Демон Войны (СИ)

  
Демон Войны.
   
Пролог
 
— Да подохни ты! — орал я, вновь высовываясь в дверной проем и давая очередь на подавление. Следом в проем улетела граната, подготовленная заранее моим вторым номером. Мы оба отпрянули. Как раз вовремя, потому как взрывом в коридор вынесло какие-то деревяшки, что, вылетев из прохода, ударились в противоположную стену.
Мы зачищали уже четвертое здание за сегодня. В рамках развернутой штурмовой операции это было серьезным прорывом. Практически целый квартал отвоевали у этих желторотиков. Осталось дело за малым, закрепиться в руинах зданий, чтобы противник не снес нас в попытке контрнаступления. Благо для этого, буквально на наших плечах, на позицию зашли пацаны из группы огневой поддержки. Они же и подкидывали нам боекомплект, в случае необходимости.
Сразу после взрыва, в проем полетели еще две очереди, моя и напарника. Если внутри и было что-то живое, то ему уже очень плохо и больно. Однако, мы пошли зачищать. У меня к моему сто-пятому как раз примкнут шестидесятник, так что можно давить долго и плотно.
— Готов, хуила, — оскалился напарник, первым заходя в помещение и наблюдая раскуроченную баррикаду, за которой валялось безжизненное тело, с автоматом в руках. Я лишь согласно кивнул. У меня не было ненависти к врагам. Они такие же солдаты, как и мы, просто на неправильной стороне. Поэтому я не оскорблял их почем зря.
— Смотри-ка, походу у них совсем все хуево с поставками стало, — мой коллега по штурмовой работе с довольной рожей уже тряс стареньким пистолетом-пулеметом, что пережил с десятка два различных локальных конфликтов.
— Бес, ну че вы там? — донеслось из радейки.
— В порядке, добили засевшего, пускай Муромец с пацанами идут дозакрепляться, а то у меня бэка уже подпросело, — спокойно ответил я, зажимая клавишу переговорника, закрепленную на плече. Сама рация была спрятана далеко в подсумке на пояснице.
— Принял, давайте, там Маза со своими уже в следующий квартал ушли, прям прет сегодня, — усмехнулся командир нашей группы, а мы с напарником, быстро собрав наиболее интересные трофеи, поспешили в соседний подъезд, куда группа огневой поддержки уже подтащила крупнокалиберный пулемет и ящики с боекомплектом. Видать продвижение планировалось прям до окраины города. Не жалели ни артиллерии, ни нас, штурмовиков.
Благо хотя бы подносили боеприпасы и воду. Тут же можно было наспех перекусить. Мужики подтаскивали легкий перекус в виде шоколада, сухарей, галет и вяленого мяса. Самое то, чтобы разгрузить мозг тупым механическим действием пережевывания. Мы как-то на зачистке потратили трое суток на прочесывание всех комнат и выкуривание засевших остатков оборонявшегося подразделения. Так что теперь наш командор всегда подтаскивает на свежие рубежи воду и жорево.
У нас с напарником выдалась передышка, которую мы тут же потратили на доснарядку пустых и полупустых магазинов. Я так же закинул пачки с россыпухой в пустующий ныне подсумок под противогаз. Противник уже давно не применяет химию, а подсумок удобный, считай, вторая мародерка.
— Бес, че это с тобой? — как-то заговорчески произнес мой товарищ. Я непонимающе на него уставился. Почему-то рожа моего напарника снизу словно подсвечивалась синим светом. Я рефлекторно посмотрел вниз и увидел какой-то круг с множеством символов. Уж не знаю, что это за хрень, но сразу захотелось из нее выпрыгнуть. Однако стоящий рядом ящик с боекомплектом давал четкое понимание, что если оно рванет, то тут ни я, ни мой товарищ уже не выживут, даже если спешно упадут.
Я кинул недоснаряженный магазин в ящик и схватив его за рукоятки рванул в сторону. Мой товарищ рванул в противоположную, но этот проклятый круг проскользил по полу за мной, а дальше последовала оглушающая вспышка.
Хрен его знает, то ли мина это сработала с каким-то проектором подсвечивающим, то ли еще что, но контузило меня хорошенько. Я ощутил, как запнулся и распластался на полу, ящик смягчил мое падение, но болезненно впечатался мне прямо в щеку.
 
Из полусознательного состояния меня выдернул окрик. Кричала женщина. Причем кричала так, словно ее резали. Я открыл глаза. Картинка мира плыла, но мне удалось отчетливо рассмотреть, что ни хрена не в подъезде я нахожусь. Какие-то замшелые стены из каменного кирпича, с не типичной обстановкой из наваленных деревянных бочек, ведер и прочего хозбыт инструментария. Любоваться местными особенностями каменной кладки не было ни времени, ни желания.
Чуть в стороне от места, где я приземлился, женщина в платье на манер средневекового, пыталась отмахаться сувенирным кортиком от… Каких-то реконструкторов римского легиона.
Ни хрена не понимаю, но зато четко вижу, что легионята снаряжены по самое не могу и их гладиусы отнюдь не бутафорские. Слишком уже характерно на них выглядит кровь.
— А ну-ка отьебались от мадамы, — рыкнул я, сразу подскакивая и вскидывая автомат.
Ох е, ну и саднила же щека. Поди рассек, да еще и водило чутка, но ничего, терпимо. А вот реконструкторы явно меня не поняли. Брезгливо глянув на меня, они… Заржали. Пока двое продолжали щемить даму к стенке, один из них двинулся ко мне, хищно скалясь и залихватски покручивая меч, как бы примеряясь, чтобы вспороть мне брюхо. И ведь вспорет. Это и по роже видно, и по кровище на его одеяниях.
— Ох бля, посадют меня, да похер, в зэтку уйду… — усмехнулся я и прицелившись ему в голову, вдавил спуск. Патроны в шестидесятнике еще остались, причем если мне не изменяла память, там еще около половины магазина.
Я не учел одного… Акустики… Громыхнуло знатно. Легионер лишь мотнул головой и безвольной куклой свалился на пол. Его друзья видать поняли, что дело не чисто, однако было уже поздно. Дистанция от силы метров пять, так что я спокойно доработал обоих одиночными выстрелами. Какие-то они не шуганные. Оружия не боятся, да и видя, что стреляют, не убегают в панике, а замирают.
Дама дернулась, и я как-то рефлекторно повернулся к ней, выловив ее грудь, весьма объёмную кстати, на линию прицеливания. Етить, а платье-то натурально стилизованное, но такое, похабно-стилизованное. Не так, как шьют реконструкторы, а как шьются всякие ролевики. Отсутствует нормальная поддевка и в разрез юбки видно, что под ней отнюдь не нательное платье, а настоящие чулки. Вполне даже современные.
Вопрос «Какого ХУ» соревновался с «Как НАХУ» и «НАХУ» за первенство быть заданным.
— Подчинись! — внезапно дама возвела руку, на манер приветствия одних истинных арийцев.
— Отсоси, — огрызнулся я и краем глаза заметил мельтешение со стороны входа в комнату.
А вот и дружки легионеров пожаловали. Видать на шум. Человек пять. Удивительно, что, увидев трупы, меня и даму с кинжалом, они кинулись в сторону дамы… Я, такой весь экипированный, с автоматом, что, для них шутка⁈
Что ж, господа, флажок переводчика огня стоит в среднем положении, так что вы сами выбрали судьбу. Короткая очередь угомонила всех пятерых. Теперь в проходе лежало уже восемь тел. Кто-то еще корчился в агонии, кто-то стонал, зажимая рану. Я стрелял на уровне груди, чтобы наверняка, но видимо кому-то попал в руку или пробил легкое. Их проблемы.
— Подчинись! — повторила ролевичка, вновь вскинув руку. Ей богу, не хватает повязки с неправильным коловратом. Она даже каблучками цокнула, пытаясь принять наиболее каноничную позу. Вон как в спинке выпрямилась.
— От-со-си, — более членораздельно проговорил я и удерживая автомат правой рукой, отшагнул к ящику с патронами. На всякий случай решил сменить магазин на уже полный. Пускай шестидесятка и тяжелая, но это куда надежнее, чем тридцать или упаси господь, магазин на шестьдесят с десятью патронами.
Жалко у меня так и не заимелось бубна на девяносто пять, а ведь у нас в подразделении был РПК-16. Только вот магазины к нему были стандартные вафли на сорок пять от обычного РПК-74М. Впрочем, это все лирика. Сейчас мне куда важнее выбраться из этого подвала, желательно не получив заточку от этих римских реконов в бочину.