Графский сын. Том 1 (СИ)

Я начинаю рисовать пресс Гутенберга. Начинаю с грубого наброска его основной структуры, затем постепенно дорабатываю детали. Части, которые я не могу вспомнить, я обсуждаю с Ясеневым и Железновым, объясняя им принцип работы.
У меня нет выдающейся памяти. Мне приходится много раз повторять материал, чтобы запомнить его. Я никогда не считал себя самым умным, а скорее — самым тупым среди сверстников.
  
Чтобы догнать своих сверстников, мне приходилось работать в несколько раз усерднее. Это очень утомительно.
Я покачиваю головой и перестаю вспоминать прошлое.
Продолжаю дорисовывать свой рисунок.
Внедрение печатного станка с подвижным шрифтом навсегда изменит структуру общества. Монополия элиты на образование будет нарушена, и простые люди станут грамотнее.
То же самое может произойти с Виноградскими, но я не планирую распространять свою технологию. Я буду использовать ее только в своих интересах.
Я не хочу подвергать опасности политическое господство Виноградских.
В настоящее время мой народ — это кучка идиотов, которые верят во всё, что слышат. Они не способны различить слухи от фактов.
Если им дать печатный станок, это приведет к хаосу.
* * *
В данный момент Ренольд читает мой план по образованию. В кабинете тихо, слышно только шуршание перелистываемых страниц.
— Вы не планируете строить разные типы школ, верно? — спрашивает Ренольд.
— Нет, конечно. Сначала я начну с начальной школы, но планирую открыть ее в каждом городе, чтобы дети с семи лет могли поступать, — отвечаю я.
— Тогда начните с Мраморного. Ваш сельскохозяйственный инструмент освободил здесь много рабочей силы. Другие города еще не внедрили ваш инструмент полностью, — предложил Ренольд.
— Хорошо, возьму это во внимание, отец. Что-то еще, отец? — спросил я, ожидая, что Ричард может иметь еще какие-то замечания.
— Относительно этого печатного станка… — начал Ренольд, но я его перебил.
— Не волнуйтесь, отец, я не планирую распространять его, — заверил я его. — Я буду использовать его только в своих исследованиях и для продвижения образования. Не хочу, чтобы это привело к каким-либо непредсказуемым последствиям.
Ричард кивнул с облегчением.
— Хорошо, я рад слышать это. Если бы такая технология попала в неправильные руки, это могло бы повлечь серьезные проблемы для общества.
— Вы можете быть спокойны, отец, я обдуманно подхожу к своим изобретениям, — заверил я его.
Когда я приблизился к двери, Ренольд напомнил мне:
— Ах да, еще одна вещь. Твои занятия начнутся в следующем году.
— Да, я помню, — ответил я, выходя из его офиса. Мне действительно нужен был перерыв, чтобы отдохнуть после интенсивной работы.
Моя голова сильно болела последние несколько дней, и я чувствовал усталость от напряженной деятельности.
* * *
Солнце проникает в окно и заливает библиотеку второго этажа особняка своим светом. Всегда так тихо здесь, особенно утром, когда свежесть наступающего дня создает идеальную атмосферу для учебы.
Я брожу по библиотеке, пытаясь найти книгу, способную разбудить мой интерес. Откуда-то раздаётся скрип двери. Оборачиваюсь и вижу старика, который входит.
Его волосы и борода снежно-белые, и он заметно ниже ростом, чем большинство мужчин, с кем мне приходилось сталкиваться.
— Доброе утро, рад познакомиться, молодой господин Ренар. Меня зовут Станислав Стиврис, но вы можете называть меня «учителем». С этого момента я буду вашим наставником в течение нескольких лет. Наши занятия будут проходить пять дней в неделю, с понедельника по пятницу, — приветствует меня Станислав с улыбкой.
Он проводит некоторые проверки моей биографии и узнает об академической революции, которую я произвел своей бумагой. Когда Станислав предложил стать моим наставником, я сразу согласился.
— Мне тоже приятно познакомиться, просто называйте меня «Ренар». Я очень надеюсь, что смогу многое у вас выучить, — говорю с удовольствием. Он не выглядит как тот тип людей, который смотрит свысока на других и не признает их идей.
Мне противны такие люди. Я уже встречал их много на своем пути. Это педанты, которые всегда считают себя правыми и не могут принять новые идеи.
— Отлично!! Давайте начнем прямо сейчас. Вам нужно многому научиться. Первым делом начнем с географии, — начинает свой урок Станислав.
Я слушаю с огромным интересом.
Он рассказывает о континенте под названием Иврозия, который, несмотря на свое название, состоит из трех основных частей: материка, северного острова и юго-восточного острова.
Материковая часть простирается с северо-востока на запад и находится между империей Сидна на западе и епископством Туртазия на востоке. На востоке от епископства расположена империя Большероссия, которое граничит с двумя другими королевствами на юге — Инглу и Инглуланд.
На западе Большроссии находится Великое герцогство Киберия, а на востоке — Республика Сервия и территория Айкадир, которая ранее была частью Сервии, но была завоевана княжеством Тарлия.
Связь между Сервией и королевством Инглу проходит на юго-востоке.
Среди Сервии, Инглу и Инглуланда находится лес, славящийся обитанием фениксов.
На востоке от Инглу находится Королевство Депсария.
На северной стороне Депсарии есть два королевства: Королевство Торвия на севере и Протекторат Бакия к северо-востоку.
Протекторат Бакия также контролирует островную территорию на востоке.
Дальше на север от Торвии находится граница Ратсавмаан, а на востоке — Великое герцогство Аджана.
— Вот вам информация о материке, есть ли у вас вопросы? — обратился Станислав ко мне.
Я был ошеломлен таким объемом информации. Никогда не представлял, что на материке столько разнообразных народов. Честно говоря я даже не запомнил всё.
Увидев, что я без вопросов, Станислав продолжил свой рассказ.
На юго-востоке есть только одна империя — Винерция. Она состоит из трех островов: главного и двух меньших.
На севере же находятся только три нации: Княжество Тарлия на востоке, Объединенная Республика Фланд в центре и герцогство Камбал на востоке.
— Это все, что касается континента Ивразия. Есть еще вопросы? — снова спросил меня Станислав.
— Есть ли еще один континент помимо Ивразии? — спросил я, ведь кажется странным, чтобы на всем мире был всего один континент.
— Есть легенды о другом континенте в исторических записях, но это еще не подтверждено. Многие отправлялись в путешествия, чтобы его найти, но никогда не возвращались, — ответил Станислав.
Почему-то я сразу увидел для себя потенциал в открытии новых земель.
— Как долго текущие границы были неизменными? — поднял я еще один вопрос, ведь в отличие от Земли, в нашем мире границы меняются часто из-за войн.
— Долгое время царил мир, но все изменилось, когда княжество Тарлия напала на материк. Около 200 лет назад они захватили территорию Айкадира и продвинулись дальше в Большероссию, захватив графства Высокоградский и Фосфорное.
Империя Большероссия была почти покорена, и тогда на сцену вышел ваш предок, Ремир. Он возглавил небольшую команду, чтобы отбить город Сиразы, и у него это получилось. Затем он продолжил освобождение других городов и собрал вокруг себя все больше людей.
Из маленькой команды он сформировал мощную армию, и его стали называть героем. В конечном итоге он вернул потерянную территорию империи.
За его великие подвиги император наградил его титулом «виконт» и выдал ему одну из своих дочерей в жены, — закончил рассказ Станислав, дав мне время усвоить всю эту историю.
— Так это значит, что я связан с императорской семьей? — спросил я, ища подтверждения.
— Да, верно. Есть еще вопросы? — предложил Станислав.
— Но почему остальные нации просто наблюдали, когда Большероссию и Сервию атаковали? — не могу не задать этот вопрос.
— Многие из них такие, но не все. Они не хотели привлекать неприятности. Некоторые нации, вроде Фланда и Сидна, воспользовались ситуацией.