Изгой. Дикарь

Лиз вдруг поняла, что кто-то похлопывал ее по плечу.
– Директору нужно увидеться с тобой прямо сейчас, – тихо сказал мистер Бек. – Захвати свои вещи.
Лиз схватила рюкзак. Она знала, что все на нее пялились, пока она шла к двери. Скорее всего, они пытались понять, зачем отличницу Лиз Ортеко вызывают в кабинет директора.
Она гадала о причине, спеша по коридору. Это должно быть что-то важное.
  
Распахнув дверь кабинета, она увидела шерифа Валенти, опирающегося на длинную стойку, разделяющую комнату. Его зеркальные солнцезащитные очки скрывали глаза, а лицо, как всегда, казалось непроницаемым.
– Шерифу Валенти нужно задать несколько вопросов, – сказала миз Шаффер.
Лиз подпрыгнула. Она и не заметила, что здесь еще и директор. Все это время ее взгляд был прикован к Валенти.
– Пойдем. – Шериф оттолкнулся от стойки и направился прочь от двери. Больше он не сказал ни слова. Лиз последовала за ним по коридору, к выходу из главных дверей и на парковку. Он так же молча открыл заднюю дверь своей машины, чтобы Лиз села, забрался на водительское сиденье и завел мотор.
Лиз уставилась на затылок Валенти через металлическую решетку, отделяющую передние сиденья от задних. Она знала, что шериф играл с ней в какую-то игру, пытался запугать, и это работало. Он пугал ее. Неужели он узнал, что действительно случилось в кафе? Знал, что Макс ее вылечил?
«Заставь его рассказать тебе, что он знает, – уговаривала себя Лиз. – А сама молчи. Не начинай разговор, просто чтобы заполнить тишину. Именно этого он и хочет».
Девушка откинула голову на сиденье, пытаясь изобразить скуку. Она чувствовала, что любое ее слово, любой крошечный жест может поставить Макса под угрозу.
В машине пахло сигаретами, пластиком и чем-то медицинским. Ей хотелось открыть окно, но она сомневалась, что окна в полицейской машине опускались.
Валенти заехал на парковку маленького здания горчичного цвета на окраине города, вылез из машины и с тихим щелчком закрыл дверь. Лиз чуть ли не мечтала, чтобы он ею хлопнул. По крайней мере, тогда он был бы похож на человека. Вместо этого шериф выглядел роботом, контролирующим все вокруг. Она знала, что не сможет провести его так же, как и Элсвана Дю При.
Он открыл ей дверь и направился через парковку к зданию. Лиз вылезла из машины и догнала его. Она шла широкими шагами, чтобы не отставать; они быстро пересекли парковку и вошли в стеклянные двойные двери. Лиз не собиралась бежать в трех шагах позади, словно какой-то жалкий щенок.
Пока они шли по длинному коридору, покрытому уродливым пятнистым линолеумом, Лиз пыталась вспомнить детали истории, которую она поведала ему в кафе. Нужно было без запинки повторить ее сегодня.
Валенти резко остановился и распахнул дверь слева; отступил в сторону и дал Лиз войти первой, а потом закрыл дверь за ними.
Девушка вскрикнула: это была комната без окон. Морг. Он привел ее в морг. Лиз посмотрела слишком много сериалов про полицию, чтобы не узнать ряды металлических ящиков в стене.
О боже. Дело не в Максе. Ее привезли сюда, чтобы опознать тело. «Чье? – кричал разум. – Кто это?»
Валенти прошел мимо нее и двинулся вдоль стены. Взялся за ручку одного из ящиков и открыл его. Звук маленьких металлических колесиков, скользящих по рельсам, заставил Лиз похолодеть.
– Я хочу, чтобы ты на это взглянула, – ледяным голосом сказал Валенти.
В металлическом ящике лежало тело. Полиэтиленовая пленка покрывала его с ног до головы, но Лиз знала, что, если подойдет поближе, Валенти отвернет эту пленку – и ей придется посмотреть. Она этого не хотела. Если посмотрит, то все будет по-настоящему. Это окажется кто-то, кого она знает.
Глаза наполнились слезами. Когда умерла Роза, Лиз так и не видела ее тела. Она не смогла заставить себя, даже чтобы попрощаться. Теперь у нее не было выбора. Чье это тело? Почему Валенти просто не расскажет, что случилось?
Ноги Лиз сами повели ее к ящику. Кто там? Папа? Мама? Заставив себя взглянуть через пленку, девушка поняла: труп не принадлежал знакомым ей людям.
Раскаленная ярость накрыла ее. Она резко развернулась к Валенти.
– Как вы могли так со мной поступить? Вы позволили мне думать… – Она не смогла договорить. Если скажет еще хоть слово, то расплачется. А ей не хотелось доставлять такое удовольствие Валенти.
Шериф не ответил. Он взялся обеими руками за верхнюю часть полиэтиленовой пленки и наполовину стащил ее.
– Что скажешь о следах на теле этого человека? – Его голос звучал так, словно он вел обычный разговор и понятия не имел, что сейчас заставил ее пройти через самые страшные моменты в жизни.
Или словно ему было на это плевать.
Лиз уставилась на Валенти. Она видела собственное лицо, глядевшее на нее из зеркальных линз его темных очков, и чувствовала себя так, словно провалилась в какой-то странный сон. Ничто не имело смысла. Шериф просил ее помочь ему изучить труп незнакомца? Зачем?
– Следы, – повторил Валенти.
«Мне нужно это сделать», – подумала она. Это единственный способ выбраться отсюда. Она медленно опустила взгляд на труп. И первое, что она увидела, – два отпечатка рук на груди мужчины. Серебристые переливающиеся следы рук. Она знала, что, если положит руки Макса поверх этих отпечатков, те точно совпадут.
Если он может исцелить прикосновением, может ли он убить прикосновением?
«Думаю, теперь у меня есть ответ на этот вопрос», – подумала она. Горькая желчь поднялась в горле.
– Я… я никогда ничего такого раньше не видела, – заикаясь, сказала Лиз. Ей нужно было время на раздумья, чтобы понять, как поступить. Может, у Макса была причина убить этого парня? Возможно, этот парень напал на него. Она заставила себя посмотреть на труп. На первый взгляд мужчина был возраста ее отца. Его пустые карие глаза уставились в потолок. На лице застыла гримаса боли.
Лиз затошнило. Как можно оправдать убийство человека? Неважно, что он натворил.
– Интересно, – сказал Валенти, – потому что мой сын Кайл упомянул, что видел похожие отпечатки на твоем животе.
– Он ошибся. Это была просто временная татуировка. – Она вытащила рубашку из джинсов и подняла ее. – Видите? Никаких отпечатков. – Она снова натянула рубашку на живот.
Отпечатки понемногу исчезли. Если бы Валенти привел ее сюда на день раньше, она не смогла бы подтвердить свою историю.
– Теперь мы можем уйти? – спросила Лиз. Ее слова прозвучали словно мольба, но она ничего не могла с этим поделать.
Валенти проигнорировал ее.
– Я и раньше видел такие следы, – сказал он. – Их оставляет прикосновение определенной расы пришельцев.
У Лиз отвисла челюсть.
– Вы верите в пришельцев?
Что произошло с ее милым, упорядоченным миром, которым управляла периодическая таблица? Неделю назад единственными людьми, верившими в инопланетян, были туристы – придурки, готовые глазеть на фото расплавленной куклы. А теперь у нее были абсолютные доказательства того, что инопланетяне существовали. И шериф, мистер Ледяной Человек, говорил ей, что тоже верит в них.
Валенти поднял руку и снял солнцезащитные очки. «Не стоило», – подумала Лиз. Его глаза были холодного серого цвета и не открывали ничего из его мыслей или чувств.
– Я расскажу вам кое-что, о чем никогда не говорил гражданским, даже своему сыну, – сказал Валенти. – Но вы – умная девушка и можете мне помочь. Я – агент организации «Проект “Чистый лист”». Наша цель – отследить инопланетян, живущих в США, и убедиться, что они не угрожают людям.
Лиз смотрела на него, пытаясь игнорировать кипевшие в ней эмоции. Макс кого-то убил. Макс – инопланетянин. Макс опасен. Макс ее любит.
  
– Эта организация была создана в 1947-ом, в год крушения. В то время мы поняли, что существуют инопланетяне-пришельцы, обладающие технологиями для путешествий в другую галактику.
– Но все знают, что НЛО было упавшим метеозондом, – слабо возразила Лиз.
– Не играйте со мной в игры, миз Ортеко, – ответил Валенти. – Я знаю, что вы связались с инопланетянином. Подозреваю, он каким-то образом пережил крушение 1947 года, возможно, был еще ребенком в инкубаторе. И мне хочется узнать, что вы собираетесь с этим делать.