My Obsession (СИ)
========== Недостающий опыт ==========
Мысль о том, что он хочет Мадса, впервые четко оформилась у Дэнси после очередного рабочего совещания, которые Фуллер проводил два раза в месяц. Они сидели в маленьком конференц-зале, который арендовывали каждую вторую и четвертую среду месяца, за вытянутым круглым столом, заваленным бумагами со сценарием, соглашениями, записными книжками и ручками. Здесь был весь основной состав их съемочной группы, и за два часа бесед и споров тесное помещение превратилось в удушливый ад. Хью давно выпил свою минеральную воду и теперь не без зависти посматривал на все еще закупоренную бутылку Мадса, который сидел почти напротив него, как раз рядом с продюсером. Как говорится, ничто не предвещало беды…
- Мы так и не определились с тем, какой поворот в отношениях Уилла и Ганнибала ожидает зрителей в конце сезона, - Брайан совершенно не выглядел изможденным и уставшим, как весь остальной каст. Разве что Миккельсен тоже казался свежим, но это можно было объяснить некоторой отстраненностью и непривычной молчаливостью датчанина - сегодня он почти не участвовал в обсуждении.
- Что уж там, давайте вообще сыграем их свадьбу, - хохотнул сценарист Джефф, - Вот это будет поворот!
Хью лишь криво улыбнулся, Мадс, казалось, вообще не слушал - его взгляд был прикован к окну. “Наверное, тоже хочет на волю”, - подумал Дэнси.
Фуллер внезапно щелкнул пальцами, привлекая всеобщее внимание:
- Шутки шутками, но не перейти ли нам уже через границу броманса? - исполнительный продюсер окинул присутствующих торжественным взглядом, - Раз уж мы решили “срастить” персонажей Уилла Грэма и Клариссу Старлинг?
Что-то внутри Хью екнуло. Он бросил чуть испуганный взгляд на коллегу. Мадс лениво, будто сонный кот, перевел взгляд на Брайана.
- А канал позволит ввести линию с эм… нетрадиционными отношениями? - спросил Майкл Кесслер, как и большинство присутствующих, не вполне понимавший, шутит сейчас Брайан Фуллер или нет.
- С каналом всегда можно договориться, - весело отмахнулся создатель сериала, - Главное, правильно подать это блюдо.
Тут Фуллер подмигнул Мадсу-Ганнибалу.
- Здесь придется постараться, - негромко заметил датчанин, - Подготовить зрителя, провести мониторинг ситуации. Нужно действовать крайне аккуратно.
Хью почувствовал, что краснеет. Они и раньше иногда затрагивали тему “неоднозначных отношений Ганнибала и Уилла”, но в прошлые разы это было всегда в шутку. А теперь они на полном серьезе обсуждают переход отношений их персонажей на романтическую, даже сексуальную стадию. И, похоже, Мадс не против.
- А что думает наш бесстрашный профайлер? - Фуллер повернулся к нему. Двадцать пар глаз впились в Хью. За те несколько секунд, что были отпущены ему на размышление, перед его мысленным взором пронеслись все картины, в которых он снимался. Естественно, он вспомнил и “Дикую грацию”, но там все было совсем не так… Ему даже не пришлось целоваться с тем некрасивым мальчишкой. Эдди Редмэйн, кажется. Похоже, напрасно он надеялся, что опыт роли гомосексуалиста обойдет его стороной. Взгляд Дэнси беспомощно скользил по уставшим лицам коллег, задержавшись на Миккельсене. Датчанин смотрел прямо на него, его темные глаза казались почти черными, а жестко очерченные губы вдруг тронула легкая усмешка.
- А почему нет? - внезапно для самого себя поддался на провокацию Хью. Все еще не разрывая зрительного контакта с коллегой по съемкам, он добавил: - Я считаю, их отношения вполне можно изобразить и с этой точки зрения, по крайней мере, я говорю про своего персонажа. Со своей же стороны я могу гарантировать, что смогу это сыграть. Что бы вы там не решили показать.
- Ммм, и постельную сцену? - Фуллер улыбнулся во все тридцать два зуба. Все вокруг зашумели, послышались смешки и комментарии вполголоса.
Хью чувствовал внутри неясное волнение. Раньше такого не случалось, работа всегда была просто работой, он никогда не принимал ее так близко к сердцу. Но последнее время с ним что-то происходило. Он понимал, что Фуллер уже точно прикалывается, но мозг его был опустошен, он не знал, что ответить, как пошутить в ответ. Все вокруг переговаривались между собой, и лишь Мадс неотрывно смотрел на него, спокойный, расслабленный, с чуть ироничной улыбкой, играющей на тонких губах. Впервые за вечер датчанин взял в руки минералку, лениво отвинтил крышку и сделал глоток воды. Хью сглотнул вместе с ним, чувствуя внутри неясное щекочущее чувство.
- Малышу-Хью опыта не хватит для постельной сцены, - с улыбкой Миккельсен повернулся к Фуллеру.
Дэнси буквально вспыхнул. Но момент был упущен, Брайан одобрительно хлопнул Мадса по плечу, что-то прокомментировав по поводу его роли в фильме “Всё кувырком”, а затем разговор перешел в другое, более безопасное русло.
Когда спустя двадцать минут их наконец отпустили по домам, Хью более-менее восстановил душевное равновесие. Но он все еще чувствовал себя разбитым. Гнетущее чувство, что-то среднее между тоской и раздражением, грызло его изнутри, и он никак не мог его побороть. В последнее время он уже всего от себя ожидал: у него случались перепады настроения, ему то хотелось уйти в запой на неделю (и он напивался в баре), то он неделями никуда не выходил по вечерам, коротая время за тупыми ток-шоу по телевизору. Его могла смутить такая мелочь, как развязавшиеся шнурки, он легко раздражался, когда, например, они долго не могли отснять какую-нибудь сцену, особенно если причиной тому были, как говорил Фуллер, “обстоятельства природного характера”, имея в виду “несговорчивость” актеров-собак. Он редко созванивался с Клэр, а когда это и случалось, их разговоры неизменно заканчивались упрекам и бросанием трубок. Особенно Дэнси задевали ироничные замечания супруги, что “у ее нежного муженька просто затянувшийся ПМС”. Старый приятель же вынес куда более реалистичный вердикт - кризис среднего возраста.
- Его так просто не преодолеешь, Хью, - сказал этот приятель как-то в баре за очередной кружкой Carlsberg, - Тут нужна какая-то перемена, какой-то толчок. Вот чего тебе хочется? Машину? Дом? Новую работу? Может, отправиться в путешествие?
Тогда Хью еще не знал ответа на этот вопрос.
Или знал, но просто не желал себе в этом признаваться.
Когда Дэнси после совещания шел по парковке к своему саабу, его внезапно нагнал Миккельсен.
- Что-то Брайана сегодня понесло, - произнес датчанин, закуривая.
Хью покосился на сигарету в руках друга. Сам он не курил. Никогда. Даже не пробовал. Но сейчас невыносимо хотелось закурить. Желание было настолько сильным и внезапным, что кровь вновь прилила к щекам британца.
- Не думаю, что он все это серьезно, - только и буркнул Хью, поглубже засовывая руки в карманы куртки. На улице дул пронизывающий ветер.
- Как знать, - усмехнулся Мадс. Он выдохнул горький дым, снесенный порывом ветра прямо в лицо Дэнси. Хью глубоко вдохнул, вбирая в себя этот запах. Запах Мадса.
- Хотя я считаю, для тебя это было бы неплохим опытом, - вдруг сказал Миккельсен.
Дэнси чудом не запнулся. Сердце забилось учащенно и как-то болезненно.
- Почему это? - может, слишком резковато спросил он.
Датчанин повернулся к нему:
- Я заметил, что ты напрягаешься, когда речь заходит о ганнигрэме…
- О чем?
- Ну, о развитии отношений наших персонажей в “больше, чем друзья”. Я знаю, что у тебя еще не было опыта подобных… сцен. В них нет ничего страшного, зато ты преодолеваешь свои сомнения, своих внутренних демонов, повышаешь свой профессионализм как актера…
- То есть я не достаточно профессиональный с твоей точки зрения? - огрызнулся Хью.
Мадс остановился. Они как раз поравнялись с его тойотой.
- Вот об этом я и говорю, - датчанин сделал последнюю затяжку, а затем щелчком отправил окурок в кусты, - Почему тебя так задевают эти разговоры?
- Они меня не задевают. Мне все равно. Работа есть работа. Я просто очень устал, - Дэнси не знал, как побыстрее закончить этот разговор. Конечно, Миккельсену было далеко до гениального психоаналитика Ганнибала Лектера, но все же он безошибочно ткнул в больное место. Еще немного, и Хью расколется, что сцены с Мадсом даются ему все труднее. Что голова странно пустеет, когда датчанин смотрит ему прямо в глаза. Что запах сигарет стал ему приятнее запаха свежескошенной травы. Или духов Клэр. Что по утрам он думает не о сценах, которые ему предстоит отыграть, а о том, как он будет их отыгрывать бок о бок с Миккельсеном. Броманс помогает. Потому что смятение Уилла, его подавленное влечение к доктору Лектеру - это отчасти чувства и самого Дэнси.