Изгой. Дикарь

– Ты хочешь сказать, о ее отсутствии, – прервала ее Мария.
– И мы уже обсудили мои отношения с Максом, Изабель и Алекса, – продолжила Лиз. – Остается только Майкл. Как думаешь, ему в школе кто-то нравится?
Мария вырезала слово «боль» из журнала и аккуратно обрезала края.
– Ничего об этом не знаю. Думаешь Майкл мог бы… то есть хотел бы… встречаться с человеком?
– Думаю, раньше он держался подальше от людей, – сказала Лиз, – но это было до того, как он узнал чудесных нас.
  
– Интересно, сможем ли «чудесные мы» убедить Николаса, что люди не тупые существа?
– Не уверена. Не думаю, что Майкл когда-либо думал о нас как о насекомых. – Лиз покачала головой, и ее длинные темные волосы снова рассыпались по плечам.
– У меня плохое предчувствие насчет Николаса. Я знаю, что Макс тоже беспокоится из-за него.
– Как думаешь, что Николас и Изабель делают прямо сейчас? – спросила Мария. Она накрасила ноготь на большом пальце прозрачным лаком и аккуратно уложила сверху кусочек бумаги.
– Что бы они ни делали, надеюсь, они не пользуются своей силой, – ответила Лиз. – Я не готова снова столкнуться с Валенти.
– Как думаешь, нам нужно рассказать Максу, что Изабель уехала с Николасом? – спросила Мария.
Лиз задумалась. Это могло бы стать предлогом позвонить Максу, услышать его голос, немного помучить себя… Но, если честно, он толком не мог бы ничего сделать. Никто из них не мог ничего поделать, если эти двое решили вовсю пользоваться своей силой.
– Нет, – сказала она. – То есть… они же не делают ничего незаконного.
* * *
– Хм, слова «взлом» и «вход» для тебя хоть как-то различаются? – спросила Изабель у Николаса.
– Человеческие правила для людей, – ответил тот. – Неужели ты никогда не пользовалась силой, чтобы взломать замок? – Николас обернулся и удивленно взглянул на нее через плечо.
– Кажется, в моей жизни таких проблем не возникало, – ответила она.
– Кажется, я могу это исправить, – сказал он. По его лицу медленно расползлась кривая ухмылка.
Изабель почувствовала, как желудок сделал сальто. О да. У Николаса точно все получалось.
– Сосредоточься на молекулах болта и попробуй сжать их. Уменьшить материю. Это элементарно, – объяснил Николас. Он распахнул дверь и втянул Изабель внутрь.
Здесь пахло, словно… в боулинге. Изабель не любила эту игру. Она пошла туда однажды на чей-то день рождения, когда была маленькой. Но помнила, что весь процесс выглядел отвратительно. Во-первых, требовалось надеть туфли, в которых до тебя побывали десятки вонючих ног. Даже дырки в шарах для боулинга казались грязными. В них всегда были какие-то крошки, пыль и что-то еще.
Единственная причина, по которой она находилась здесь, состояла в том, что Николас хотел пойти в боулинг, а Изабель хотела быть там, где Николас. Такое с ней происходило впервые. Парни всегда сами прибегали к Изабель. «Но Николас – не обычный парень», – напомнила она себе.
– Мне кажется, большие шары для боулинга все упрощают. Возьму эти. – Николас подошел к бильярдным столам и взял несколько полосатых шаров. Кинул один Изабель, и она удивилась тому, какой он тяжелый.
Николас потянул вверх край футболки, чтобы сделать что-то вроде сумки, и уложил туда несколько шаров. Изабель пыталась не смотреть на его живот, твердый и плоский, где четко выделялась каждая мышца идеального пресса. Николас не был слишком накачанным или долговязым – он выглядел… аппетитно.
– Давай, – прервал Николас ее размышления, затем включил свет локтем и подвел ее к ближайшей дорожке.
«По крайней мере, у бильярдных шаров нет маленьких грязных дырочек», – подумала Изабель.
Николас скинул шары на полированный деревянный пол. Потом схватил один из них и метнул его на дорожку. Кегли с громким стуком разлетелись.
«Я забыла о том, что это шумно», – с легкой грустью подумала Изабель. Еще одна чудесная деталь всей этой приятной атмосферы боулинга.
– Ю-ху-у! – прокричал Николас. – У меня страйк.
Изабель улыбнулась. Может, в некотором смысле Николас был обычным парнем. Очень мило.
– Ты же жульничал, – сказала она. – Я почувствовала, как ты воспользовался силой, чтобы толкнуть шар.
Николас сел и покачал головой, глядя на нее.
– Кто-то подшутил над тобой, – изрек он. – Почему пользоваться силой значит жульничать? Мы родились с ней. Иначе выходит, жульничество – и то, что ты выглядишь так хорошо. Ты родилась с этими волосами, этими глазами… и всем остальным.
Так, значит, он считал ее красивой. Ну, ему лучше поберечься, или он станет одним из тех парней, кто ходит за Изабель, истекая слюной. Ей очень понравилась эта идея.
– Просто Макс считает, что использовать силу опасно, – сказала Изабель. Он вбил в ее голову, что способности могут пригодиться только в чрезвычайных ситуациях. Конечно, она пользовалась ими намного чаще, но всегда испытывала вину… или что-то вроде.
Николас фыркнул.
– Макс… Максу нужно понять, что он не человек. Он никогда не станет человеком. И это очень хорошо.
Парень вытянулся на полу. Изабель ощутила приток силы, и внезапно Николас взлетел над дорожкой, паря примерно в дюйме над деревянным полом. Он сбил кегли головой и вскочил на ноги.
– Да! Может человек такое сделать?
Изабель покачала головой.
– Захочет ли человек делать такое? – спросила она.
– Тебе стоит попробовать, – Николас кивнул на дорожку, – это как уметь летать.
Летать. Одно лишь нахождение рядом с Николасом было похоже на полет. Она ощущала себя с ним совершенно свободной. Настолько же свободной и легкой, насколько скованной она ощущала себя рядом с Максом и остальными. Да, она любила их и знала, что они любят ее. Но иногда казалось, словно друзья тащат ее вниз всеми своими волнениями, чрезмерной осторожностью и осмотрительностью.
– Ты попробуешь или нет? – спросил Николас.
– Ни за что. Это еще хуже, чем сбивать пивные банки головой, просто очередное глупое человеческое занятие, – заметила Изабель. Да, она согласилась пойти в боулинг, но ей нужно было где-то провести черту. Не очень-то хорошо, что Николас все время получает свое.
– Ты ни за что не должна говорить «нет». Нужно попробовать все хоть раз, – сказал Николас.
Секундой спустя Изабель оказалась лицом вниз, паря в дюйме над полом и мчась прямо на кегли.
– Николас, нет! – заорала она. Но в тот момент, когда ее голове предстояло врезаться в кегли, Изабель резко взлетела вверх.
Николас самодовольно прошелся по дорожке и уставился на нее.
– А теперь скажи мне, что это не весело, – заметил он.
Изабель почувствовала, как ее мягко опускают на ноги.
– Ну ладно, это было весело.
На самом деле она никогда не чувствовала ничего подобного – это напоминало самые крутые американские горки в мире.
– Умираю с голоду. У них здесь есть снек-бар? – спросил Николас и направился к задней части дорожки. – Ого, да здесь есть автомат с мягким мороженым!
Он перепрыгнул через деревянную стойку. Изабель, нагнувшись, прошла под ней. Она потянулась к выключателю у автомата по продаже еды и напитков, но Николас остановил ее.
– В темноте веселее, – пробормотал он.
Изабель пожала плечами. Она в любом случае лучше видела в темноте.
– Ты когда-нибудь ела мороженое отсюда? – спросил он, а затем вдруг схватил ее за руку и потащил к автомату.
– О нет. Нет! – начала препираться Изабель. – На мне новая рубашка.
– Так сними ее, – бросил ей вызов Николас. После чего стащил свою футболку и кинул в угол.
Изабель решила стереть легкую ухмылку с его лица. Не то чтобы ее лифчик был более открытым, чем бикини. Она медленно расстегнула пуговицы, слегка дразня его – Николас это заслужил.
  
Она ощутила удовлетворение, когда заметила, как он сглотнул. «Подловила тебя, не так ли?» – подумала девушка. Хотя, скорее, один-один: вид Николаса без футболки тоже творил с ней что-то невероятное.