Изгой. Дикарь

Она встала и начала ходить по комнате. Возможно, Майкл прав: им нужно просто уехать. Теперь, когда два человека так близки к раскрытию их тайны, они не в безопасности.
– Ты сам создал это правило, Макс. И заставил нас всех поклясться, что мы никогда никому не скажем, помнишь? – спросил Майкл.
Изабель слышала напряжение в его голосе. Он казался почти таким же испуганным, как и она.
  
– И ты был прав, – продолжил Майкл, – потому что в мире есть люди, которые выследят нас и убьют, если узнают о нашем существовании.
Изабель услышала, как к дому подъехала машина.
Она повернулась к Максу.
– Это происходит, радуйся! – выплюнула девушка ему в лицо. – Валенти уже приехал за нами. Что будем делать?
  
Глава 3
 
Майкл вскочил с кресла и побежал в прихожую. Быстро взглянул в узкое окно рядом с дверью.
– Это не Валенти, а Лиз.
Изабель оперлась о стену и закрыла глаза. Макс почувствовал волнение: он никогда раньше не видел младшую сестру в такой истерике. Но сейчас у него не было времени с ней разбираться. Стоило сосредоточиться на Лиз.
Он распахнул дверь прежде, чем девушка успела нажать на звонок. Она подпрыгнула от удивления, но быстро пришла в себя и посмотрела прямо ему в глаза.
– Ты сказал, что позже все объяснишь. Это «позже» настало. – Лиз скрестила руки на груди и продолжила смотреть на него. Очевидно, она не собиралась уходить без объяснений.
Макс вздохнул. Он знал, что Изабель с Майклом и так уже готовы убить его, но что еще он мог сделать? Лиз, должно быть, напугана больше всех: она почти умерла.
– Заходи, – сказал он ей, проигнорировав стон Изабель. – Пойдем в мою комнату. Майкл и Изабель собирались… посмотреть фильм.
Ребята промолчали. Они просто стояли и смотрели на Лиз. «Если бы они могли, то сейчас стреляли бы смертоносными лучами из глаз», – подумал Макс. К счастью для Лиз, у них не было такой силы.
Макс провел ее в свою комнату и закрыл дверь.
– Э-э-э, присядь. Хочешь чего-нибудь выпить? – Макс собрал с пола охапку грязной одежды и забросил ее в шкаф. – У нас есть содовая, сок и эти энергетические напитки, которые любит Изабель. И, может, что-нибудь еще.
– Нет, все нормально. – Лиз присела на кровать.
Макс присел было рядом с ней, но потом передумал, отодвинулся и облокотился на комод. Он фантазировал о том, как Лиз Ортеко окажется в его спальне, проигрывая все возможные варианты. Но никогда не представлял такую ситуацию.
– Итак, – сказала Лиз, теребя серебряный браслет-косичку на запястье.
– Итак, – повторил Макс.
Аура Лизы стала светлеть. Но не вернулась к обычному теплому, насыщенному янтарному цвету, а была болезненно-желтой. «Какой она станет, когда я расскажу правду о себе? – подумал он. – Права ли Изабель? Лиз подумает, что я какой-то отвратительный мутант?»
Если это так, то плевать на остальное. Кого волнует, если его схватят и будут ставить на нем эксперименты? Ничто не может быть хуже того, что Лиз будет смотреть на него и видеть ужасное существо, которого нужно бояться.
Макс знал, что ему стоит что-то быстрее сказать, но не знал, с чего начать.
Лиз крутила браслет вокруг запястья. «Боже, она и так уже нервничает, а я тут стою и пялюсь на нее», – подумал парень.
– Так, э-э-э, как ты себя чувствуешь? – спросил он.
«Как ты себя чувствуешь? Что за глупый вопрос?» – тут же одернул себя Макс.
– Меня все еще немного трясет, наверное, – ответила Лиз. – Но это же нормально? В моем теле, скорее всего, носится адреналин и умирает от безделья. Словно я выпила слишком много кофе.
– Ага, – сказал Макс. – Я… В детстве меня чуть не сбила машина. Мое сердце не могло успокоиться где-то с час. Я ехал на велосипеде. Не знаю, сколько мне было лет, но я еще находился в том возрасте, когда клеить игральные карты на спицы считалось крутым, так что…
– Макс, давай просто остановимся. Мы оба несем чушь, – прервала его Лиз, сделала глубокий вдох и продолжила: – Я всем соврала, как ты меня и просил. Но мне нужно знать, что в действительности произошло.
– Ладно. Ты права. Больше никакой чуши. Чушь здесь под запретом. Никакой…
– Макс!
– Ладно, ладно. Но, прежде чем я начну… у меня никак не получится убедить тебя поверить в историю с кетчупом, да? – спросил он.
Лиз издала смешок.
– Я так не думаю. – Она поправила кофту, заправленную в джинсы.
Что она творит? Во рту у Макса пересохло. Он попытался сохранить нейтральное выражение лица.
Лиз медленно подняла кофту, обнажая живот. Макс шумно выдохнул, когда увидел два блестящих серебряных отпечатка. Это были следы его рук.
– Конечно, они появились здесь не из-за бутылки с кетчупом, – сказала Лиз и взяла его за руку. Макс застыл. Что ему делать? Чего она от него ждала?
Лиз долго смотрела ему в глаза, а потом притянула руку Макса к животу, положила ее на серебряный отпечаток, аккуратно расположив все пальцы.
«Чувствует ли она мою дрожь?» – подумал он. Когда Макс лечил ее, он был так сосредоточен на растворении пули и закрытии раны. Но теперь… он очень даже ощущал кожу Лиз – она была мягкой, гладкой и теплой под его ладонью.
Макс сел рядом с Лиз. Она все еще прижимала его руку к своему животу.
– Ты это сделал, Макс, – сказала она голосом, полным эмоций. – Ты спас мою жизнь. Как?
Он медленно убрал руку. Лиз опустила кофту.
– Не знаю, с чего начать, – признался он.
– Просто расскажи мне. Что бы там ни было, просто расскажи, – повторила девушка.
«Это Лиз», – напомнил себе Макс. Они вместе учились в школе с третьего класса. Если бы ему нужно было выбрать одного человека, чтобы рассказать ему правду о себе, он бы выбрал Лиз. Ей всегда было не наплевать на мир, на людей. «Так сделай это», – подумал он.
– Ты же знаешь, что меня усыновили, не так ли? – спросил он.
– Ага. – Лиз выжидающе смотрела на него.
– Мои родители – настоящие родители – погибли.
– О боже, Макс. Это ужасно, – ответила девушка. – Я не знала. Ты что-то помнишь о них?
Типичная Лиз. Она уже забыла про себя, про вопросы, ответы на которые хотела получить. Теперь она вся сосредоточилась на нем.
– Я вообще их не помню. Хотел бы, но, думаю… Думаю, я унаследовал от них силу исцелять. Силу, которую я применил к тебе.
Лиз собиралась что-то ответить, но Макс перебил ее. Он боялся, что если замолчит, то не сможет договорить.
– Мои родители погибли в Розуэлльском инциденте. Они… они не были людьми. Как и я. Вот почему я могу делать такое… ну, исцелять. Руками.
Последовала долгая неловкая пауза. Лиз отодвинулась от Макса. Когда она наконец заговорила, ее голос казался слишком спокойным.
– Я не знаю, какого ответа ты ждешь от меня, – проговорила девушка, не встречаясь глазами с Максом. – Может, начать с того, что падение НЛО, как говорят, произошло более пятидесяти лет назад, а ты – всего лишь старшеклассник. Твои родители умерли раньше, чем ты родился.
Она ему не поверила. Макс не рассматривал возможность того, что она ему не поверит.
– На борту были инкубационные камеры, и… – начал Макс, но Лиз не дала ему закончить.
– Или, может, мне просто сразу перейти к действительно большой проблеме с твоей историей – не было никакого Розуэлльского индицента. Все научные исследования это подтвердили.
Лиз встала и надела куртку.
– Знаешь, я думала, что ты мне доверяешь. Думала, расскажешь мне правду! – Ее голос звучал холодно, а в ауре появились неприятные алые пятна. Макс никогда не видел ее такой сердитой.
Он раздраженно вздохнул. Он так сосредоточился на реакции Лиз на правду, что даже не подумал о том, что она может не поверить ему. Да и кто ему поверил бы? Это словно сказать, что он – ребенок лох-несского чудовища или типа того.
  
Ему нужно было найти способ убедить ее. Если Лиз выйдет отсюда, полагая, что он над ней поиздевался, неизвестно, что она может сделать. Вдруг решит рассказать шерифу Валенти, что действительно произошло в кафе?