред я слушала секундой назад, по-дружески пожимает руку Квентину Монтгомери. Фотография сделана исподтишка в каком-то роскошном кабинете.
Ищу в гугле отца Маркуса. Кроме информации о его компании и наградах нахожу фотографию автокатастрофы, в которой погиб Квентин. Он умер пятнадцать лет назад, но доказательства, связывающие его с террористами, собраны уже после его смерти. Что-то здесь не сходится. Зачем дедушка хотел доказать виновность мертвого человека даже в таких ужасных поступках? Мой взгляд падает на флешку. На ней выцарапано одно слово — Бразилия.
Беру распечатки и ахаю. Переводы сделаны за месяц до смерти дедушки и бабушки, менее пяти лет назад. Если Квентин мертв, то кто пытался за него откупиться за убийство главы компании и по совместительству за убийство отца братьев Кинг? Зачем кто-то вывел деньги на подставные компании в Южную Америку сделаны за несколько дней до автокатастрофы с Квентином Монтгомери?
Собираю всю картинку в мыслях. Голова уже гудит. Квентин хотел заключить некую сделку с «королями», но получил отказ и начал работать с «Рукой Господа». Затем кто-то постарался уладить дела с наследниками империи. Но обвинения бывшего владельца компании семьи Монтгомери навредили бы Маркусу, а дедушка точно хотел обратного. Это не просто несостыковка — это огромная пропасть между фактами. Не хочу даже думать о существовании такой возможности, но если Маркус причастен к этому? Что, если дедушку и бабушку убили не грабители, а «Рука Господа» из-за старой дружбы с Квентином? Нет, это полнейший бред. Маркус ненавидел своего отца и уехал в конец географии не просто так, хотя в то же время он винил моих родителей в случившемся. Ему могло стать стыдно за содеянное, поэтому он взял меня к себе. Мне нужно с ним поговорить: я должна убедиться, что у меня паранойя на фоне того, что я только что узнала. Снимаю наушники и захлопываю ноутбук. Кто-то хлопает входной дверью — Маркус. Очень и очень вовремя. Выхожу из убежища и бегу к нему. Конечности дрожат, перед глазами мелькает избитый Маркус.