Иллюзия брака (СИ)

Разум между тем с удивлением отметил, что Брайен не стал со мной спорить. Он уступил с таким достоинством и легкостью, будто ему это ничего не стоило. Даже дома, в моем родном окружении, мужчины зачастую любили настоять на своей точке зрения, даже в мелочах. А тут…
Я искоса взглянула на Брайена и тут же снова торопливо отвела глаза. Его тонкие пальцы, как у музыканта, застегивали длинный ряд пуговиц на темной рубашке.
— После завтрака мы отправимся к лучшей в городе модистке, чтобы сшить вам гардероб. Сколько вам понадобится времени, чтобы собраться?
Я оперлась локтем на подушку и легла на бок. Брайен уже оделся, и теперь мне не приходилось краснеть, глядя на него. Впрочем, легкое чувство неловкости все равно осталось.
Странно. Никогда не считала себя пуританкой.
— Не более получаса.
Брайен кивнул.
— Отлично, тогда жду вас внизу. Позавтракаем и сразу поедем в город.
Я молча проводила его взглядом и только после того, как хлопнула дверь, выдохнула с облегчением. Кажется, совместная жизнь предполагает чуть больше сложностей, чем мне думалось изначально.
Слава богам, уже сегодня у меня будет своя спальня! Еще одного такого пробуждения моя гордость не выдержит.
И не только гордость…
Бежать. Бежать. Бежать.
Эта мысль рефреном повторялась в голове всю дорогу до роскошной лавки, в которой работала модистка. Ее имя мне ни о чем не сказало, но умение держаться и советы, данные исключительно по делу, — расположили меня к ней.
Миссис Картер сразу же усадила Брайена в кресло с чаем и печеньем в уютном холле, а сама вплотную занялась мною. Стоило ей услышать, что заказ будет масштабным, как ее глаза сверкнули азартом.
— Что ж, миледи, не волнуйтесь. То, что ваш гардероб потерялся в дороге, конечно, трагедия, но вполне поправимая.
По голосу миссис Картер слышалось, что та не особо поверила в легенду, озвученную Брайеном. Впрочем, ей хватало такта, чтобы удержаться от расспросов. Хлопнув в ладоши, она позвала в комнату с мягкими диванчиками и обоями в цветочек, куда мы удалились, еще двух девушек. Те занялись снятием с меня мерок.
— К вашим темным волосам и белой коже прекрасно подойдет зеленый шелк, — мурлыкала миссис Картер, перебирая образцы тканей. — Или, возможно, если хотите что-то более смелое. Как насчет алого атласа? Брюнеткам позволительна легкая дерзость!
Я невольно покосилась в зеркало на стене. В его серебристой, тщательно отполированной глади действительно отражалась темноволосая девушка — ни намека на фиолетовые пряди! Мы не проверили стойкость краски, поэтому пока я побаивалась применять свой дар, хотя у меня чесались руки это сделать. Судя по слегка насмешливому взгляду, который Брайен периодически кидал на меня, мои мучения не прошли мимо его внимания.
Неужели он прав, и я использую дар так часто, что впала от него в зависимость?
Колокольчик на двери зазвенел, извещая о новом посетителе. Миссис Картер оторвалась от каталога с образцами ткани и, извинившись, оставила меня на попечение двух услужливых девушек.
Она неплотно прикрыла дверь, и до меня донесся голос посетителя.
— Миссис Картер, мой заказ готов?
— Конечно-конечно! Держите, в первой коробке шляпа, а во второй — то, о чем вы меня просили…
В интонациях миссис Картер прорезались игривость и загадочность, из чего я сделала вывод, что заказ носит интимный характер. Мало ли, ночная сорочка особо рода или что — то в этом роде. Меня бы это не заинтересовало, если бы не одно «но»: голос говорившего мне показался знакомым.
— Я на минутку, посоветуюсь с мужем, — улыбнувшись, сказала я девушкам.
Те понятливо кивнули, и я выскользнула в холл. Делая вид, что меня вовсе не волнует посетитель, я направилась к стоящему в углу креслу, в котором расположился Брайен. Нагнавший меня в спину голос заставил вздрогнуть, а затем быстро, буквально на пару секунд обернуться. Неужели.
— Благодарю, миссис Картер. Вы — волшебница!
Так и есть! Высокий, плотного телосложения мужчина, одетый, словно франт, был мне знаком. Его суровое, будто высеченное из камня лицо с белесыми бровями и тонкими губами я бы узнала из тысячи, ведь оно уже три года снилось мне в кошмарах.
 
Это его рапира пронзила грудь Нила — моего младшего брата.
Вдох-выдох, Кейра! Вдох-выдох.
Перед глазами предстала сцена трехлетней давности — такая же яркая, как в тот миг, когда я ее увидела. Она пронзила меня, словно удар ножа в сердце.
Темное небо озарила молния, разрезавшая свинцовые тучи. На землю обрушился дождь. Позади меня полыхал магический огонь, погасить который не могли ни вода, ни песок. Языки пламени перекинулись с дома на пристройку для слуг, а дальше — на конюшню, откуда доносилось испуганное ржание лошадей. Я в ужасе обернулась. Мокрые фиолетовые волосы хлестнули по лицу.
— Не-е-ет!!!
Один из головорезов метнул кинжал в спину убегающей прочь Софи — моей горничной, которую я знала с самого детства. Словно услышав мой крик (я была слишком далеко), Нил бросился на врага с кинжалами. Что мог противопоставить боевику четырнадцатилетний мальчик, пусть и одаренный даром иллюзий? Ничего. Если бы Нил руководствовался разумом, а не чувствами, он бы не полез в драку. Но Нил всегда выбирал эмоции. В отличие от меня, он не боялся их, а смело шагал им навстречу. Как и в ту ночь, когда налетел на типа, посмевшего напасть на его возлюбленную.
Не зря мама говорила, что влюбленность погубит Нила. Иногда эмпаты оказываются неплохими пророками: слишком часто мы имеем дело с человеческой природой. Слишком хорошо знаем, на что способны люди.
Нил не успеть вступить в драку. Рапира другого негодяя пронзила его прежде, чем он успел что-то предпринять. Я не могла увидеть, скорее почувствовала, как он болезненно дернулся, чтобы затихнуть навсегда.
Софи пробежала пару метров, а затем тоже упала навзничь, убитая кинжалом боевика. Ее широко распахнутые глаза, казалось, уставились прямо на меня.
Я зажала рот руками, чтобы не закричать. Меня надежно укрывала зелень густых кустов. Бархатный черный брючный костюм, потяжелевший от воды, неприятно лип к коже, волосы спутанной мокрой гривой трепал ветер. Раскаты грома мешались с треском огня, пожирающего мой дом. И все, что я могла в тот момент сделать — это молча смотреть, даже не понимая, что плачу. Мне словно вырвали сердце: дыра в груди болела так, что мне пришлось упасть на колени: ноги не держали, я дрожала.
— Все мертвы?
Мужской окрик одного из боевиков заставил меня вздрогнуть и попятиться — дальше в кусты, к дыре в заборе, о которой знали только я и Нил. Даже слуги понятия не имели о тайном лазе. Или угодливо делали вид.
— Где старшая дочь? Кто-нибудь видел девку?
Голос — сиплый, хриплый, интонация — слегка презрительная и уставшая. Говоривший (тот, кто убил Нила) сбросил капюшон, и я вдруг замерла, стараясь вобрать в память мельчайшие детали — и белесые брови, и тонкие губы-ниточки, и грубое, ничего не выражающее лицо… Запомнить, чтобы знать, кому я могу отомстить.
Я не видела лиц остальных, но то единственное, что мне удалось рассмотреть, никогда не забуду, как собственное отражение.
И сейчас это самое отражение, словно призрак в темном, затянутом белесой паутиной зеркале, стояло в двух шагах от меня и благодарило миссис Картер за вовремя выполненный заказ.
Немыслимо!
Первым порывом было подойти и, схватив со стойки перо из чернильницы, вогнать его в шею убийцы — прямо в сонную артерию. Пусть я не умею драться, но детство, проведенное с мужчинами, тренирующимися для того, чтобы защищать себя в бою, дало многое. Например, теоретические знания, которые мне безумно захотелось проверить на практике.
Голову заполонил алый, обжигающий туман, и именно он заставил меня полностью потерять контроль над ситуацией. Я действительно шагнула к стойке — к миссис Картер, стоящей за прилавком, и убийце брата.
Мою руку перехватили на полпути, да так резко, что я не успела среагировать. Мгновение, и я оказалась прижата к груди Брайена. Возможно, со стороны это объятие выглядело страстным и нежным, но в реальности больше напоминало тиски — такие же надежные и жесткие.