Иллюзия брака (СИ)

— Леди Гарланд, меня зовут мистер Крайлер. Прошу прощения, что заявился к вам в покои, но в записке вашего мужа говорилось, что дело срочное.
Судя по выражению лица, Крайлер ожидал увидеть как минимум смертельно раненого солдата, а не относительно здоровую молодую леди прямиком из ванны.
— Боюсь, мой муж немного преувеличил срочность проблемы, — проговорила я и жестом попросила лекаря присесть. — В дороге я повредила лодыжку. Ничего серьезного, но травма причиняет мне боль.
— Что ж, тогда я понимаю волнение лорда Гарланда: женщины не должны испытывать боль. Это удел мужчин.
В памяти пронеслись сцены родов одной из родственниц, и я проглотила усмешку. Пожалуй, о боли некоторые женщины знают побольше мужчин…
Я опустилась на постель и позволила мистеру Крайлеру осмотреть больную лодыжку. Как только его пальцы коснулись обнаженной кожи я чисто рефлекторно обратилась к дару: сработала привычка, приобретенная на улице. Когда знаешь страхи и желания человека, легче понять, стоит ли видеть в нем угрозу или нет.
Сознание привычно разделилось. Часть меня отвечала на вопросы мистера Крайлера, а другая — исследовала его суть, осторожно и незаметно. Желания, представленные в виде детской карусели с лошадками, залитой солнцем, я обошла и сразу спустилась по склизким высоким ступеням к страхам. Я почти дотронулась до двери, толкнув которую, оказалась бы в царстве тьмы и холода, но в последний момент отдернула руку.
Зачем я сейчас прибегаю к дару? Возможно, Брайен прав, и я просто слишком привыкла полагаться на него?
Преподаватели говорили, что столь опасную магию нельзя использовать попросту. Цель должна оправдывать средства.
Насколько логично обратиться к магии именно сейчас?
— Сейчас будет немного больно, — голос мистера Крайлера ворвался в мои мысли и заставил меня вынырнуть в реальность, — потерпите пару секунд.
Лодыжку обожгло огнем, и я беззвучно охнула. Чужая магия — теплая, ласковая, как солнечный день, пахнущая морским прибоем, пронеслась по моему телу и безошибочно нашла то место, где в ней нуждались. Мгновение, и боль отступила, оставив после себя только легкость и бодрость.
— Благодарю вас, мистер Крайлер. Вы — волшебник.
Я целомудренно поправила полы халата, прикрывая ноги. Лекарь деликатно отвел взгляд и покосился на стоящую возле двери горничную, которая все это время наблюдала за нами с легким любопытством.
— Не больше, чем ваш муж, леди Гарланд. Он — талантливый маг. А вы обладаете даром?
Я заметила, как свернули глаза горничной. Той явно не терпелось в числе первых узнать столь важные подробности о новой госпоже.
— К сожалению, боги не одарили меня милостью, — вежливо ответила я, изобразив легкую грусть. — Впрочем, женщине сложно сладить с такой природой.
— Вы правы, — добродушно согласился мистер Крайлер и поднялся на ноги. — Женщине достаточно обладать красотой и скромностью. Ответственность, которая порождает магия, женщине ни к чему.
Я удержала на лице маску светского интереса, чудом не скрипнув зубами. Мне, наследнице Ивори, было странно слышать о страхе перед ответственностью.
Пожалуй, доброжелательный сексизм хуже любого другого. Когда тебе открыто хамят, ты знаешь, что ответить. Но если заботливо ограничивают, прикрываясь твоими интересами… Здесь все сложнее.
Тем не менее, я дружелюбно распрощалась с лекарем. Стоило двери за его спиной захлопнуться, как я нетерпеливо взглянула на горничную.
— Как тебя зовут? — миролюбиво поинтересовалась я.
— Лаура, миледи, — ответила та и присела в реверансе.
— Бена — мальчика, что прибыл со мной — разместили? С ним все хорошо?
Признаться, я волновалась за Бена. Меня мучила совесть, что парнишка сорвался с места и бросил родных. Впрочем, зная Бена, тот едва ли чувствует себя обделенным. Возможно, для него это станет билетом в новую жизнь? Я не любила военных, но Брайен верно заметил: воинское дело — одна из немногих возможностей пробиться наверх для тех, кто родился на самом дне.
Интересно, почему Брайен сказал тогда об этом с такой уверенностью?
 
Я поймала себя на мысли, что рассуждаю так, словно забыла о побеге, и поморщилась. Приходилось признать, что я расслабилась. Было очень заманчиво довериться Брайену и разрешить ему позаботиться о себе, но последние три года научили меня одному: полагаться стоит только на себя.
Так что я попытаюсь снова. И уже завтра.
— Ему выделили отдельную комнату в крыле для слуг, миледи, — ответила Лаура. — С ним хорошо обращаются, не волнуйтесь. Вы желаете поужинать в комнате или внизу?
— Лучше в комнате, — рассеянно ответила я. — Поездка была изматывающей.
Лаура понятливо кивнула и вскоре исчезла за дверью, чтобы вернуться спустя несколько минут с подносом, полным еды. Водрузив его на стол, она поинтересовалась, чем еще может помочь, и, получив отрицательный ответ, оставила меня. Я проводила ее долгим взглядом, мельком подумав, что наверняка с такой горничной было бы комфортно. Да, она любопытна, но при этом услужлива и держится за свою работу. Прикоснувшись к ее запястью, я увидела, что самый главный ее страх — умереть в нищете — не позволит ей лишиться своей нынешней должности.
Словно подтвердив мои догадки, Лаура задернула шторы (уже свечерело) и зажгла огонь в камине. В Иолании с наступлением темноты всегда ощутимо холодало. Помнится, в первое время меня это удивляло: палящий зной днем, и холодный дождь ночью. Не самый приятный климат, но ко всему можно приспособиться. В частности, при помощи магии местные, несмотря на все проблемы, снимали урожай два раза в год.
Я перенесла поднос поближе к камину и, поколебавшись, опустилась на расстеленную перед ним меховую шкуру. Стянув с волос полотенце, я пропустила влажные пряди сквозь пальцы. Сушить длинные волосы естественным путем — одно мучение, хорошо бы успеть до того, как отправлюсь в постель. Глаза и правда слипались. День выдался долгим.
Меня едва не сморило к тому моменту, когда после короткого стука в дверь в комнату вошел Брайен.
Часть 6
Кейра сидела на полу у камина. Ее длинные волосы рассыпались по плечам и в свете огня переливались всеми оттенками лаванды. Брайен мельком скользнул взглядом по обнаженным икрам, которые виднелись в подоле халата и напомнил себе, что с этой девушкой его связывает только деловое сотрудничество.
Именно по этой причине ему не стоит рассматривать ее лицо, по которому скользили мягкие тени, и спрятанную за безразмерным халатом хрупкую фигуру. Все мысли должны касаться исключительно тех планов, которые он намерен реализовать при помощи ее дара.
Он втянул носом воздух в попытке вернуть себе душевное равновесие, но зря. Ноздрей коснулся аромат цветочного мыла, исходящий от волос Кейры, и Брайен поспешил сделать пару шагов в сторону, чтобы оказаться подальше.
— Я купил краску для волос, — опустившись на стул с высокой спинкой, проговорил он.
— Краска магическая, поэтому не должна слезть сразу же.
Кейра обернулась и, подтянув коленки к груди, заинтересованно уточнила:
— Думаете, она выдержит, когда я обращусь к дару?
— Судя по стоимости краски и тем обещаниям продавца, что я услышал, — непременно. Но сам бы я не стал так безоговорочно этому верить.
Кейра понятливо кивнула и, уткнувшись подбородком в колени, покосилась на огонь, облизывающий дрова за чугунной решеткой.
— Вы правы, было бы неплохо проверить. И желательно на вас или Бене, а не на ком — то из придворных.
Брайен оценил тонкость намека и дернул уголком губ. Поза Кейры — уставшая, в чем-то по-детски беззащитная — вызывала в нем неуместное желание подойти и опуститься рядом. В выражении глаз, в наклоне головы он видел себя, но в прошлом. Брайен на собственном опыте знал, что такое безнадежность и одиночество, толкающие на самые безрассудные поступки. Пусть сама Кейра, кажется, и не отдавала себе отчета в том, что чувствует.
С эмпатами, говорят, такое случается. Они превосходно разбираются в чужих эмоциях, но свои предпочитают держать под замком.